.
  

© А. Авраменко, А. Старунский

Психологические операции Народно-освободительной армии Китая

Искусство полководца заключается
в достижении победы без
применения военной силы»
«Искусство войны», Сунь Цзы.

Психологические операции КитаяНезависимые эксперты постоянно отмечают возросшую готовность Китайской Народной Республики (КНР) к ведению «бесконтактных войн» будущего, в том числе и информационной. Взяв за основу существующие западные разработки в области информационных и психологических операций (ПсО), китайские специалисты дополнили их собственными взглядами на проблемы информационно-психологического и информационно-технического противоборства. Учитывая богатые традиции, своими корнями уходящие во времена Сунь-Цзы (VI-V века до н. э.), китайская модель информационно-психологической войны, несомненно, представляет для специалистов большой интерес.

Как отмечают китайские исследователи, история ведения психологических операций в стране насчитывает более 4 тыс. лет. Самым известным китайским источником, обобщающим накопленный в этой области опыт, является знаменитый трактат Сунь Цзы «Искусство войны». Автор считал, что искусство полководца заключается в достижении победы без применения военной силы.

В целом вся доктрина ведения психологических операций в Древнем Китае была основана на философском учении Лао-Цзы (VI век до н. э.).

В ней большое внимание уделялось воздействию на стратегию и дипломатию противника, демонстрации собственной силы и отказ от слепой веры в удачу.

Во времена правления династий Цинь (221-206 годы до н. э.) и Хань (206 год до н. э.-8 год н. э., 25-220 годы н. э.) Китай стал свидетелем развития новых форм психологических операций. Так, в период правления династии Цинь активно использовались дипломатические каналы ведения психологических операций, в частности поддержка дружественных отношений с отдаленными государствами с одновременным проведением более агрессивной политики в отношении соседей. В свою очередь, во времена династии Хань шла всесторонняя интеграция экономических, политических и собственно военных аспектов психологических операций, поднимающая ПсО на новый, более качественный уровень.

Во времена Трех Династий (220-280 годы н. э.) китайские полководцы были уверены, что воздействие на морально-психологическое состояние противника является зачастую более эффективным способом достижения военно-политических целей, чем сами боевые действия. Более того, из многочисленных средств ведения войны они очень часто предпочитали именно психологические операции.

В другом китайском трактате о стратегии — «Шесть искусств ведения войны» — приводится любопытный пример штабной структуры, характерной для древнекитайской армии. Из 72 сотрудников штаба 19 (26 проц.) отвечали за проведение психологических операций. При этом пять из них пропагандировали мощь армии, четыре расхваливали доблесть своих войск, восемь разведывали намерения противника, а двое способствовали возникновению чувства неуверенности среди его солдат, подрывая их веру в богов и духов.

Китайские историки выделяют два примера, подтверждающих своеобразие форм и методов психологического воздействия, существовавших в те времена. Так, в первом случае китайские солдаты привязывали дудки, сделанные из камыша, к бумажным змеям и запускали их ночью в направлении лагеря противника. Змеи издавали на ветру ужасные звуки, действовавшие угнетающе на его солдат. Во втором случае китайцы в ночное время к рогам домашнего скота привязывали камыш, пропитанный нефтью, поджигали его и затем гнали обезумевшее стадо на лагерь противника, сея панику и ужас в стане врага.

В трактате «Шесть искусств ведения войны» указывается главный объект для психологического воздействия — разум командира. При этом отмечается, что китайский полководец должен обладать тремя качествами — интеллектом, характером и высоким моральным духом. В книге также перечислены десять человеческих слабостей, многие из которых могут быть присущи полководцу. Среди них особо выделяются чрезмерная храбрость, легкое отношение к смерти, нетерпеливость и необдуманность в поступках.

По мнению китайских исследователей, главной целью психологических операций в древнем Китае было введение врага в заблуждение, что обеспечивалось путем тесной интеграции действий войск с проведением психологических операций. Эксперты академии сухопутных войск Народно-освободительной армии Китая (НОАК) считают, что принципы, лежащие в основе древнекитайской доктрины психологических операций, не потеряли своей актуальности и сегодня.

Военно-политическое руководство КНР, изучив опыт участия США в вооруженных конфликтах конца XX — начала XXI века, пришло к закономерному выводу о том, что информационные и психологические операции стали неотъемлемой частью современной войны. Поэтому в настоящее время в строительстве НОАК упор сделан на совершенствование не только вооруженных средств борьбы, но также информационных технологий и информационного оружия. Со свойственным китайскому руководству прагматизмом оно считает, что именно этот принцип должен быть взят за основу процесса модернизации всей военной организации государства.

В то же время, по утверждению представителей китайского военного ведомства, даже в условиях информационной цивилизации незыблемым остается понимание того, что важнейший фактор боевой мощи — это люди, под контролем которых находится и оружие, и информация.

Другим краеугольным камнем всей китайской теории информационно-психологических операций является принцип «умело применять худшее для победы над лучшим». Он сформулирован на основе глубокого понимания того, что КНР по-прежнему значительно отстает от развитых стран Запада в плане информационных технологий и средств ведения информационной войны (ИВ). Именно поэтому в первую очередь китайские специалисты предлагают активизировать использование «худших» средств для достижения победы над противником, обладающим «лучшими» средствами.

По данным, появившимся в Интернете, национальная политика КНР в области информационной войны сегодня направлена на достижение паритета с развитыми государствами в сфере информационно-психологического противоборства. Для решения данной задачи Пекин предпринимает шаги по формированию в стране современной научно-технологической базы, что позволит в перспективе создать средства, обеспечивающие реализацию целей в такой войне.

Первые упоминания о системных исследованиях в области ведения информационно-психологических операций в Китае можно отнести к середине 80-х годов XX века. Именно в это время научно-исследовательские организации НОАК и Комитета по оборонной науке, технике и оборонной промышленности (КОНТОП) начали проводить симпозиумы и публиковать материалы по проблемам информационно-психологического противоборства.

Специалисты НОАК исходят из того, что современные информационные технологии сделали информационно-психологическую войну стратегическим средством и эффективным способом достижения победы. Китайские ученые убеждены, что Интернет предоставляет сегодня новые, неограниченные возможности для ведения пропаганды. Умело подготовленная и направленная сетевая атака может обрушить социальную, политическую и экономическую жизнь страны, превратив ее в хаос, что, естественно, негативно скажется на морально-психологическом состоянии населения и армии. Именно это, по взглядам китайских экспертов, и доказывает необходимость дальнейшего поиска новых способов ведения информационной войны.

Сегодня под информационными операциями (ИО) китайские военные специалисты понимают «совокупность всей боевой активности, которая включает разрушение и парализацию информационных систем (ИС) противника, а также деятельность по защите собственных ИС».

Как и на Западе, китайские эксперты считают, что одним из основных принципов информационной войны является информационное доминирование, описываемое как возможность защиты собственных ИС и разрушение информационной структуры противника. Подобное доминирование достигается за счет комплексного применения ВВС, ракетных войск стратегического назначения и сил специальных операций для нанесения ударов по инфраструктуре системы управления противника.

В Китае информационные операции рассматриваются в «широком» и «узком» смысле. В первом случае речь идет о боевых действиях, где господствует информация и «цифровые» части используют соответствующие средства. Во втором случае рассматриваются информационные операции в смысле «ИО на поле боя», которые предполагают комплексное использование разведки, дезинформации, оперативной маскировки, психологической и электронной борьбы, а также нанесение ударов по всей информационной инфраструктуре противника, включая личный состав.

Таким образом, к пяти основным структурным элементам информационных операций относятся:

физическое уничтожение — использование всех средств вооруженной борьбы для уничтожения системы управления противника (штабов, командных пунктов, информационных центров управления и контроля);

электронная война — применение электронных средств подавления или электромагнитного оружия для нанесения ударов по системам сбора информации и разведданных (таких, как системы связи и радиолокационные системы);

дезинформация — осуществление специальных действий (маневры, ложные удары и другие) в целях ввода противника в заблуждение;

оперативная маскировка — задействование всех средств для сохранения скрытности и недопущения сбора противником разведывательных сведений о своих действиях;

психологическая война — использование СМИ, а также печатной и устной пропаганды в целях подрыва морального духа войск противника.

Сегодня в Китае идет оживленная научная дискуссия о содержании информационно-психологических операций в современной войне. Известный американский исследователь Т. Томас выделяет несколько научных подходов к этой проблеме.

Первая группа исследователей определяет психологические операции как совокупность различных методов, влияющих на идеологическую стойкость противника, его волю и поведение. Цель психологических операций в данном случае заключается в том, чтобы победить не сражаясь или добиться крупного успеха с минимальными потерями. Достичь этой цели возможно только в условиях благоприятной военно-политической обстановки, обеспечив фундаментальное психологическое преимущество. Научный коллектив академии сухопутных войск НОАК трактует психологическую войну как пропаганду, основанную на реальной возможности использования материальной силы. При этом для воздействия на противника активно задействуются политические, экономические, научные, военные, дипломатические, идеологические и культурные средства давления. По мнению ученых, современная психологическая война заключается прежде всего в столкновении цивилизаций, восточной и западной культуры. Иными словами, супердержавы, используя свою военную мощь, стремятся навязать другим народам свою систему ценностей.

Вторая группа исследователей считает теорию психологической войны наукой на границе между психологией и военной стратегией. По их мнению, такая война имеет под собой как психологический базис, так и идеологическую надстройку. Психологический базис — понятие более постоянное, в то время как идеологическая надстройка в большей степени подвержена изменениям. Стратегия ведения психологической войны — это воплощение направленности национальной и военной стратегий.

При этом специалисты психологических операций НОАК определяют психологическую войну как многоуровневую деятельность на стратегическом, оперативном и тактическом уровне. Главную цель психологического воздействия они видят в обеспечении высокого морально-психологического потенциала нации, трактуя ее через состояние общественного сознания, культурные традиции, ритм экономической жизни страны и боевой дух армии.

Значительная часть китайских экспертов в области ведения психологических операций при этом делает акцент на систему человеческих ценностей, которая лежит в основе мотивации поступков человека. По их мнению, наиболее важные стратегические цели психологической войны могут быть достигнуты путем разрушения государственной идеологии через размывание системы ценностей, принятой в культуре того или иного народа.

В связи с этим большая часть научных исследований в области психологических операций, проводимых в этой стране, посвящена проблеме обеспечения информационно-психологической безопасности государства. В них утверждается, что КНР просто обязана перехватить инициативу в области психологической войны, так как информационно-психологическая безопасность является одной из важнейших составляющих государственной безопасности.

По мнению китайских специалистов, в современном мире нельзя игнорировать информационно-психологические факторы, являющиеся мощным политическим и дипломатическим оружием. Психологическая война не требует больших финансовых затрат, относительно гуманна и в то же время очень эффективна. Сегодня населению доступен огромный массив информации, поэтому у противников Китая появляется больше возможностей для ведения против него психологической войны.

Ведение информационно-психологических операций невозможно без оснащения подразделений психологических операций. современной техникой. В настоящее время, по мнению военно-политического руководства КНР, необходимо разработать эффективную стратегию защиты своих интересов в информационно-психологической сфере. Подобная стратегия должна заключаться в эффективной информационной защите сознания своих граждан путем так называемой иммунизации. Это подразумевает под собой снятие запрета на соприкосновение людей с другими идеями, заимствованными извне, с одновременным показом их ошибочности. Именно таким образом специалисты в области ведения психологической войны предлагают выработать у населения КНР своего рода психологический иммунитет.

По мнению китайских экспертов, в ближайшем будущем основной целью психологической войны станет формирование общественного мнения, а попытки установления контроля над СМИ станут своего рода передним краем информационно-психологического противоборства. Для решения такой важной задачи Китай должен развивать свои собственные информационные ресурсы и через них управлять общественным мнением в нужном для государства направлении. При этом угрозы и запугивание — одна из стратегий информационно-психологического воздействия, которая может быть использована для оказания влияния на общественное мнение и СМИ.

Китайские специалисты отмечают, что США давно используют свое военно-техническое преимущество для ведения психологической войны. Демонстрация военной техники, участие в выставках по продаже оружия и регулярное проведение учений — все это является элементами запугивания. В ответ на подобные действия КНР должна реализовывать свой собственный план противодействия подобным угрозам, исходящим от стран Запада. Однако эти угрозы могут быть эффективными только в том случае, если государство, использующее их, обладает реальной экономической и военной мощью. В перспективе китайские специалисты не исключают, что демонстрация силы станет наиболее эффективным приемом психологической войны.

Эксперты усматривают сегодня главное различие между западным и китайским подходом к психологических операциях в основных положениях стратегии их ведения. По их мнению, наиболее эффективная стратегия состоит в том, чтобы воздействовать на разум противника, делая его неспособным к принятию управленческих решений. При этом если китайские специалисты рассматривают психологическую войну как способ распространения истины и справедливости, завоевания умов и раскрытия планов противника по проникновению в ментальное пространство КНР, то Запад видит в ней всего лишь средство распространения своих гегемонистских интересов, направленных на подчинение им других стран.

В 1991 году Военный совет ЦК коммунистической партии Китая утвердил «Положение о политической работе в НОАК», во втором разделе которого определены следующие общие принципы ведения Психологических операций:

в боевой обстановке необходимо сочетать нанесение ударов по противнику с работой по его разложению, а в работе с военнопленными придерживаться принципов гуманного обращения с ними;

в мирное время при разработке плана боевой подготовки войск предусмотреть обучение их работе по разложению личного состава армии противника;

вести работу по изучению морально-политического состояния (МПС) личного состава зарубежных армий и населения.

В рамках современных концепций ведения войны НОАК определены следующие основные вопросы стратегии психологических операций:

подготовка к психологическим операциям в рамках общей программы обучения войск и органов управления;

развертывание полного комплекта сил и средств психологических операций, в том числе специальных воинских частей;

создание системы для проведения научных исследований в области информационно-психологического воздействия, а также применение теории и практики психологической войны в условиях использования высоких технологий;

развитие потенциала аппарата психологической войны, повышение качества подготовки личного состава.

Что касается методов китайской подрывной пропаганды, то предпочтение отдается в основном таким способам психологического воздействия, как внушение, устрашение и запугивание. В сочетании с дезинформацией эти способы могут привести к успеху в информационной кампании. Однако, как отмечают западные специалисты, серьезные недостатки и просчеты в пропагандистской работе, прежде всего слабый учет национально-психологических особенностей объектов воздействия, значительно снижают эффективность информационно-психологических операций НОАК.

В настоящее время Китай стоит перед проблемой подготовки квалифицированных кадров и создания на этой основе эффективного аппарата психологических операций, что в перспективе и будет гарантировать информационно-психологическую безопасность страны. Во главу угла специалисты НОАК ставят вопрос об оснащении подразделений психологических операций современной техникой для ведения пропаганды. Большой удельный вес при этом должна иметь так называемая «интеллектуальная составляющая», включающая в себя АСУ управления войсками и оружием, систему управления беспилотными летательными аппаратами (БЛА) и систему связи, в том числе по компьютерным сетям.

В перспективе, по взглядам командования НОАК, БЛА могут самостоятельно вести радио- и телевещание, распространять печатные материалы информационно-психологического воздействия. В будущем китайские специалисты предлагают использовать в листовках комбинированные аудио- и видеоэффекты, то есть листовки будут похожи на современные «говорящие» открытки. Большой интерес военные ученые уделяют также технологиям проецирования голографического изображения на нижнюю кромку облаков. По мнению специалистов НОАК, подобные новинки могут иметь очень сильный психологический эффект.

Убедительным примером эффективного проведения Китаем информационно-психологической операции являются мероприятия по информационно-психологическому воздействию на военно-политическое руководство, население и личный состав ВС Тайваня в 1996 году в период проведения первых выборов президента на острове. В течение нескольких месяцев в СМИ, как китайских, так и иностранных, насаждалась мысль об абсурдности самой идеи независимости Тайваня и неминуемом возмездии (применении военной силы) со стороны КНР в случае ее провозглашения. Кульминационным моментом проводимых Китаем мероприятий по оказанию информационно-психологического давления на Тайбэй стали широкомасштабные учения НОАК с реальными пусками оперативно-тактических ракет «Дунфэн-15» в районы, расположенные в непосредственной близости от острова.

Результатом подобных действий явилось то, что ни в 1996 году, ни в последующий период военно-политическое руководство острова не помышляло о создании независимого государства. Косвенно эффективность психологических операций КНР подтверждает и создание в январе 2002 года на Тайване первого современного подразделения психологических операций, главной задачей которого стало противодействие пропаганде континентального Китая.

С учетом накопленного боевого опыта китайские специалисты сформулировали ряд основных направлений совершенствования методов ведения психологической войны на ближайшую перспективу, основными из которых являются следующие: создание специальных структур, объединяющих представителей творческих специальностей, что придаст китайским ПсО необходимый колорит; формирование координационного органа психологических операций на государственном уровне; ведение активной научно-исследовательской работы по проблемам психологической войны в масштабах армии и государства; формирование частей и соединений психологических операций; развитие материально-технической базы сил и средств ПсО.

Таким образом, к «китайской специфике» ведения информационно-психологических операций эксперты в КНР и за рубежом относят широкое использование исторического материала и основополагающих принципов китайского военного искусства, имеющего тысячелетние традиции. Вторая особенность психологических операций — акцент на их проведение в мирное время.

Однако западные эксперты считают, что, несмотря на достигнутые успехи, отставание КНР в области информационных технологий вряд ли позволит ей в ближайшей перспективе эффективно решать задачи в области информационно-психологического противоборства. В самом Китае не скрывают того, что до сих пор не могут решить проблему подготовки профессиональных кадров и преодолеть трудности, возникающие в процессе формирования единой и скоординированной системы управления психологическими операциями.

© Полковник А. Авраменко, Подполковник А. Старунский, кандидат психологических наук
© «Зарубежное военное обозрение» №4, 2005 г

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов