.
  

© И. Гольдберг, В. Косогова

Российская графология сегодня. Век XXI.

графологияПредставляя обзор развития современной российской графологической науки, следует понимать, что, по сути, речь пойдет о путях формирования современной русскоязычной графологии не только в самой России, но и на территории всех стран бывшего СССР, где распространен русский язык.

Если не касаться почерковедческого аспекта графологии, связанного с привычными идентификационными проверками, следует отметить, что судьба графологии, или современного графоанализа, как именно психологического исследования почерка, в России складывалась очень непросто: серьезной литературы или ученых в данной области практически не существовало.

В XIX веке, до революции 1917 года и долгое время после нее — хотя и были редкие переводы на русский язык текстов европейских авторов (Варинарда в 1889, адаптация русскими авторами Крепье-Жамена в 1894, Мишона в 1897, Ломброзо в 1899, Соудека в 1932), — о графологии на русскоязычном пространстве почти ничего не было известно.

Не помогла и попытка создания Моргенштерном в 1910 г. графологического общества, и даже признание графологии в 1923 г. С.Петербургской Государственной Психоневрологической Академией. Практически не развиваясь, постепенно графология стала отставать от европейской графологической науки на десятилетия.

В целом, в дореволюционные времена и позже, только единичные российские энтузиасты-одиночки, такие как Зуев-Инсаров или Моргенштерн, пытались исследовать почерк, отчасти — полагаясь на свою интуицию и наблюдения, отчасти — основываясь на редких переведенных материалах европейских графологов.

Многим известны старинные книги этих двух авторов, и в исторической перспективе, хотя книги еще были ненаучными, лишенными системы и скорее спекулятивно-интуитивными, — тем не менее, это были первые искренние попытки привлечь внимание русскоязычных читателей к анализу почерка.

В советское время в России (и СССР, особенно при Сталине), так же, как и в других странах «соц. лагеря» в тот период, наступило тяжелое время гонений графологии, она называлась «буржуазной лженаукой» и всячески отрицалась. Следует отметить, что почти такое же положение дел, с точки зрения ее признания и научного исследования, сохранялось в постсоветской России и до последнего, нового времени.

Признание графологии на академическом уровне происходит медленно в силу инертности академических кругов и их понятной неготовности к исследованию инновационных направлений. В то же самое время, в некоторых других пост-социалистических странах произошел скачок в научном развитии и академическом признании.

Примечателен тот факт, что хотя уже во многих современных русскоязычных источниках (например, с 70-80-х гг., в Большой Советской Энциклопедии1 и др.) отношение уже изменилось, в некоторых — сохраняется традиционное советское «обличительное» определение графологии как «псевдонауки», только без слов «империалистической» или «буржуазной».

Резюмируя состояние графологии к окончанию советской эпохи, можно видеть, что на русскоязычном пространстве не было создано какого-либо научного фундамента для возникновения собственной графологической школы, энтузиасты были разрознены, и им не хватало знаний. Список «пионеров» русской графологии совсем мал, при этом не позволяет использовать понятие «научный подход» к части источников:

Моргенштерн, «Психографология» (1903) и «Внутренний мир в почерке у псевдолюдей» (1910).
Маяцкий, «Графология» (1907) — брошюра с произвольным описанием личных наблюдений и выводов, содержащая 4 иллюстрации и 64 стр.
Глинина, «О графологии» (1907), автор — хиромант, выступавшая с сеансами предсказания будущего.
Шиллер-Школьник, «Графология..» (1914) — автор этого, как он говорил, учебника, занимался тем же, выступал с сеансами мистики и предсказания будущего.
Зуев-Инсаров, «Почерк и личность» (1926).
Орлов, «Исследование почерка как метод психодиагностики личности» (1930).
Герман, «О графологии. Человек по почерку» (1934) — брошюра в 66 стр.

Кроме названных, в советскую эпоху были те, кто пытался наблюдать некоторые корреляции на основе иностранных авторов или публиковать анализы отдельных исторических личностей, но эти работы также не могут быть названы созданием полноценной самостоятельной системы в русской графологии.

Некоторые приводят в качестве истоков русской графологической традиции даже имена физиолога Павлова и доктора Лурия. Однако ни первый, ни второй — не исследовали и ни слова не писали о психологии почерка или принципах психологического анализа почерка. Что касается пресловутых «Очерков психофизиологии письма» Лурия (1950), — речь в этой ценной, в плане обоснования важности самого процесса письма, работе идет только об описании отделов и функций мозга, участвующих в процессе письма, о психофизиологии и влиянии на письмо нарушений или ранений, коснувшихся разных отделов мозга.

Положение графологии и специальной литературы не сильно изменилось и после распада СССР. Однако свобода и большая, чем прежде, доступность иностранных источников информации повлияло на увеличение интереса и популярность графологии, возросло количество русскоязычных книг. Часть их написана психологами, часть непсихологами, часть — используя иностранную литературу, часть — опираясь лишь на свои собственные выводы — книги самого разного уровня.

Сегодня на книжных полках и в Интернете — популярные брошюры, книги и методички отражают очень неоднородное состояние русскоязычной графологии. Можно наблюдать волну активности графологов-самоучек, в том числе психологов, пропагандирующих, например, уникальность кириллицы и того, что русский почерк не поддается графологическому анализу с общих, европейских позиций.

Вместе с этим можно отметить и позитивный момент: так или иначе, но если ранее в России графология воспринималась как что-то несерьезное, то сегодня она — становится престижным эксклюзивным знанием, сферой интереса многих психологов, педагогов, специалистов HR и серьезных профессиональных журналов.

Нельзя в обзоре о состоянии научной графологии в России обойти тему традиционного почерковедения. Серьезная литература, посвященная почерку, была написана только почерковедами. И хотя их область является смежной графологии, областью, тем не менее, эти авторы не являлись профессиональными графологами в классическом понимании. Они не изучали в рамках своей специализации психологию, и как правило, изначально не ставят своей целью изучать почерк в плане психодиагностики.

Хотя почерковеды и криминалисты исследуют почерк, они в большей степени исследуют его как улику, уделяя внимание техническим особенностям и самым общим обстоятельствам, т.е. графология — не является именно криминалистической специальностью. По этой причине труды советских или российских почерковедов не могут быть приведены в качестве специальной литературы по графологии.

Нет сомнений в том, что изучая почерк, некоторые почерковеды имеют сильный соблазн пытаться давать характеристики авторам почерков, некоторые из них придумывают «авторские методики» и уверены, что изобрели новую графологию. Однако оценить их работы можно лишь проверив их на соответствие последним достижениям и исследованиям в европейской графологии.

В целом, анализируя ситуацию с высоты современных профессиональных графологических знаний и гештальт-подхода, можно ясно видеть, что как в советское, так и в постсоветское время, вплоть до нынешнего времени, у россиян практически не было осведомленности о происходящем в европейской графологии. Действовали разрозненные графологи-самоучки, кто-то знал больше, кто-то меньше, каждый из них пытался автономно изобрести собственную графологию.

Становится очевидным, что главный удар по развитию слаженной единой российской графологической системы, которая могла бы развивать науку и способствовать формированию своей традиции и школы, наносит разрозненность графологов.

Она — результат нежелания объединить свои усилия, исследования, неготовности отказаться от ошибочных теорий, а также — результат неготовности слишком усиленно бороться за графологию как науку, сделав ее делом своей жизни. Никто из первых, или (на момент написания этого обзора) ныне живущих в России и СНГ авторов книг, брошюр, методик, статей о графологии — не является графологом по своей основной профессиональной деятельности, не работает им постоянно, и как правило, это хобби или дополнительный интерес.

Упомянутое отставание и разрозненность не способствуют прогрессу. Неудивительно, что такую «науку» достаточно легко опровергнуть, — благо, учитывая традиционное неприятие графологии со времен СССР, недостатка в желающих опровергать нет. Сложилась ситуация, когда вместо привнесения вклада в признание графологии как науки, авторы «новых методик» невольно сами помогали дискредитировать свое направление и давали обличителям отличный повод для сравнения графологии с гаданием на кофейной гуще.

Тем не менее, в XXI веке, совсем недавно, ситуация в русскоязычной графологии вообще, и в российской графологии в частности, начала заметно меняться. На территории России впервые появляется профессиональная графология, основанная на научном подходе, выходят в свет серьезные обучающие книги по предмету на русском языке, становится возможным длительное профессиональное обучение и сертификация специалистов по учебной программе, соответствующей последнему слову европейской графологической науки. С помощью новых технологий и Интернета 2006 год можно считать началом тихой, но стремительной «бархатной революции» в российской графологии.

Причина таких быстрых изменений и сама специфика современной российской графологии в том, что она родилась не в России, а была «ввезена» в нее и страны бывшего СССР из-за границы, благодаря инициативе и специальному проекту сертифицированного израильского графолога, члена Научного Графологического Общества Израиля, Инессы Гольдберг. Прожив более половины жизни не в России и оказавшись единственным сертифицированным израильским специалистом, имеющим российское происхождение и владеющим русским языком, она сделала своей миссией развитие современной, научной российской графологии и создание на русскоязычном пространстве Института Графоанализа.

В 2006 году был основан проект www.inessa-goldberg.com, включающий в себя международное профессиональное сообщество русскоязычных единомышленников, — специалистов, преподавателей и студентов. В 2008-2009 гг. в Москве по заказу и при полной поддержке издательства АСТ выходит серия из восьми обучающих книг по графологии Инессы Гольдберг2.

Параллельно И. Гольдберг ведет активную просветительскую деятельность, руководит инновационными Интернет-проектами, которые постепенно становятся известными по всей России и за ее пределами. В частности, это единственная в мире Интерактивная Виртуальная Графологическая Школа, бесплатный и единственный в мире русскоязычный ежемесячный журнал «Научная Графология»3 (средним объемом около 30 стр. и более, набравший за первый год своего существования около тысячи постоянных читателей), серьезные статьи психологов о применении графологии в своей работе и т.д. Все больше серьезных СМИ, психологических и исторических телевизионных и радио передач приглашают к участию профессиональных графологов.

Со временем организация расширяется, наиболее талантливые последователи начинают руководить ее филиалами в разных городах и регионах России и бывшего СССР. Сегодня представители и последователи Школы Графоанализа Инессы Гольдберг есть в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге (Урал), Вологде, Коврове, Алма-Ата (Казахстан), Новом Уренгое, (Сибирь), в Минске (Беларусь) и др., список все время растет.

На сегодняшний день профессиональные графологи в России и СНГ создали свое коллегиальное научное сообщество и Лабораторию, ведут закрытые и открытые дискуссии за виртуальным «Круглым столом» в своем Интернет-форуме, пишут работы и статьи в журнал, готовятся к конференциям, проводятся (в том числе аппаратные) исследования.

Несмотря на то, что профессия и деятельность графологов в России и бывшем СССР никак формально не регламентированы (что, фактически, пока дает лазейку любому, ссылаясь на такое положение вещей, называть и позиционировать себя равным профессионалам), — сегодня Школа Графоанализа И. Гольдберг, будучи пионером развития современной российской графологии, несомненно, является наиболее авторитетной графологической организацией в русскоязычном пространстве. Из этих же соображений Школа получила признание и постоянно приглашается к сотрудничеству в обучении графологии государственными и негосударственными Высшими учебными заведениями России и Москвы.

Найти работу независимому графологу непросто, в России только создается своя «ниша» и графологический рынок услуг, графолог — скорее свободная профессия. Трудоустройство может осложняться все еще недостаточной осведомленностью о графологии в российском обществе, а также упомянутым отсутствием регламентации деятельности графолога и самой профессии в реестре специальностей. По этой причине международная Школа Графоанализа Инессы Гольдберг является сегодня в России единственной организацией, привносящей не только серьезные современные знания, но и определяющей единые учебные, профессиональные и этические стандарты и требования к профессии, служа своего рода «фильтром» качества для специалистов и клиентов.

В XXI веке современная графология в России сделала исторически значимый рывок и ее развитие в русскоязычном пространстве стремительно продолжается. Залогом успеха является привнесенный и адаптированный для россиян научный базис сильной современной израильской школы, а также адаптация лучшего немецкой и французской школ, общая концепция целостного подхода к анализу почерка.

Свою лепту вносит действующая экспериментальная научная Лаборатория с компьютерными технологиями, а также — серьезные статьи об исследовании почерка последователей Школы — графологов с психологическим образованием. Не последнее место занимает и постоянная добровольческая деятельность, выступления, просвещение русскоязычной аудитории в области современной графологии.

Говоря о динамике стремительного развития российской графологии, нельзя не отметить и характерное в таких случаях явление — резко возросшее в последние годы число подражателей графологам, и подскочившее количество любительских интернет-сайтов, книг, плагиата, и даже компьютерных дисков. Это естественное и прогнозируемое явление, оно свидетельствует о начавшемся движении и большом интересе к графологии в современной России. Мы в начале пути, и это не должно смущать энтузиастов: нужно добросовестно продолжать свое дело, и время все расставит по своим местам.

Инесса Гольдберг, Виктория Косогова,
Институт Графоанализа Инессы Гольдберг,
www.inessa-goldberg.ru

© , 2012 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора
.

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2018.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов