.
  

© В.А. Роменець, И.П. Маноха

Теория оперантного обусловливания Берреса Ф. Скиннера (1904-1990)

Беррес Фредерик Скиннер (Burrhus Frederic Skinner)Вторым после К. Халла ведущим необихевиористом считается Беррес Фредерик Скиннер (Burrhus Frederic Skinner), но по популярности он значительно его превышает. До самой своей смерти он оставался одним из самых известных психологов мира, его идеи и сегодня влияют на характер психологических исследований, на педагогику и практику психологии. Историки науки задают вопрос: сделал ли Скиннер существенный вклад в человеческое самопознание? И в основном отвечают так: «Он был слишком далек от такого рода вопросов».

Понимание человеком самого себя, или по крайней мере того, что искали философы и психологи на протяжении многих веков, никак не было целью Скиннера. Всю свою долгую жизнь он придерживался крайней бихевиористской позиции, согласно которой «субъективные сущности», такие как ум, мышление, память, аргументация, не существуют вовсе, а есть только «вербальными конструктами», грамматическими ловушками, в которые человечество попало с развитием речи. Скиннер отыскивал детерминанты поведения: каким образом оно обуславливается внешними причинами. Он не сомневался в правильности своей позиции, поскольку считал, что «бихевиоризм нуждается в объяснении».

Теория обусловливания, которую стремился создать Скиннер, должна была подытожить его достаточно необычные исследования: все, что мы делаем и чем мы являемся, детерминировано историей нашей наград и наказаний. Детали его теории исходили из таких принципов, как частичное подкрепление эффекта, изучение обстановки, вызывающей определенное поведение или прекращающей его.

Подобно Дж. Уотсону, Скиннер был общественно активным, в частности как публицист. В одном из своих ранних выступлений по телевидению он привел дилемму, которую предложил еще М Монтень: «Что сделали бы вы, если бы вам надо было выбрать: родить детей или создать книги?» — и ответил, что для себя лично он родил бы детей, однако его вклад в будущее был бы значительным благодаря его трудам.

Скиннер любил смеяться над терминами, которыми специалисты пользовались для понимания человеческого поведения: «Поведение свойственно человеческой природе, и потому должна быть экстенсивная «психология индивидуальных различий», в которой люди сравниваются между собой и описываются в терминах черт характера, способностей, наклонностей. Но за традицией каждый, кто имеет дело с человеческими поступками, продолжает толковать человеческое поведение донаучным способом».

Скиннер также отвергал попытки понять внутреннюю сторону характера личности: «Мы не имели потребности говорить о том, что личности, состояния ума, чувств, черты характера человека реально существуют, чтобы можно было их примирить с научным анализом поведения... Мышление и все другое является поведением. Ошибка заключается в попытках отнести поведение к душе».

По мнению Скиннера, необходимо знать внешние причины поведения и его результаты, которые можно наблюдать. Только исходя из таких предположений можно дать ясную картину активности организма как поведенческой системы.

Согласно этой позиции он выступал как убежденный детерминист: «Мы такие, какие предстаем в нашей истории. Мы хотим думать, что мы выбираем, что мы действуем, но я не могу согласиться с тем, что личность является или свободной, или ответственной». Самодостаточное и автономное человеческое бытие Скиннер считает иллюзией. Для него хороший человек является таковым, потому что полностью обусловлен вести себя определенным образом, а хорошее общество должно быть основано на «бихевиоральной технике», что означает научный контроль за поведением с использованием методов положительного подкрепления.

Современники Скиннера считали его ловким популяризатором науки: он был красноречив, уверенно эгоистичен, умел захватить внимание. Для демонстрации преимуществ техники обусловливания он учил голубя играть мелодию на игрушечном пианино, а пару голубей — в настольный теннис, когда они перекатывали мяч своими клювиками. Миллионы зрителей смотрели это по телевидению как научно-документальный фильм.

оперантное подкрепление: опыты Берреса Скиннера с голубями
Два голубя играют в пинг-понг во время эксперимента по оперантному обучению. Кембридж, Массачусетс, июнь 1950 года.

Скиннер переносил свои натуралистические видения на придуманное им общество. В утопической новелле «Walden Two» (1948) он описывает небольшое сообщество, в котором поведение детей с самого рождения было строго обусловлено наградами (положительное подкрепление), чтобы они стали на путь сотрудничества и социабельности, все поведение научно контролируется ради всеобщего блага. Несмотря на искусственность диалогов и несколько избитый сюжет, эта книга стала любимой среди студентов. Она была быстро продана тиражом более двух миллионов экземпляров.

Популярность Скиннера у публики была намного больше, чем среди коллег-профессионалов. Журнал «Американский психолог» писал: «Скиннер является ведущей фигурой в бихевиористском мифе. Он ученый-герой, Прометей, несущий огонь открытия, мастер-технологист, главный мятежник, который освобождает наши мысли от старых взглядов».

Скиннер родился в маленьком городке в Пенсильвании, его отец был юристом. Мальчиком он увлекался изобретениями, позже, уже как психолог, он создавал оригинальную и эффективную аппаратуру для экспериментов с животными. В школе и колледже Скиннер мечтал стать писателем, а после колледжа пробовал писать. Хотя он вплотную наблюдал различные формы человеческого поведения вокруг себя, он однажды четко понял, что не может ничего сказать о том, что видел и переживал, и в глубокой печали отказался от такого рода усилий.

Но вскоре Скиннер нашел другой, более практичный для себя путь понимания человеческого поведения. Знакомясь с трудами Уотсона и Павлова, он осознал, что его будущее лежит в научном раскрытии человеческого поведения, в частности в изучении реакций обусловливания. Я был очень расстроен моим неудачами в литературе, — говорил он в 1977 г . — я был убежден, что писатель ничего на самом деле не понимает. И это повлекло то, что я вернулся в психологию».

Хотя в Гарварде тогда царила интроспективная психология, Скиннер не интересовался «внутренней историей» человека и пошел своей дорогой, проводя бихевиористские исследования с крысами. В автобиографии он откровенно говорит о том, что вопреки профессорскому обучению он становился все более бихевиористом, а на защите диссертации резко отверг критику бихевиоризма.

Опираясь на свои изобретательские способности, он сконструировал «проблемную клетку» , что было значительным достижением после известной торндайковской модели. Она была довольно просторная для белых крыс, а на стене находился бар с едой и питьем. Когда крыса, прогуливаясь по клетке, случайно упиралась передними лапами в бар, нажимая на него, еда в форме шарика попадала на поднос.

оперантное научение: опыты Берреса Скиннера с крысами

Это позволило получить более объективные данные о поведении, чем это было до скиннеровских опытов. Именно крыса «определяла», какое количество времени проходит между нажатиями на бар. Поэтому за свое открытием принципа обучения Скиннер мог благодарить так называемый «ответ крысы» — класс достижений, когда поведение животного меняется в ответ на подкрепление без вмешательства экспериментатора.

Скиннер построил исследовательскую программу с клеткой таким образом, что приближал ее условия к реальным ситуациям, где поведение подкрепляется либо не подкрепляется. Он, в частности, исследует обучение ответам, если они регулярно подкрепляются или подкрепления внезапно прерываются, а также влияние на обучение временных интервалов с их регулярностью и иррегулярностью.

На этой основе Скиннер сформулировал ряд принципов, которые проливают свет не только на поведение крыс, но и на человеческое бытие. Речь идет, в частности, о его открытии важных вариаций эффекта парциального, частичного подкрепления. Скиннер находит аналогию в поведении игроков с игровым автоматом в казино: ни крыса, ни игроки не могут предсказать, когда появится следующее подкрепление, но в них есть надежда, что оно появится при каждой новой попытке.

Важным вкладом Скиннера в науки о поведении является его концепция оперантного научения. Одним этим он уже заслуживает, по мнению американских историков психологии, видное место в кругу знаменитых психологов мира.

В классическом Павловском обусловливании безусловный ответ животного (слюноотделение) на еду превращается в условный ответ по отношению к предыдущему нейтральному стимулу (звуки метронома или звонка: решающим элементом в поведенческом изменении является новый стимул.

В торндайковском «инструментальном» обусловливании решающим элементом поведенческого изменения является ответ, а не стимул. Нейтральный ответ — случайный шаг (нажатие) на педаль во время случайных усилий получить еду — является подкрепляющим научающим шагом поведения, что приводит к изменению, которому ранее животное не было обучено.

Скиннеровское оперантное обусловливание является важным развитием инструментального. Случайное движение, которое осуществляет животное, в любом случае может быть понято как оперантное для окружающих и поэтому является, по Скиннеру, именно оперантным. Подкрепительное движение приводит к оперантному научению. При подкреплении серии небольших случайных движений экспериментатор может «создавать» поведение животного, пока оно действует такими способами, которые не были частью его оригинального природного репертуара.

оперантное научение: опыты Берреса Скиннера
Беррес Ф. Скиннер

Данный подход дал возможность Скиннеру «создать» поведение голубя — заставить того клевать большой цветной пластиковый диск, прикрепленный на стенке «скиннеровской» клетки. Он об этом пишет так: «Мы сначала дали птице пищу, когда она медленно повернулась в направлении диска. Это и обусловило частотность такого поведения. Мы поддерживали подкрепление, пока незначительное движение не было направлено к пятну (диску). Это опять меняло общее распределение поведения без выработки нового единства. Мы продолжали с помощью подкрепления позиции успешный подход к пятну, далее подкрепление было только в случае, когда голова двигалась медленно вперед, и, наконец, только тогда, когда клюв действительно имел контакт с пятном.

Таким образом, мы можем построить оперантное поведение, которое никогда не появилась бы в репертуаре организма иным образом. При подкреплении серии успешных приближений мы получаем ответ за короткое время. Возникает функционально связанное единство поведения; оно конструируется продолжающимся процессом дифференциального подкрепления в сторону от недифференциального поведения».

Скиннер уподобил оперантные тренировки голубя детскому обучению разговаривать, петь, танцевать, играть, а со временем и всему репертуару человеческого поведения, созданному из мелких звеньев простых поведенческих актов. Это можно было бы назвать «an Erector-set» (взглядом от человеческого бытия), бездумным роботом, собранным оперантным обусловливанием из многих бессмысленных кусков.

Скиннера так или иначе долго не признавали ведущие психологические учреждения, но постепенно у него появлялись сторонники, что впоследствии выразилось в издании четырех журналов скиннеровских бихевиористских работ, а также в создании специальной секции скиннеровских исследований.

Скиннеровская техника оперантного обусловливания широко использовалась в экспериментальной психологии. В последние годы его труды цитировались в сотнях научных публикаций ежегодно (что-то около седьмой части от частоты упоминаний Фрейда). Кроме того, Скиннер имел большое влияние вне главных направлений психологии.

Бихевиористские опыты Скиннера
Дэрби, 13-месячная дочь профессора Б.Ф. Скиннера, с момента рождения жила в пыленепроницаемом, закрытом и застекленном детском манеже, в котором температура и влажность регулировались автоматически. Скиннер постепенно сокращал время, которое Дэрби проводила в своем ящике, так что в конце концов она станет только спать в нем.

В 1956 г.. Во время визита в школу к своей дочери Скиннеру пришло в голову, что оперантная техника, применяемая для обучения голубя игре на пианино, может стать более эффективной для обучения, чем традиционные методы. Сложные предметы можно расчленить на простые шаги в логической последовательности; студентам могут быть поставлены вопросы, и преподавателю следует сразу ответить, какие их ответы являются правильными. Здесь работают два принципа: 1) знания, о которых рассказывают правильно, должны стать подкрепленным поведением; 2) непосредственное позитивное подкрепление работает лучше, чем разрушительное негативное подкрепление. Результат известен как «программируемая инструкция».

Поскольку педагог не может одновременно применять подкрепление в классе, где много учеников, новые учебники должны быть написаны так, чтобы вопросы и ответы следовали одни за другими. Кроме того, Скиннер предложил учебные машины для оперантного самообучения. Механическая модель со временем была отвергнута, но сегодня применение обучающих инструкций, основанных на компьютере с непосредственным подкреплением, переживает второе рождение.

В течение нескольких лет движение за программированное обучение получило широкое распространение. Принципы оперантного обусловливания были приспособлены для обучения в школах и колледжах США и других стран. Но воспитатели поняли, что «атомистические» методы программируемой инструкции являются только частью того, в чем нуждается человеческое бытие: необходимы также цельные, иерархизированные мыслительные структуры. Более поздние исследования показали, что отложенное подкрепление часто дает лучший результат, чем подкрепление мгновенное. Рассуждения о характере ответа может привести к большему эффекту в обучении, чем быстрое получение ответа. Вместе с тем скиннеровское учение о непосредственном подкреплении было квалифицировано как полезное и содержится во многих учебных планах и школьных учебниках.

Беррес Скиннер также имел определенный успех в раскрытии причин умственных и эмоциональных расстройств. Система небольших подкреплений для небольших изменений в сторону здоровья дает возможность изменить поведение пациента. В конце 40-х годов Скиннер и два его студента осуществили первое экспериментальное испытание того, что стало известно как модификация поведения. Они устроили стационар в психиатрическом госпитале близ Бостона, в котором по соответствующей методике психотические пациенты получали конфеты или сигареты, чтобы оперировать машиной соответствующим образом. Терапевты давали стимулы пациентам для соответствующего поведения, такие как средства произвольного внимания, поддержка в хозяйственных задачах, привилегии избрания компании для обеда, разговор с врачом или возможность смотреть телевизор.

Подкрепление желаемого поведения у таких людей срабатывало часто. Одна депрессивная женщина не хотела есть и боялась умереть от голодания. Но она принимала гостей, смотрела телепередачи, слушала радио, читала книги и журналы, имела цветы в своей комнате. Терапевты перевели ее в комнату, лишенную этого комфорта и направили свет прямо на нее. Если она что-то ела, определенные предметы комфорта временно возвращали в комнату. Постепенно женщина вернула свой вес. Через 18 месяцев она уже вела нормальную жизнь.

Движение «бихевиоральной модификации» распространилось на многие психиатрических больницы и школы. Такую модификацию применяли для решения важных проблем, таких как курение, ожирение, робость, тики, речевые затруднения. Это была специализированная техника бихевиоральной терапии, но основана больше на Павловском обусловливании, чем на скиннеровской модификации.

Беррес Скиннер
Burrhus F. Skinner

Известная книга Скиннера — «Walden Two» — не осчастливила американское общество или хотя бы часть его, но она, несомненно, повлияла на социальные представления миллионов его читателей. Некоторые усилия были сделаны, чтобы реализовать утопию по модели «Walden Two» — Тwin Oaks Community в Луизиане, штат Вирджиния, и коммуна, основанная восьмерьми людьми в 1966 году. После нескольких лет выживания эта коммуна выросла до 81 члена. Они пыталис на основе соответствующих знаний вызывать идеальное поведение и создавать модели различных его форм по методам скиннеровского подкрепления.

Скиннер как-то заметил: «Мое влияние на других людей было значительно меньшим, чем на крыс и голубей или на людей как объектов эксперимента». Это, видимо, не следует понимать буквально. То, о чем он думал всерьез, было таким: «Я никогда не сомневался в важности моей работы». И добавлял в характерном для него перверсивном стиле: «Когда эта работа начала привлекать внимание, я остерегался этого эксперимента больше, чем был доволен им. Некоторые упрекают меня, что я боялся или впадал в депрессию от так называемого самолюбия и жажды слава. Я отвергаю любой гонор, который забирал бы у меня время от моей работы или слишком подкреплял ее специфические аспекты.

Историк психологии М. Хант, излагая идеи Скиннера, не идет дальше констатации отдельных фактов и описания характерологических черт самого ученого. Но и это изложение не может не наталкивать на мысль: можно ли провести параллель между намерениями Скиннера построить идеальное коммунистическое сообщество, опираясь на идею оперантного научения, и намерениями марксистов изменить мир, опираясь на «научный коммунизм» как технологию социальной трансформации?

Роменець В.А., Маноха И.П. История психологии XX века. — Киев, Лыбидь, 2003.

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов