.
  

© Д. В. Ольшанский

Лидеры массы

Особенности поведения массы и, в частности, ее влияния на входящих в нее индивидов зависят от индивидуальности лидеров, их типов и психологических качеств. Это, безусловно, люди особого склада. Лидерство в массе принципиально отличается от лидерства в группе и требует совершенно иных качеств. Г. Лебон именовал лидеров массы «апостолами», убежденными в том, что ведут людей к новой вере. Он считал: «Нет надобности, чтобы число этих апостолов было очень велико для выполнения их задачи. Надо вспомнить, какое небольшое число ревнителей было достаточно для возбуждения столь крупного движения, как крестовые походы, — событие, быть может, более чудесное, чем насаждение какой-либо религии, так как миллионы людей были доведены до того, что бросили все, чтобы устремиться на Восток, и возобновляли не раз это движение, несмотря на самые крупные неудачи и жесточайшие лишения» (Лебон Г. Психология социализма // Литературное обозрение. — 1991. — № 6. — С. 80-81).

Г. Тард считал, что масса сама находит себе лидеров, как бы выталкивая их из себя. Но большее распространение получили взгляды Г. Лебона, который описывал четыре основных типа таких «вожаков».

«Апостол». Первый тип — это убежденные проповедники, «мессии» и апостолы неких верований (независимо, религиозных, социальных или сугубо политических, например, отдельно анализировавшегося Г. Лебоном социализма). Это харизматические лидеры, обладающие именно теми качествами, которые востребованы массой. Такие лидеры — как бы «прообраз толпы», они «несут в себе все ее основные свойства».

«Загипнотизированные поработившей их верою, они готовы на все жертвы для ее распространения и кончают даже тем, что исключительно целью своей жизни ставят воцарение этой веры. Эти люди находятся как в полубреду, изучение их требует патологического исследования их умственного состояния, но, несмотря на это, они всегда играли в истории громадную роль». Такой «апостол всегда представляет собой религиозно настроенный ум, одержимый желанием распространить свое верование; но вместе с тем и прежде всего это ум простой, совершенно не поддающийся влиянию доводов разума. Его логика — элементарна. Законы и всякие разъяснения совершенно недоступны его пониманию». Его психика — это персонифицированная психология всей массы.

Г. Лебон особо подчеркивал внешнюю «простодушную наивность» этих людей. Ничто их не затрудняет. Для них ничего нет легче, например, чем враз перестроить все общество. Так, например: «Поддаваясь все более и более гипнозу двух или трех непрестанно повторяемых формул, проповедник-социалист чувствует жгучую потребность распространять свою веру...»

В структуре поведения такого лидера особенно выделяется жажда разрушения: «По-видимому, почти во все времена имел силу общий психологический закон, по которому нельзя быть апостолом чего-либо, не ощущая настойчивой потребности кого-либо умертвить или что-либо разрушить».

«Случайный фанатик». Второй тип лидеров массы — это более умеренные фанатики одной идеи, своего рода «моноидеисты» в определенных ситуациях. У них существует свой «пунктик», своя «идефикс», но она проявляется не постоянно. Г. Лебон описывал их так: «Повседневно встречаются очень умные люди, даже выдающиеся, теряющие способность рассуждать, когда дело касается некоторых вопросов. Увлеченные тогда своей политическою или религиозною страстью, они обнаруживают изумительное непонимание и нетерпимость. Это случайные фанатики, фанатизм которых становится опасным лишь тогда, когда его раздражают». То есть в обычное время, в обычных условиях это могут быть вполне нормальные с виду люди, Однако при возникновении соответствующих экстремальных обстоятельств (возникновение массы, появление «апостола» и т. п.) в них просыпается дремлющая фанатичная сущность. И тогда они — самые верные и надежные «помощники апостолов», их приспешники и ближайшие подручные, часто движимые особой яростью и даже вполне отчетливой манией преследования. Возникшее в 1990-е годы на юге России массовое движение казачества породило целый ряд таких лидеров из числа инженеров, преподавателей и других обычных специалистов в прежней жизни. Так, главный атаман всекубанского казачьего войска В. Громов — кандидат наук, в прошлом доцент кафедры истории Краснодарского университета.

«Дегенерат-аутсайдер». Третий тип лидеров массы, согласно Г. Лебону, «принадлежит к обширной семье дегенератов. Занимая благодаря своим наследственным порокам, физическим или умственным, низкие положения, из которых нет выхода, они становятся естественными врагами общества, к которому они не могут приспособиться вследствие своей неизлечимой неспособности и наследственной болезненности. Они — естественные защитники доктрин, которые обещают им и лучшую будущность, и как бы возрождение». У данного типа мало фанатизма, нет увлечения одной идеей и даже особой стойкости веры. Тут все решает чувство обиды на жизнь и личная заинтересованность в ее изменении.

По своей психологической сути это лица с сильным комплексом неполноценности, движимые стремлением к его гиперкомпенсации, полные обычно безотчетного желания преодолеть свои внутренние комплексы с помощью той самой толпы, которую хотят возглавить. Образно говоря, ими движет простая идея: что «на обломках самовластья напишут наши имена». Это не стремящиеся любой ценой прославиться Геростраты, а, скорее, мстительные и достаточно меркантильные (разумеется, в меру сохранности интеллекта) неудачники, аутсайдеры социального устройства.

«Диктатор». Наконец, четвертый тип лидеров массы, обычно приходящий на смену предыдущим «вожакам» и овладевающий массой после того, как фанатики ее сформировали и основательно «разогрели», — обычный тиран или диктатор. Это лидер, усмиряющий и организующий массу, подбирающий власть и пользующийся плодами того, что уже сделала для него возглавлявшаяся другими толпа. Он может сочетать в себе некоторые черты предшествующих «проповедников», но не это главное. Основное его качество заключается в том, что он умеет заставить массу полюбить себя и возбудить боязнь к себе. Как писал Г. Лебон: «За Суллою, Марией и междоусобными войнами выступали Цезарь, Тиберий, Нерон. За Конвентом — Бонапарт, за 48-м годом — Наполеон III».

По 3. Фрейду, этот тип — прообраз «идеального отца». Согласно психоанализу, масса «уважает силу, добротой же, которая представляется ей всего лишь разновидностью слабости, руководствуется лишь в незначительной мере. От своего героя она требует силы, даже насилия. Она хочет, чтобы ею владели и ее подавляли, хочет бояться своего господина... Хотя потребность массы идет вождю навстречу, он все же должен соответствовать этой потребности своими личными качествами. Он должен быть сам захвачен глубокой верой в идею, чтобы пробудить эту веру в массе; он должен обладать сильной импонирующей волей, которую переймет от него безвольная масса» (Фрейд 3. Массовая психология и анализ человеческого «Я» // Фрейд 3. Избранное. — Т. 1. — Лондон: Academia, 1959. С. 87, 89).

Данные характеристики во многом совпадают с характеристиками первобытного «отца», которому поклонялась первобытная орда. Однако обратим внимание, что даже 3. Фрейд не ставил появление такого лидера в фатальную зависимость от потребностей массы. Все-таки его появление связывалось с определенными историческими периодами и, следовательно, с некоторыми объективными причинами.

Массы и элита. Французский социальный психолог С. Московичи в конце XX века выдвинул идею разработки массологии — особой науки о поведении толпы, взаимоотношении лидеров с толпой и элиты с остальной массой. Он считал, что масса боготворит и прославляет своих лидеров-избранников, приписывая им порой несуществующие качества, наделяя всемогуществом и всеведением. Она благоговейно служит своим повелителям. Поставив их на пьедестал полубогов, речи которых всегда истинны, а действия справедливы, масса создает систему абсолютной защищенности лидеров от критики или оппонирования им. После этого возникшая таким образом система уже автоматически и универсально начинает управлять породившей ее массой.

С. Московичи утверждал, что масса без управления (силой авторитета, авторитетом силы, законами юридическими или нравственными) становится агрессивно-разрушительной, даже жестокой в оценках и действиях. Свергая прежних кумиров, масса может «неукротимо и слепо» доводить ситуацию до критической или даже катастрофической.

Диапазон отношения масс к элите достаточно широк: от фанатизма и веры в харизму лидеров до полного отрицания прав на свободу слова, участие в управлении обществом и политическими процессами. Признание масс позволяет элите легитимизировать свою включенность в политическую систему, тиражировать свои действия и роль в политических событиях как образцовые и достойные уважения. Вместе с тем здоровое недоверие масс к элите часто вполне оправданно и конструктивно. Критика, гласный отбор, выборность уменьшают возможности концентрации всей власти в узком кругу элиты, возникает возможность преодоления автократии и деспотии.

Выделенные Г. Лебоном и 3. Фрейдом типы лидеров массы производили впечатление тенденциозности и социальной ангажированности этих авторов. Однако если внимательно проанализировать, например, хотя бы многократно описанный фанатизм поведения А. Гитлера, известный из мемуаров современников моноидеизм В. И. Ленина или природную ущербность, сухорукость и лицо в оспинах И. В. Сталина, то многое представляется убедительным.

© , Политическая психология, М. 2002 г.

 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика