.
  

© Д. Кенрик

Почему журнал «Playboy» вреден для ума

эффективное поведениеФрагмент книги Кенрик Д. Секс, убийство и смысл жизни — М.: Питер, 2012.

Рассматривая человеческую природу с позиций эволюционной психологии, автор книги приходит к выводу, что за цивильным фасадом скрывается довольно дикое нутро и что люди гораздо больше похожи на завывающих гиен и кричащих бабуинов, чем мы привыкли думать, со всеми своими гомицидальными тенденциями и сексуальными фантазиями. А иррациональное поведение людей на самом деле глубоко рационально, включая расовые предрассудки, склонность к однодневным стоянкам и чрезмерное потребление. Автор вскрывает истинную природу социальных проблем, международных конфликтов и глобальных рынков, поражая читателя яркими метафорами и нестандартными жизненными примерами и давая новые ответы на наиболее важные вопросы современной действительности.

Для человека, вырвавшегося из слякотного и промозглого зимнего Нью-Йорка, университетский городок Аризоны был раем на земле. При каждой возможности я старался пообщаться с другими студентами-психологами. Мы собирались на главной аллее, любовались голубым небом, наслаждались хорошей погодой и обсуждали прочитанное по психологии за неделю. Мы прерывали наши научные дискуссии каждые пятьдесят пять минут на короткий перерыв. И в эти моменты смотреть на моих однокурсников, а тем более вести с ними дискуссию на тему философских различий между бихевиоризмом и феноменологией становилось просто невозможно. Поскольку на пятнадцатиминутную перемену между занятиями выходили толпы студенток — пройтись по аллее. Мне, двадцатичетырехлетнему парню, эта картина тоже казалась привлекательной, потому что большинство студенток были весьма и весьма симпатичны, прекрасно сложены и одеты так, будто собрались на кастинг, проводимый журналом «Спортс Иллюстрейтед», для раздела купальников. Трудно было, глядя на них, не заахать и не заохать. Мне тогда казалось, что самая средняя студентка в Аризонском университете красивее всех девушек, которых я встречал ранее.

Но вот толпа редела, и начинало происходить что-то странное. Во время перемены, когда из аудиторий выходили сотни студенток, казалось, что большинство из них просто фотомодели, но когда их оставалось несколько десятков, возникло впечатление, что это самые обычные студентки. Куда делись потрясающие красотки?

Я начал искать возможные объяснения факту их «исчезновения». Может быть, все они безвылазно сидят на лекциях или в библиотеке, а простушки прогуливают занятия и болтаются по главной аллее кампуса? Но такое объяснение казалось маловероятным. Тогда я начал думать, что происходит что-то еще и что я и мои приятели предвзято подходим к оценке красоты студенток Аризонского университета. Я рассуждал таким образом: когда перед глазами мужчины большая толпа, он выхватывает из нее наиболее красивую женщину. Когда эта женщина уходит, он осматривает следующие двести или триста человек и выбирает из них следующую красотку, которая в статистическом отношении может быть и нерепрезентативна, но тем не менее невероятно привлекательна. Но когда поток редеет, полагал я, и становится тонким ручейком, вы начинаете рассматривать каждого человека в отдельности и ваше сознание выбирает что-то среднее, причем делает это менее пристрастно. Новое умственное построение таково: средний человек в небольшой группе выглядит именно как средний человек. Такое объяснение показалось мне лучше, но предположения остаются предположениями. Потребовались два десятилетия и сложное оборудование, прежде чем я смог проверить свою идею.

Однако независимо от предвзятости моих когнитивных оценок я был уверен, что в Аризонском университете больше красивых женщин, чем в Нью-Йорке. Поэтому меня несколько удивили слова моего соседа Дэйва: «По-настоящему красивых женщин в Аризонском университете нет». Дэйв, как и я, недавно перебрался в Аризону из Нью-Йорка, поэтому вряд ли наши взгляды на то, как выглядит женщина средней внешности, существенно отличались. Кстати, его завышенные требования вовсе не означали, что у его двери стояла очередь из фотомоделей. Он был парнем с довольно обычной внешностью и часто жаловался, что ему некого пригласить на свидание в выходной день. Почему же он был таким разборчивым? Одно объяснение я получил, когда он устроил у себя дома вечеринку и я получил возможность увидеть обстановку его квартиры: вся его спальня была увешана фотографиями из журнала «Playboy».

Взгляды украдкой и забываемые лица

Перенесемся на тридцать лет вперед. На календаре 2002 год. Моя группа исследователей только что получила грант от правительства, что позволило нам приобрести удивительную научную игрушку — новейший регистратор движения глаз. Читать мысли с его помощью нельзя, но, во всяком случае, он позволяет лучше понять, что за «кино» крутится в сознании человека. Для когнитивной психологии вполне очевидным является утверждение, что внимание человека избирательно, и если только вы не находитесь в темной звуконепроницаемой комнате и не упакованы с ног до головы в вату, то обратить внимание на все находящееся в непосредственной близости от вас вам не удастся. Если бы вы попытались это сделать, то не справились бы с переизбытком впечатлений. Даже сейчас, когда я сижу за столом, в поле моего зрения находятся сотни предметов. Слева от меня стаканы, бумажник, мобильный телефон, кофейная чашка, книга Грега Мортенсона «Три чашки чая» в мягком переплете, чековая книжка, степлер, пустой пластиковый пакет, фотография моего сына Лиама в стоматологическом кресле, стопка запыленных компакт-дисков. Над экраном компьютера — словарь Уэбстера, тезаурус Роже, Оксфордский словарь цитат и несколько разных справочников. Справа — точилка, принтер, круглый контейнер, наполовину заполненный компакт-дисками для записи, мышка (версия Microsoft), коврик для мышки, пучок проводов. Ниже экрана — стопка карточек, по которым я могу бесплатно пить кофе в баре «Голд Бар Эспрессо» и есть мороженое в «Сладком Ангеле», два пропуска в фитнес-центр «Феникс» и две человеческие руки, печатающие эти слова на клавиатуре (а на ней сотня кнопок, на многих из которых по несколько символов вроде @, FN, ~, ALT, `, >, & и %). Это лишь часть того, что находится непосредственно передо мной, а если я поверну голову, то увижу, что в комнате еще сотни других предметов. Немудрено, что я никогда не могу найти ключи!

А теперь представьте студента, который сидит на ступеньках университета, а перед ним проходят толпы: сотни людей, одетых в шорты, футболки, туфли разных цветов; одни высокие, другие низкие, одни с длинными кудрявыми рыжими волосами, другие с темными прямыми, кто-то в бейсболке, у кого в ушах сверкающие сережки; там татуировка, там значок с политическим лозунгом. Что будет, если этот наблюдатель попытается обратить внимание на каждую деталь: во что одеты проходящие мимо, как они двигаются, что говорят? Для него это будет чересчур. Да у него ничего и не получится, даже если бы он попытался. Как заметил примерно сто лет назад Уильям Джеймс, мир — это «рокочущий и жужжащий сумбур», который можно выдержать только благодаря нашей способности не обращать внимания на все то, что в нем происходит.

Но наш прибор дает возможность увидеть, что в проходящей мимо толпе особо привлекло внимание нашего студента. В своем лабораторном эксперименте мы попытались поставить задачу, более удобную для контроля. Наши студенты будут наблюдать не за рокочущей и жужжащей сумбурной толпой университетского городка, а за крошечной группой из шести — десяти человек, которые будут появляться перед ними на какое-то время, после чего их сменит следующая небольшая группа. Далее студентов спрашивают, выделили ли они какое-нибудь отдельное лицо из промелькнувших. Даже учитывая, что мы уменьшили толпу до размера маленькой группы, замедлили действие реального мира, испытуемые с трудом могли вспомнить, кого они видели. Однако были отдельные личности, которых вспомнить было легче, чем других.

Мужчины, наблюдавшие за псевдотолпой, задерживались взглядом на красивых женщинах в два раза дольше, чем на женщинах обыкновенной внешности. Потом, глядя на фотографии, мужчины практически безошибочно указывали на лица красивых женщин, которых они видели. Что касается мужских лиц в толпе, то на них взгляд долго не задерживался, — неважно, был это кто-то вроде Джорджа Клуни или какой-нибудь Джон или Том. И позднее у мужчин не очень хорошо получалось выделить на фотографиях лица симпатичных мужчин. Полученные выводы прекрасно вписываются в нашу гипотезу о внимании и памяти: чем больше внимания мы уделяем кому-нибудь или чему-нибудь, тем больше вероятность, что мы спустя какое-то время вспомним этого человека или предмет. Однако интересно, что женщины наше предположение не подтвердили.

Женщины, участвующие в нашем эксперименте, подобно мужчинам, дольше рассматривали красивых женщин, а потом неплохо определяли, каких красоток они видели и каких не видели. Однако в отличие от мужчин они очень избирательно отмечали красавчиков типа Джорджа Клуни, которые мелькали в толпе. Эта часть эксперимента удивления не вызывает, странно было то, что происходило после: женщины не смогли вспомнить тех красавцев, на которых они так долго смотрели. Это было неожиданно, учитывая, что между вниманием и памятью обычно существует прямая связь — чем дольше вы на кого-то смотрите, тем лучше вы этого человека помните.

В проводимом позже исследовании совместно с Воном Беккером, Джоном Мэйнером и Стивом Гверином мы предлагали испытуемым сыграть в игру «Концентрация» (ее также называют игрой в память). В нашей версии игры участники эксперимента должны были обнаружить и совместить два лица из большого числа лиц. Все хорошо запоминали, где находятся симпатичные женщины. Иногда мы изменяли обычные правила игры и предъявляли испытуемым все лица одновременно на несколько секунд, прежде чем попросить их указать пару. При этом во время первого показа женщины сразу запоминали симпатичных мужчин, что свидетельствует о том, что они в первую очередь склонны обращать внимание на мужчин с интересной внешностью. Однако по ходу эксперимента мы заметили, что постепенно интерес к красавчикам ослабевает и полностью исчезает. Интересные мужчины хотя и привлекают внимание женщин, не задерживаются надолго в их сознании.

Это исследование укрепило меня во мнении, что предвзятое внимание у мужчин может приводить к тому, что они переоценивают соотношение в толпе красивых женщин и женщин средней внешности. Этот вывод был подкреплен другим исследованием, которое я проводил с Беккером и Мэйнером и к которому впоследствии присоединились мой коллега Стив Нейберг и наши ученики Энди Делтон, Брайан Хофер и Крис Уилбур. В данном исследовании мы показывали испытуемым фотографии групп женщин или мужчин. На некоторых снимках были изображены красивые люди, на других — с обычной внешностью (так их оценивали участники другого эксперимента). Наши испытуемые могли разглядывать эти фотографии при одном из двух условий: в одном случае они смотрели на групповой портрет в течение четырех секунд, в другом — могли его рассматривать дольше или же разглядывать лица одно за другим. Краткий обзор всей группы оказывался аналогичным попытке рассмотреть всю толпу студентов, прогуливающихся во время перерыва по главной аллее аризонского университета, — слишком много лиц, чтобы оценить каждое по отдельности. Когда испытуемым предлагалось рассмотреть фотографию более внимательно или взглянуть на снимок конкретного человека, то это было сродни ситуации, как если бы мы наблюдали за тоненьким ручейком студентов, идущих на перемену: сознание наблюдателя имеет достаточно времени, чтобы получить полное представление о персонажах.

Когда мы подвергли внимание наших испытуемых некоторым нагрузкам, то обнаружили, как я и предполагал несколько десятилетий тому назад, что мужчины склонны переоценивать количество красивых женщин (хотя оценка женщинами красивых мужчин оставалась нейтральной). Женщины также переоценивали количество красивых женщин в быстро меняющейся толпе, но не переоценивали количество красивых мужчин. В совокупности наши результаты относительно красивых женщин привели к простому выводу: они привлекают всеобщее внимание и монополизируют нисходящие когнитивные процессы. Вывод о красивых мужчинах иной: они привлекают внимание женщин, но не откладываются в их сознании; красавчики быстро вымываются из потока обработки информации. Такое различие соответствует различию репродуктивных стратегий, характерных для женщин и мужчин. Женщины более избирательны и менее заинтересованы в случайных связях с незнакомыми мужчинами. Я буду говорить о причинах этих различий в последующих главах. А пока давайте вернемся к моему приятелю Дэйву и его стенам, которые были оклеены постерами из журнала «Playboy».

Эффект контраста: почему обклеивать стены фотографиями из журнала «Playboy» неправильно

Мыслительные процессы мужчин при обычных условиях связаны с созданием воображаемого мира, где живут исключительно женщины, подобные Холли Бери, Кэйт Хадсон, Дженнифер Лопес и Бейонсе. С одной стороны, возможно, мужчины видят в таком изобилии красоток положительную сторону перенаселения Земли. Женщины тоже склонны считать, что красивых женщин больше, чем красивых мужчин, но не видят в этом ничего хорошего.

Исследование, которое я провел с Сарой Гутиеррес, свидетельствует о том, что передозировка красивого может иметь отрицательные последствия как для мужчин, так и для женщин, хотя эти последствия и разные.

Приблизительно тогда, когда мой приятель, обклеивавший стены фотографиями топ-моделей из «Playboy», заявил, что в Аризонском университете мало симпатичных девушек, я слушал курс по теме «Ощущения и восприятие». Исследователи восприятия любят вскрывать иллюзии сознания и ошибки в суждениях, одним из ярких проявлений которых является так называемый эффект контраста. Вы можете испытать этот эффект на себе с помощью трех ведер воды. Наполните ведро слева от вас ледяной водой, а ведро справа — горячей (но не кипятком). Вода в ведре посередине должны быть комнатной температуры. Поместите на одну минуту левую руку в ведро с ледяной водой, а правую в ведро с горячей водой. Затем выньте руки и поместите их в среднее ведро с водой комнатной температуры.

То, что произойдет, является в некоторой степени двусторонним когнитивным диссонансом. Ваш мозг получает два противоречивых сообщения: нейроны в левой руке будут сообщать мозгу, что вода горячая, а нейроны правой руки передадут, что та же самая вода холодная. Согласно теории, предложенной в 1947 году Гарри Хельсоном, мы принимаем психофизические решения, сравнивая любую новую форму стимуляции с нашим адаптивным уровнем — ожиданием того, что на уровне восприятия считается нормальным, основанным на нашем прошлом опыте, в особенности недавнем. То, что воспринимается горячим или холодным, тяжелым или легким, соленым или сладким, в большой степени зависит от нашего недавно пережитого ощущения.

Я предположил, что процессы сенсорной адаптации можно применить к оценке красоты, и решил проверить эту идею вместе с Сарой Гутиеррес, которая в то время училась в магистратуре и подавала большие надежды, а потом стала моей коллегой и соавтором ряда исследовательских работ в этом направлении. В первом исследовании Сара и я предлагали испытуемым оценить женщину средней внешности после того, как их вниманию представляли несколько других женщин. Половине испытуемых предстояло оценить эту женщину после того, как они увидели несколько необычайно красивых женщин; второй половине предлагали дать оценку после того, как они видели женщин обычной внешности. Как и в случае, когда на тело воздействуют совершенно разные температуры, предварительное воздействие на восприятие со стороны влияло на оценку того, что является средней внешностью. Как мы и предсказывали, после того, как испытуемым предложили посмотреть на красавиц, они дали значительно более низкую оценку женщине со средней внешностью.

В другом исследовании, проведенном вместе с Лори Гольдберг, я и Гутиеррес попытались установить, влияют ли эти же самые процессы на оценку людей, которых мы знаем и любим (или знаем и хотели бы встречаться). Темой исследования были коллективные стандарты эстетической оценки. Мы говорили участникам, что идет спор по поводу того, что является высокохудожественным произведением, а что безвкусным. Поэтому нам нужно было мнение произвольно выбранных испытуемых.

Испытуемые в контрольной группе сначала оценивали художественные достоинства абстрактных картин, таких как «Признание квадрата» Джозефа Альберса. Мужчинам в экспериментальной группе показывали фото на внутренних вкладышах журналов «Playboy» и «Пентхаус», а женщинам — снимки красивых обнаженных мужчин из «Playgirl». После того как все участники посмотрели на картины или фотографии, мы попросили их дать оценку своим чувствам по отношению к партнеру или партнерше. И опять же необходимо предварить рассказ тем, что психологи расходятся во мнении, являются отношения с партнером причиной того, что в результате этих отношений люди открывают для себя новые эстетические ощущения или нет. Чтобы проверить, какая сторона права, мы сказали испытуемым, что нам нужно узнать, насколько глубоки их отношения с партнерами. Оказалось, что их ответы были обусловлены тем, видели они перед этим фотографии из эротических журналов или нет. И снова мы столкнулись с интересным различием между мужчинами и женщинами. Мужчины, которым показывали такие фотографии, оценивали свои чувства к партнершам ниже, тогда как женщин откровенными снимками мужчин сломить было труднее.

В общем, можно сказать, что когда люди видят красивых женщин, у них меняется адаптационный уровень того, что они считают прекрасным. Побочный эффект от постоянного лицезрения фотографий красоток для парней, таких как мой сосед Дэйв, заключается в следующем: реальные женщины, с которыми он мог бы встречаться, привлекать его не будут, поскольку его мозг адаптирован к картинкам, которые он расценивает как норму. Если молодые мужчины часто рассматривают фотографии топ-моделей, это подрывает их чувства к реальным женщинам из плоти и крови, с которыми связана их жизнь.

Означает ли это, что любовь женщин сильнее? То, что женщины не подвержены такому же влиянию от разглядывания красавцев мужчин на страницах журналов и что это не влияет на их чувства к партнерам, может быть еще одним свидетельством в пользу широко распространенного мнения, что мужчины — дураки. Но, как предполагает наш коллега Норберт Шварц, хотя женщины и не сравнивают своих партнеров с мускулистыми красавчиками из журналов, они могут сравнивать их с мужчинами, имеющими высокое положение в обществе, и это сравнение в пользу последних.

Чтобы проверить это предположение, Стив Нейберг, Кристин Цирк, Жак Кроунс и я попросили студентов оценить досье нескольких человек — мы сказали им, что это часть новой программы, создаваемой в Аризонском университете, с целью помочь одиноким приезжим студентам найти потенциального партнера. Если вы мужчина и если бы вы были участником этого эксперимента, то вам предложили бы ознакомиться с досье нескольких женщин с заранее отобранными фотографиями. Одни были очень красивыми, другие — ничем не примечательными. Женщинам, участвующим в эксперименте, предлагали взглянуть на фотографии красавчиков или обычных парней. Помимо снимков испытуемым давали возможность ознакомиться с рейтингами каждого изображенного. Половину времени им внушали, что команда психологов оценила определенных людей, изображенных на фотографиях, оценкой «высоко» по критерию «доминантность/стремление к победе» как активных и энергичных, с отчетливо выраженными лидерскими качествами. Вторую половину времени испытуемым показывали фотографии тех, кого психологи оценили как покорных и послушных, без лидерских качеств. После того как участники эксперимента ознакомились с досье, им задавали вопросы об их личных отношениях и, чтобы сделать процесс более занятным, предлагали, если у них были возможность и интерес, записаться на участие в программе «Одиночки в Аризонском университете».

Как бы вы отреагировали на это предложение? Ответ зависит от того, мужчина вы или женщина. Как и в предыдущем исследовании, мы обнаружили, что красота других женщин подрывает преданность мужчин своим партнершам. Мужчины начинали отзываться о своих отношениях с женщинами с меньшим трепетом, после того как им показывали несколько фотографий прекрасных и манящих дам, предположительно «имеющихся на рынке знакомств». Женщины же при виде фотографий красивых мужчин отнюдь не меняли своего отношения к партнеру. Но если вы женщина, не задавайтесь. Если женщина видит перед собой мужчин, являющихся в социальном плане лидерами, то это также может негативно повлиять на ее отношение к партнеру, как это происходит с мужчинами, которые видят красивых женщин.

Как мы смотримся на фоне старлеток и магнатов

Меняется ли наше видение самих себя, если мы видим перед собой красивых женщин или успешных мужчин? В исследовании, которое провели Сара Гутиеррес, Дженнифер Парч и я, мы снова предложили испытуемым изучить досье людей, которые, как мы им объяснили, записались для участия в программе «Одиночки в Аризонском университете». Но в этом случае мы предлагали участникам изучать досье людей того же пола, что и они.

Каждое досье содержало имя человека, его интересы и хобби, в нем также было отмечено «самое важное достижение». Мы подготовили два варианта каждого досье. В каждом были отмечены одни и те же интересы и увлечения, но отличие состояло в том, что в одном досье человек оценивал себя с точки зрения социальной доминантности высоко, а в другом — низко. К примеру, вот что пишет о себе некто Карл Пауэрс в досье, в котором он высоко оценивает свои лидерские качества:

Мне кажется, что у меня много друзей, потому что люди мне доверяют, а мне нравится с ними общаться. Мне нравится планировать что-то новое для себя и для друзей. Я работаю пять дней в неделю, а в другие дни учу детей прыгать на батуте. Мне нравится общаться с людьми, и меня часто назначают руководителем групп, и тогда мне приходится брать ответственность на себя. Мне нравится быть лидером, у меня это легко получается, и в этом качестве я знакомлюсь со многими людьми. Мне говорят, что мне легко удается давать поручения другим. Я искренне обрадовался, когда меня избрали редактором газеты Вашингтонского университета, прежде чем я перешел учиться в Аризонский университет. Я уже опубликовал две короткие статьи в журнале “Раннерс Ворлд”. Обе они о качествах, необходимых, чтобы достичь совершенства. То, о чем я говорю, я стараюсь воплощать на практике, наверное, это и объясняет, почему мне пока все удается.

А в досье, где оценка лидерских качеств низкая, Карл предстает уже отнюдь не таким деятельным и целеустремленным человеком, а скорее мягким и покладистым:

Мне кажется, что у меня много друзей, потому что люди доверяют мне, а мне нравится с ними общаться. Я обычно готов идти с друзьями туда, куда они позовут. Я стараюсь часто ходить в спортзал, а в другие дни помогаю тренировать детей прыгать на батуте. Мне нравится проводить время в компаниях, но я не очень люблю выполнять поручения или помогать делать какую-нибудь работу. Мне не нравится руководить. У меня это не очень получается и мешает знакомиться с новыми людьми. Но когда мне что-то поручают, я стараюсь выполнить порученное. Я был очень рад, когда перед переходом в Аризонский университет меня назвали самым исполнительным сотрудником студенческой газеты, издающейся в Вашингтонском университете. Я начал писать две короткие статьи, которые мне хотелось бы напечатать в каком-нибудь журнале. Обе они о качествах, необходимых человеку для того, чтобы находиться в согласии с самим собой. Я стараюсь претворять свои идеалы в жизнь, и, наверное, это помогает быть мне довольным самим собой.

Некоторым участникам предлагали изучить восемь досье с высокой самооценкой лидерских качеств, предназначенных для того, чтобы создать впечатление, что среди лиц того же пола множество удачливых и энергичных людей. Другим участникам предлагали для ознакомления восемь менее впечатляющих досье лиц с низкой самооценкой. Женщинам-участницам предлагали те же самые досье, но изменяли мужские имена на женские (то есть вместо Карла Пуэрса была какая-нибудь Эми Пауэрс). В каждом досье была фотография, чтобы в одних случаях испытуемые могли увидеть восемь очень симпатичных лиц того же пола, а в других восемь ничем не примечательных лиц потенциальных конкурентов.

Если испытуемые видели фотографии очень привлекательных внешне и очень успешных в социальном отношении людей того же пола, что и они, то это не влияло на их самооценку того, насколько они сами привлекательны и социально доминантны. Но это влияло на их представления о том, как их будут оценивать окружающие. И это отличалось от того, что мы обнаружили, когда люди оценивали своих партнеров: мужчины на фоне социально доминантных мужчин начинали воспринимать себя как менее желанных кандидатов в мужья, а женщины, сравнивавшие себя с красивыми женщинами, начинали ниже оценивать свои шансы на замужество.

А теперь подумайте и скажите, все ли вам пойдет на пользу

Итак, проведенное нами исследование говорит о том, что если вы мужчина и если вы лицезреете большое количество красивых женщин, то это может негативно сказаться на ваших чувствах к партнерше. А если вы женщина и перед вашими глазами слишком много удачливых мужчин, это также может негативно влиять на чувства к партнеру. Но, похоже, в современном мире молоденькие звездочки и финансовые магнаты разгуливают повсюду. Голливудская продукция, ориентированная на рынок (от «Унесенных ветром» и «Кто хочет выйти замуж за миллионера» до сериала «Безумцы»), показывает нам мир, состоящий из одних красоток и богачей, а вовсе не из публики, которую вы регулярно видите в местном универсаме. Причем этих красоток и богачей в фильмах и сериалах так много, что это отрицательно влияет на вашего партнера. А возможно, и на вас.

Откройте какой-нибудь популярный журнал, включите телевизор или сходите в кинотеатр — и вы попадете в мир прекрасных женщин и состоятельных импозантных мужчин. Наше исследование показывает, что если только вы не живете в Голливуде, ваши невинные попытки развлечься, созерцая мир красоты и богатства, заставляют померкнуть в ваших глазах обычных людей из реальной жизни и подрывают вашу уверенность в себе. Может быть, стоит написать своему сенатору и потребовать принять особый закон, чтобы СМИ показывали нам не только красивых и богатых, но и равное количество ничем не выдающихся людей? А может быть, еще лучше потребовать, чтобы в журналах, в кинозалах и по телевизору нам показывали непривлекательных неудачников? Тогда, включив телевизор, мы будем чувствовать себя гораздо увереннее, а наши чувства к близким не остынут. Но это возможно до тех пор, пока мы не обнаружим, что существует черный видеорынок, где можно приобрести диски с красотками и состоятельными мужчинами, чтобы заполнить образовавшуюся пустоту.

Почему именно они так нас привлекают? Мое предположение таково: наше сознание сконструировано таким образом, чтобы искать красивых, сильных и удачливых людей, поскольку наши предки либо выбирали себе пару из местных красоток или крутых парней, либо вели соперничество за то, чтобы завоевать такого партнера. Конечно, наши предки жили без телевизора, кино и фотографий и перед их глазами были только реальные люди, а механизмы сознания наших предков выполняли ту работу, которую нужно было выполнять. Теперь эти механизмы перегружены. В каком-то смысле образы, которыми нас пичкает Голливуд и Мэдисон-авеню*, сродни вкусу мороженого «Бен-энд-Джерри»**. Вкусные добавки и зрительные образы вторгаются в механизмы сознания, которые были приспособлены для выживания и воспроизводства потомства в совершенно ином мире. Если вы будете поглощать эти добавки и образы в слишком большом количестве, это может причинить вред здоровью.

* Улица в Нью-Йорке, где располагаются основные рекламные агентства.
** Эта фирма производит мороженое с самыми разными наполнителями.

Что же делать простым смертным? Неужели мы беззащитны перед неизбежной эволюцией, которую без нашего ведома претерпели механизмы сознания? Не совсем так. Те, кто понимает опасность жирной пищи и переизбытка сахара, могут следить за тем, что и сколько они едят. Те же, кто понимает опасность переизбытка того, чем нас потчуют СМИ, перестают без разбора глотать «Playboy», «People», «Секс в большом городе» или «Танцы со звездами». Проведя все эти исследования, я перестал покупать журнал «Playboy» и почти никогда не включаю телевизор. В результате у меня появилось больше времени, чтобы кататься на велосипеде или читать книги (причем без картинок, ну разве что книги Доктора Сьюза, которые я читаю младшему сыну). Стал я от этого счастливее или нет — не знаю, но, во всяком случае, я не пытаюсь сравнивать себя с Дональдом Трампом*, а свою жену — с «мисс Февраль»**.

* Американский магнат и телеведущий.
** «Мисс Февраль» — ежегодный конкурс, проводимый журналом «Playboy».

© Кенрик Д. Секс, убийство и смысл жизни — М.: Питер, 2012.
© Публикуется с разрешения издательства

 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика