.
  

© С. А. Зелинский

Манипуляции массами и психоанализ.
(Манипулирование массовыми психическими процессами посредством психоаналитических методик)

««« К началу

Гл. 22. Дружба — как форма разрешения внутренних противоречий

Прежде чем приступить к психоаналитическому анализу дружбы,– по всей видимости, следует уяснить для себя: что же понимает большинство из нас, под таким понятием, как «дружба».

И уже тогда, дружба, на наш взгляд, — это некие партнерские отношения между людьми, желательно одного пола. (Если рассматриваемые нами «друзья» разного пола, — за исключением случая, когда оба партнера одного пола — гомосексуалисты, — подсознательно будет вмешиваться сексуальный аспект.)

Уточнив для себя понятие дружбы, постараемся теперь подойти к данному вопросу с психоаналитических позиций. И уже тогда, некогда привычное понимание «дружба»,– может быть представлено в несколько иных рамках понимания вопроса.

Другими словами, в дружбе (т. е. в отношении между людьми одного пола, — возьмем для удобства, что они будут мужчинами) начнут проявляться те позиции психоаналитической концепции Зигмунда Фрейда, которые изначально, (из-за своего базирования исключительно в бессознательном), вроде как, и незаметны взгляду стороннего наблюдателя.

Прежде всего, конечно, стоит отметить существование в дружбе таких позиций психоаналитической теории — как проекция и перенос. Не вдаваясь в сущностные детали отличий двух типов защит психики, заметим, что проекция — это проецирование наших внутренних желаний — на другой объект. А перенос — перенос личностных оценок кого-либо из близких родственников (воспитывавших младенца) — на другое лицо. Т. е., и в том, и в другом случае наблюдается некий обман. Только если в первом — болезни собственной психики мы находим в других людях (доказывая и убеждая, что эти болезни — это «их» болезни); то во втором, в случае переноса, мы бессознательно переносим на личность аналитика, друга, товарища, и т. п. — характер и мотивационную сущность поведения собственного отца, например. Или — старшего брата, дядю, сестру, мать… Т. е., перед нами, — такое же, как и в случае проекции, — желание выдать желаемое — за действительное. (При этом реальная правда, в большинстве случаев, может существенно отличаться).

В применении к теме нашей работы, и перенос, и проекция, — незримо (т. е. бессознательно) будут присутствовать в отношениях между нашими «друзьями».

При этом, один из них — невольно будет переносить на другого, какие-либо положительные черты характера своих близких родственников, воспитывавших его. (В данном случае, мы говорим о т. н. положительном переносе. В иной ситуации — при переносе отрицательном, когда мы переносим какие-либо негативные аспекты опыта прошлого — дружбы, конечно же, не возникнет; так же, говоря о близких родственниках, мы предусматриваем обычные, нормальные, среднестатистические семьи. В случае же, если индивид воспитывался, например, в детском доме, интернате, и проч., — вместо словосочетания «близкие родственники», можно применить такие слова, как: педагог, воспитатель, и т. п.).

Если мы говорим о проекции, то и здесь, исходя из того, что мы наиболее дружны с людьми, чем-то или в чем-то схожими с нами, — мы как бы бессознательно будем наделять своего друга — чертами, в первую очередь, — присущими нам. И уже из-за этого — почти наверняка будем чувствовать семантическое родство душ ним.

Не останавливаясь на проекции и переносе (надеясь, что более-менее точно мы изложили собственную мысль), мы перейдем к латентному садо-мазохизму, на наш взгляд, достаточно ярко также просматривавшемуся в дружбе.

Прежде всего, выясним, что же нам следует понимать под таким понятием, как латентный садо-мазохизм. Прежде всего, — латентный, — означает скрытый. Скрытый, как от самого индивида; так и скрытый его нежеланием делать нечто заметное для окружающих, которое будет в какой-то мере, касающегося каких-то особенностей его собственной психики.

Под садизмом (разделяя это, в принципе, нераздельное понятие, потому как, еще Фрейд признал, что если в индивиде представлен в какой-либо форме — садизм, — то наверняка вместе с ним должен быть и мазохизм) мы будем понимать навязывание собственной власти — другому. (Эта власть, например, может проявляться через нанесение боли другому индивиду, и уже через боль — демонстрации собственного влияния над ним.) Тогда как мазохизм — это подчинение. Подчинение — власти другого.

В контексте нашей работы, латентный садо-мазохизм будет представлен в «дружбе», — как неосознанное желание одного (мазохиста), посредством своей зависимости — приобщиться к власти другого. Для садиста, тоже есть «свой интерес». Индивид, ориентированный подобным образом — будет тешить собственное самолюбие, посредством реализации комплекса власти (по всей видимости, существующем в каждом индивиде, хотя бы — как в форме эволюционного процесса; выживания одного вида, особи, — через демонстрацию силы — другому).

Вероятней всего, мы можем предположить, что если партнерство в дружбе более-менее равноценное, то каждый из партнеров может иметь признаки латентного садо-мазохизма. Или же, и садизм и мазохизм — в таких партнерах будет не только сочетаться, но и — в отдельные моменты — доминировать каким-либо одним признаком.

Латентная гомосексуальность, на наш взгляд, также может быть выражена в дружбе, и базироваться, например, на бессознательном желании одного — возможности сексуальных отношений с другим. (Подобная мысль, вероятно, имеет право на существование в контексте высказывания Фрейда о бисексуальной природе психики индивида). Заметим здесь, что желание гомосексуального контакта может и не осознаваться ни одним, ни другим. Хотя бы потому, что подобное желание бессознательно, т. е. скрыто от сознания. (Базируется же оно — на эдиповом комплексе, когда ребенок, мальчик, испытывая неосознанное желание к матери, — точно также может испытывать такое же желание и к отцу).

Упомянув об эдипове комплексе, мы просто вынуждены обратить внимание, что на наш взгляд, в дружбе — также заметен результат влияния Эдипова комплекса.

Подобное становится особенно заметным, если мы вспомним, что одним из способов освобождения от Эдипова комплекса, — будет возможность как-то нивелировать фигуру отца. Став с ним «на один уровень», например.

И тогда уже, что касается дружбы, влияние Эдипова комплекса может быть понятно именно в контексте нашей первоначальной интерпретации дружбы — как партнерских отношений. Подсознательно перенося на «друга» образ отца — такой индивид будет (опять же — бессознательно) тешить свое самолюбие — именно возможностью стать с «предполагаемым отцом» (перенос, как мы уже поняли, здесь тоже представлен) — на один уровень. И, — тем самым (как мы замечали раннее), — высвободиться из-под его влияния. А значит и освободиться от Эдипова комплекса. (В ином случае, как мы помним, психика индивида будет оставаться инфантильной. А сам он — все время находиться под влиянием Эдипова комплекса, а значит — и влияния своего отца).

И, наконец, последней (из рассматриваемых нами форм психоаналитической теории Фрейда, явно замеченными нами в дружбе), будут некие невротические реакции. А попросту невроз.

Невроз, — если кто, на первый взгляд, и подсознательно открещивается от его наличия в себе, — вероятней всего находится в психике подавляющего числа (если не всех) индивидов. Причем наличие невроза уже как бы дает повод для каких-либо манипулирований с другой стороны. Да и самим существованием невротических реакций продиктована мотивационная составляющая наших поступков. Будь-то, — желание посмотреть художественный фильм (в зависимости от жанра — просмотр кинофильма, можно интерпретировать, как, — отыгрывание бессознательных, раннее вытесненных, а потому, — травматичных для психики — конструкций; от различных форм фобийной зависимости — до психопатологических девиаций); или — посещение футбольного матча (здесь спектр возможного избегания отклонений в психическом здоровье значительно шире — от избавления от внутренней тревожности — за счет объединения в массу, — и до снятия подцензурных барьеров и активации принципа удовольствия — посредством реализации филогененетической составляющей нашей психики).

Именно невроз, желание или избавления от него, или же — вынужденное «пособничество» ему — является одной из составляющих т. н. дружбы.

И уже тогда, — мы, конечно же, можем рассматривать дружбу — как «партнерство». Но только в том случае, если роли в этом партнерстве, будут распределены таким образом, чтобы один индивид — рисуя в своем воображении несколько вымышленный образ другого (то, что мы можем назвать иллюзорным миром, и что наверняка базируется исключительно в подсознании), — мог отыгрывать посредством этого — какие-то свои переживания, страхи, беспокойство… Т. е., — внутреннюю неустроенность; или, — другими словами, — нервозность.

И здесь круг как бы замыкается. Ведь желание увидеть в образе «другого»  — свои черты, — это проекция. То, с чего мы, собственно говоря, и начали нашу психоаналитическую интерпретацию «дружбы».

И уже, по всей видимости, это еще раз доказывает, что в дружбе, в возможности самой дружбы — представлены различные составляющие психоаналитической теории Фрейда. И, в зависимости от характеров индивидов, — что-то просто выражено более четче, чем другое.

Да и к тому же, вероятно, саму дружбу, и, конечно же, прежде всего — возможность возникновения ее — будет недопустимо обосновывать только наличием вышеперечисленных моментов. Вполне допустимы и иные аспекты, базирующиеся на психоаналитической концепции Фрейда.

И уже тогда, мы будем считать, что коснулись лишь того, что—метафорически выражаясь, — как бы лежало на поверхности. Будучи скрыто — на самом деле — в глубинах психики. В тех самых глубинах, в которые мы и попытались заглянуть — в желании разобраться в таком понятии, как дружба.

И в какой-то мере, — мы свою задачу выполнили.

Гл. 23. Страх. Неуверенность. Депрессивные состояния.

1

Как уже становится понятно из названия, объединение быть может и кажущихся различными характеристик в одну — на самом деле продиктовано наличием общего корня страха, неуверенности и депрессивных состояний.

И тогда уже было бы интересно проследить некую связь между тем, что подвигло нас к некоему объединению, и, собственно, общей первопричиной, объединяющей в последующем три обозначенные нами характеристики.

Попробуем остановиться на этом поподробнее.

Прежде всего, попытаемся обозначить то, что на наш взгляд объединяет все три вышеизложенные характеристики, берущие начало из бессознательного. Именно бессознательного. Ибо видимо это как раз и есть то, что является неким единым знаменателем и страха, и неуверенности, и — уже как следствие — депрессивных состояний.

И тогда уже все они происходят из развития в индивиде некой ограниченности; продиктованной, вероятно, именно развитием неких фобийных зависимостей.

Что, по сути, есть страх? Можно сказать, что видимо он имеет место в каждом индивиде. Он мучает, испепеляет, наносит в иных случаях и вовсе непоправимый вред здоровью. А иногда исчезает. И получается, что кому-то из нас удается выработать более-менее удачный способ противопоставления ему. И уже вследствие этого, появляется какая-то уверенность, что возможно препятствовать развитию дальнейшего патологического восприятия несуществующей реальности. Ведь страх, так или иначе, заставляет нас общаться с реальностью, которой нет. Не существует. И видна она, только в исключительных случаях. Болезни, например. Или общения с собственным бессознательным.

Где-то здесь и развития неуверенности. Можно сказать, что неуверенность и страх находятся в неком родстве. У них схожие корни образования. Похожие негативные последствия перенесения. В чем-то идентичная симптоматика.

И уже получается, что если нам неким чудодейственным образом удалось заглушить в себе чувство страха, например, сублимируя его во что-то, то уже можно надеяться что исчезнет и мучавшая нас неуверенность. Которая, в иных случаях, впрочем, видимо может приходить и на смену страху. Словно бы замещая его. А может, как мы уже заметили, и исчезать вместе с ним.

И тогда уже, депрессивные состояния, как следствие и страха и неуверенности, тоже могут исчезнуть. Так как будет уничтожена первопричина, основа того, из чего в последующем они развиваются.

2

Рассмотрим примеры проявления вышесказанного.

В нашем примере объединять индивидов будет наличие какой-либо общей для всех трех нарушений здоровья, симптоматики.

Ну, например, той же неуверенности.

Как известно, проявление неуверенности может быть достаточно различно. Это, например, и гнев, и немотивированная агрессия, ярость, злоба, а также закомплексованность (трусость), и проч. негативы одного из индивидов. Или, скажем, приступы истерии другого. Причем, предположим, что ни одному из рассматриваемых нами индивидов не будет известна причина подобной симптоматики. Как не ведомо и то, отчего, в одном случае, это может проявляться более ярче, а в другом  — сведено почти что до минимума.

И уже тогда следует, вероятно, обратить внимание на то, при каких жизненных ситуациях проявляется та или иная зависимость индивида. Ибо любая форма и депрессии и страха  — это зависимость. И тогда возникнет немного странный вопрос: так ли уж необходимо от этой зависимости избавляться?

Быть может покажется странным, но встречается ряд индивидов, которые совсем и не хотят избавляться от присутствующей ем формы патологии. Заметим, что это вероятно возможно в том случае, когда индивид по каким-то причинам рассчитывает, что он таким образом является носителем некой тайны, помогающей ему как в отношениях с окружающими, так и, быть может, в жизни в целом. Так ли это?

Как ни странно, в каких-то случаях действительно так. Подобная симптоматика весьма позитивно влияет на творчество. В данном случае индивид, желая избавиться (или несколько заглушить) мучавшие его приступы страха, неуверенности, и как объединяющее их — депрессию, — сублимирует свое состояние в творчество. Создавая иной раз и шедевры.

Но даже если он занимается просто графоманией, и в этом случае случается терапевтический эффект. Что весьма и весьма неплохо. Разве что такой индивид подсознательно не будет стремиться избавиться от своих состояний. Предполагая, что в случае избавления (и улучшения психического состояния), у него пропадет и способность творить. Что для любого творческого человека сродни настоящей трагедии. А где-то и потери смысла жизни.

3

Таким образом, если вернуться к теме нашего эссе, то следует обратить внимание на следующие моменты. Прежде всего, что от подобных негативных состояний психики все-таки возможно избавиться. Можно или заглушить их, сублимировав в некий позитив, или же хотя бы избавиться на время. А при повторном возникновении, индивиду уже будут известны способы противостояния, борьбы, а значит, и неуверенность его в какой-то мере уже будет носить ложный (и управляемый) характер. А у данного индивида появляется возможность управлять собственным состоянием. Что, как минимум, весьма неплохо.

Гл. 24. Мир и иллюзия

Иллюзия. Наш мир — иллюзия. Можно по праву сказать так. А можно и не согласиться с этим. Перед нами две точки зрения. Два полюса. Причем, как ни странно, согласны мы и с одной и с другой. Почему? Потому что они обе имеют право на существование.

Рассмотрим чуть подробней, но без каких-то излишних экскурсов, могущих утомить жаждущего разобраться в вопросе читателя. Вариант первый: иллюзия — реальность. Констатация факта. Мир, с существующей реальностью в виде иллюзии, которая в чем-то нужна, а кому-то даже и необходима, но при этом явно существует невозможность ни признать ни опровергнуть сей данный факт, способным самим своим существованием наверняка только запутать желающего разобраться в данном вопросе индивида. А потому скорей предположить, что иллюзия — есть частный вымысел, фантазия, да и одним этим уже покончить с этим.

Как бы не так!— воскликнут внезапно появившиеся третьи. Никак не может быть, чтобы существование или не существование иллюзии закрывалось от силы несколькими предложениями какого размышляющего субъекта. А потому, мол, просим возможности выслушать и нас.

В итоге уже и понятно, что все затянулось. Ну и ведь и на самом деле любопытно узнать: что же такое иллюзия? Так ли уж необходимо ее существование в нашем мире, или же следует при всяком удобном поводе отказываться от нее, ссылаясь… ну, хотя бы ссылаясь и вовсе на невозможность существования. Невозможность существования иллюзии. Так-то вот.

Вопрос существования или нет иллюзии, видимо необходимо рассматривать в ключе оправданной приемлемости многих т. н. сверхъестественных явлений в мире, или уже — существования наряду с реальным миром — маара сверхъестественного.

За явным желанием непризнания подобного в голове какого ученого, нам сразу хотелось бы заметить что в данной работе мы не готовы затрагивать рассмотрение столь обширной темы, и если затронули ее, то лишь наверное, предлагая считать саму иллюзию происходящую из сверхъестественного мира. Причем необходимость подобного верна также как и наличие уверенных свидетельств в доказанности или недоказанности, а потому, заметим, что перед нами, скорей всего, именно игра человеческого воображения, и самое главное — некие не до конца изученные возможности мозга.

Причем, ведь вполне удивителен факт. Число сторонников мира материального и не материального на самом деле всегда одинаков. Причем может наблюдаться некая динамика объясняющая тем, что кто-то теряет свои ряды, а кто-то приобретает. Но сама суть неизменна. Что уже не дает окончательного нрава в выборе определенного начала. Хотя и тут же можно сослаться на то, что определенная часть населения искренне заблуждается. Но вот действительно вопрос — какая из этих двух частей?

Мы же с позволения несколько оторвемся от данной темы, вернувшись, собственно, к самой иллюзии. И тогда уже вопрос — почему для большинства именно уход от какой-либо реальности есть приближение будущности, да и по сути, само настоящее? Вернее, настоящего для них конечно же не существует. Настоящее у них проходит как бы в счет другого. В счет некого иллюзорного будущего, которое на самом деле, что можно заметить, существует. Пусть и большинству из нас недопустимы. Почему? Да потому что намного выгоднее или этот мир. Причем сама выгодность его в т. ч. и в существовании в которое до конца они и сами не верят, а значит если вдруг на самом деле ничего этого и не окажется, то как бы в какой-то мере это даже и лучше, ибо возвратиться тогда все на круги своя.

Стремлением уйти в иллюзорный мир проникнуть существование большинства индивидов, особенно в странах с неразвитой экономикой. При этом важно изначально общая грамотность населения, и как бы получается, что для модели демонстрации наиболее подходит именно Россия, как страна с идеально сосуществующими идеальными условиями.

Народ как бы стремится вырваться из мира реальности. Притом что западная идеология (реклама и проч.) как раз накладывает на индивида отпечаток необходимость следовать каким-то западным стандартам. Что в данном случае как бы подстраховывает индивида на случай, если он еще надумает о чем-то задуматься. И в скором времени перед нами новый, обновленный человек. Человек на самом деле больше ориентированный на мир иллюзорный, чем на какой-то настоящий. И подобное происходит в масштабах всей страны. Всякие монстры и наделенные сверхсекретными способностями средневековые рыцари заполняют существование среднестатистического индивида (пока, большей частью, среднего и старшего подросткового возраста), помогая ускользать им от мира реальности, где большинство из них и на самом деле никто не ждет, ибо там надо учиться и работать, и столкнуться с реальностью, которая наверняка будет большинство из зомбированных сограждан незаметна. А жаль.

Но ведь мы можем сказать, что и взрослые точно также намеренно уходят в мир искажающей реальности. И самых эффективных проводников здесь два: телевидение (с киноиндустрией) и книжная продукция. Книги и кино. И то и другое способна показать мир такой, какой он должен быть во внутреннем желании того или иного индивида. За прочтением книги или просмотром кинофильма мы как бы отыгрываем нами подсознательное желание, высвобождаясь от внутренних тревог и волнений.

Можно заметить, что большинство из тех, кто проявляет желание посмотреть фильм или прочитать книгу, уже изначально ориентирован на тонкую, чувственную психику. А потому, в случае с ним это уже будет другой фильм, и другая книга. Другой будет эмоциональный ряд, иная общая впечатлительность посредством вовлеченности индивида в процесс чтения или просмотра кинофильма.

Конечно, можно сказать что мир иллюзорный может быть и необходим. По крайней мере не должен он носить какой-то изначально негативный оттенок вследствии отнесения индивидов с замеченной предрасположенностью к существованию иллюзии в разряд людей второго сорта.

Конечно же это ошибка. Можно даже сказать, что мир иллюзий не только существует, но и необходим. Странно, но это так. и уже спешим заметить, что возможно это хотя бы из невозможности доказательства существования обратного. А потому скорее всего наиболее оптимальным будет считать для каждого и что-либо необходимое ему. Без общей возможности когда-либо придти к единому знаменателю в отрицании сего факта, или же в доказательстве его. Такие дела.

Гл. 25. Взгляд со стороны

В вопросе развития собственной критичности индивида практически не учитывается одно обстоятельство, которое на самом деле меняет саму видимость проблемы для индивида — на противоположную.

Порой самое удивительное, что без этого самого обстоятельства взгляд на проблему бывает часто ложный. Но ложным он может быть лишь при правильной оценке намеченной проблемы. Притом что самой проблемы и действительно вполне может не существовать. Ну или же она не настолько серьезна, как кажется.

Что же это за обстоятельство? И действительно ли так-то уж необходимо учитывать нам его?

Все дело в том, что при возникновении какой-либо проблемы, индивид оценивает ее практически исключительно с собственных позиций. Так же как и зачастую только по его мнению какая-либо жизненная неурядица вырастает до масштабов проблемы. Тогда как вполне возможно, что для кого-то другого все это никакой проблемой и не является. Почему? Да потому что уже этот индивид смотрит на какие-либо критические (негативные) обстоятельства другого индивида как бы со стороны. И исключается с позиции современного мировоззрения. А значит и с другой плоскости восприятия.

И как раз это, на наш взгляд, самое важное. Ибо что есть «взгляд со стороны»? Здесь необходимо говорить как минимум о нескольких характеристиках подобного явления.

Прежде всего «взгляд со стороны» это как мы уже заметили, взгляд с иной плоскости восприятия действительности. Когда лицо, которого не коснулась подобная проблема, подходит к необходимости разрешения ее без той эмоциональной составляющей, которую привносит в проблему индивид, которого эта проблема непосредственно коснулась. А что такое отсутствие эмоциональной составляющей? Это ничто иное как то, что мы называем «трезвым взглядом» на вещи. Когда сама проблема уже как бы оказывается голой. От нее отшелушивается все лишнее.

Причем это не значит, что сама проблема обостряется. Отнюдь. Скорее надо говорить о том, что и проблемы зачастую уже в этом случае можно не заметить.

Проблема оказывается незаметна в том случае, если взглянуть на нее с другой плоскости восприятия. А также, если проблема как-то связана с другими индивидами (большинство т. н. проблем зачастую из-за каких-либо контактов с социумом), но на нее во что бы то ни стало необходимо взглянуть как раз с позиции другого индивида (а лучше не одного).

По всей видимости многие встречались с кажущимся непониманием со стороны окружающих. Иной раз вы даже не можете рассказать о собственных проблемах другим, будучи как бы уже изначально убежденными, что вас не поймут. Причем уже здесь как будто совсем упускается из вида, что не поймут-то как раз потому, что при взгляде как бы со стороны — вашей т. н. проблемы — и не существует. Ну, или она кажется настолько смехотворно мала, что это все равно что ее и действительно нет.

Ну и при этом необходимо учитывать еще одно обстоятельство. Каждый индивид наделен своим внутренним миром. В свою очередь внутренний мир каждого индивида состоит из бессознательного и сознания. Причем по масштабам превалирует именно бессознательное, включающее в себя помимо собственного жизненного опыта индивида еще и прошлое предыдущих поколений, начиная с появления первых людей на земле. (Здесь видимо следует согласиться с Лебоном, и учитывая опыт предшествующих поколений следует все же говорить об опыте той или иной расе. Ибо вполне понятно, что если в бессознательном европейца прослеживается филогенетическая связь его с предками, в результате чего ему становится значительно легче адаптироваться к современному цивилизованному миру, недели чем в примере с его африканским собратом.)

Уже подытоживая, следует отметить, что, конечно же, не во всех случаях какая-либо проблема теряет свою актуальность при взгляде на нее «со стороны». Но практически непременным остается факт, что попытка оценки проблемы с иной плоскости восприятия поможет лучше понять саму проблему, а также наметить пути решения ее.

Гл. 26. Об известности

Прежде всего мы начнем говорить об известности, хочется задать несколько вопросов.

С чего начинается известность? Может ли кто назвать истоки зарождения ее? Возможно ли просчитать процесс возможности возникновения известности?

Скажем сразу, что ответы на подобные вопросы существуют, и, к сожалению, вызывают двойственное чувство. И, прежде всего потому, что в современном мире к известности все чаще можно придти чисто механическим (манипулятивным) путем. Например, посредством ежедневного анонса на телевидении в течении какого-либо длительного времени. Это действительно чисто механический путь, который приводит к результатам как будто независимо и ни от чего. Просто потому что телевизор смотрит подавляющая часть населения, а волей — неволей — показываемая «картинка» анонса (уже практически и независимо от того, что рекламируется) будет откладываться в подсознании. А, как известно, то, что находится в бессознательном индивида — через какое-то время начинает проникать и в сознание. Здесь уже как будто все ясно.

В зависимости от креативности подхода, можно несколько ускорить процесс, путем вовлечения неких дополнительных деталей. Например, если наряду с картинкой (т. е. в данном случае мы говорим о получении информации посредством зрения) еще и будут вклиниваться речевые манипуляции. Да еще и с учетом архетипического влияния; т. е. путем подключения к процессу коллективного бессознательного.

Вкратце о коллективном бессознательном можно сказать, что, по мнению швейцарского ученого К. Г. Юнга, в бессознательном индивида находится весь опыт предшествующих поколений. В таком случае, уже в нашем примере, если нашу картинку сопровождает речь (выступление) различных — числом даже не обязательно очень большим — деятелей-экспертов в области нужного нам направления, то это бесспорно усиливает эффект «голого» изображения. Скажем, если мы добиваемся известности какого-либо писателя, то для нас целесообразно будет, помимо демонстрации его самого и (или) его книг — включить и выступление о нем каких-либо специалистов-филологов, литературоведов, критиков, известных писателей… (причем, необходимо действительно учитывать реалии. Когда кто-либо неизвестный, представленный профессором литературы будет воспринят так же как и известный писатель. Причем, первый даже несколько лучше, чем второй. Ибо у известного писателя могут быть как поклонники, так и противники. А профессор литературы изначально воспринимается как некий непререкаемый авторитет. Для обывателя, разумеется).

Итак, мы предположили, что если нам необходимо быстро и что как говорится «наверняка» сделать известным какой-либо товар — то мы можем действовать подобным образом. (Словно бы для нагрузки и что называется для большего эффекта можем усилить воздействие на массы путем подключения СМИ и т. н. «сарафанового радио».) Однако телевидение — это процесс хоть и действующий как бы наверняка, но, во-первых, достаточно дорогостоящий, а во-вторых — практически исключающий по настоящему творческий процесс, потому как методика уже настолько апробирована, что можно говорить о шаблонности, где необходимо будет только менять сам товар (практически независимо, что это будет), да вгонять это в уже запрограммированные на результат лакала.

Соответственно, из-за механичности процесса мы не можем говорить об обретении известности путем непосредственного качества «товара». Ибо сам товар в данном случае будет неважен ни по маркировки, ни по качеству.

А как же быть в том случае, если хочется действительно сделать что-либо известным? Какие механизмы манипуляции с массами включаются в данном случае?

Быть может к сожалению, но мы конечно же должны говорить о манипуляциях. Никакими иными способами не будет достигнут массовый эффект обретения известности. Отдельными индивидами — да. Но в массовом порядке?

Что заставляет нас сделать выбор в пользу того или иного товара?

Чтобы избежать совсем уж излишних ассоциаций с коммерциализацией, возьмем в качестве продукта все того же писателя.

Как его имя может стать известным как можно большему числу читателей? Ну и если, разумеется, мы как бы сознательно исключим телевидение и СМИ? Что тогда останется?

Люди. То есть то самое «сарафаново радио! Когда мы сами передаем друг другу мнение о недавней покупке. Причем для того чтобы не только была достигнута повсеместность, целесообразно конечно в как можно больших местах расставлять материал писателя. Ну и, кончено, в этом случае и сам материал непременно должен быть надлежащего уровня. Потому как если по ТВ можно рекламировать любую книгу или автора, и его начнут покупать хотя бы из-за того чтобы самому сделать мнение о нем (ну или потому что «модно», например), то в обретении известности посредством передачи отдельными людьми мнения друг другу — все иначе. Ну и при этом, это, разумеется, процесс более длительный.

Гл. 27. Зомбирование, миф или реальность

Следует сказать, что зомбирования не существует. Ну или еще вернее, это из областей, в которых специализируются все кому ни лень, от психопатов до писателей-детективщиков и парапсихологов.

И тогда уже стоит оговориться, что мы взяли данный термин исключительно в целях, которые станут понятны с раскрытием данной темы. И тогда уже заметим, что несколько раз мы порывались было заменить слово «зомбирование» каким-либо синонимом слова «манипуляция», и если до сих пор что-то мешало это сделать, то в исключительных целях: на наш взгляд именно зомбирование наиболее точно выражает то что происходит со всеми нами. Индивидами. Причем, как ни странно (видимо сразу стоит оговориться) что в данном случае нет конкретных виновных. Повинен — прогресс, цивилизация.

Поясним.

В связи с развитием компьютерных технологий, генной инженерии и проч., стало возможно большинство из того, о чем пытливый мозг человечества прошлого мог только мечтать. И почти тут же отдельные индивиды (динамику можно с легкостью проследить, но, по всей видимости, она практически одинакова во всех цивилизованных странах) стали обращаться в соответствующие ведомства с жалобами на т. н. зомбирование. Ну или же этот термин придумали позднее. Не суть. Видимо в данном случае более важен общий смысл жалоб.

Что же казалось людям? Причем если отбросить действительно сумасшедших индивидов (хотя еще достаточно спорный вопрос: которых считать таковыми), то перед нами выявится нечто общее: людям стало казаться что они оказались объектами каких-либо исследований со стороны… Ну тут уж фантазия различна. Причем мы вполне согласны с утверждениями некоторых специалистов что в данном случае имело место быть и массовая истерия, психопатия и проч.

Но хотелось бы вернуться К началу. Из-за чего это все-таки стало возможно?

Мы уже указали, что непроизвольным виновником является НТП (научно-технический прогресс). Причем вопрос в том, как нам рассматривать общий мир. В какой плоскости, под каким углом зрения. Ведь можно сказать что в какой-то мере именно от этого зависит и наши последующие выводы. Притом что если посмотреть под другим углом, то вполне допустимо что будут уже совсем другие результаты.

Итак. Мы уже о чем-то договорились. Дальше. Представим себе что все именно так. Что мир, вернее все из чего состоит окружающий мир, живет по своим законам. И если какое-либо согласование возможно, то нет никого кто был бы способен этим как-то управлять. Ну или существует некий высший разум, Бог и проч., но это некто один. Недоступный и неподвластный. Что почти и тоже как несуществующий. Но сейчас мы не об этом.

Представьте себе что вся планета — изначально единый механизм. Механизм заведен, работает, и никто не знает, может ли он когда-нибудь остановиться, сломаться, ну и вообще что произойдет далее. Итак, допустим, что никому из нас это действительно неизвестно. Далее. Внутри этого механизма есть еще более мелкие и даже мельчайшие. Есть своя жизнь. Сменяются эпохи. Люди рождаются и умирают. Происходят войны, стихийные бедствия, и все это из года в год, из столетия в столетие, из эпохи в эпоху. Неизменно. Это обычное условие существования земли.

И прежде всего потому, что мир населяют миллиарды индивидов. Около 6 млрд. из которых — люди.

А на самом деле столько и не нужно. В данном случае, чтобы объяснить свою мысль нам достаточно и много меньше индивидов.

Далее все происходит исходя из т.н. манипулирования массами, и в какой-то мере рассмотрено нами в других работах, а также в работах Лебона, Фрейда, В. Медведева и других ученых.

Итак. Что же в итоге получается?

А все, как ни странно просто и даже может быть увлекательно. Хотя и на самом деле весьма печально.

Жизнь на нашем земном шаре происходит как бы сама собой, повинуясь своим законам. На различных сферах все происходит по-разному. На верху — работают лидеры государства, кабинет министров, и проч. Далее лестница исходит вниз, и заканчивается все совсем уж простыми, а то и даже простейшими членами общества. Что самое интересное — возможно когда кто-либо из индивидов перебирается снизу наверх, или обратно. В отдельных вариантах это допустимо. В массовом порядке — невозможно. Ну или практически невозможно. Перед нами недавний пример — февральская революция 1917 года, она же февральский переворот. Хотя и там произошли исторические искажения.

Далее. Допустим все же что истина в некотором случае едина и незыблема. Никаких кардинальных пертурбаций невозможно. А значит уже будет верно то, что как бы рассмотрим ту ситуацию, когда с одной стороны есть телевидение (как, соответственно, есть и люди работающие на телевидении), а с другой стороны есть все остальное.

Почему телевидение? Да потому что именно телевидение в данном случае и есть самый главный (основной) манипулятор.

Глупо было бы говорить о единой службе, дающей какие-то секретные установки в плане «что и как». Глупо и невозможно. Да и оставим подобные теории для сериалов и шпионских блок-бастеров.

Мы же сейчас только говорим о том, что люди из телевидения подчинены единым желанием: создать некий продукт, который бы смотрели зрители. Желание понятно и объяснимо. Ибо если будет как можно больше зрителей, то соответственно этот продукт будет стоить большие деньги. А деньги, как известно, на телевидении зарабатывают с помощью рекламы. И в итоге окончательным вариантом будет являться то, что продукт для зрителей должен быть таким, чтобы о нем не только знали и долго помнили, но и чтобы о нем рассказывали другим и проч. В желании чтобы эти другие тоже каким-то образом увидели этот продукт, или — подключились. Подключились ко всемирному разуму. Разум = телевидение. Подключение… В общем, тут уже все понятно. И ведь до невозможности просто.

Гл. 28. Цензура психики. Зло или благо

Так получается, что на пути бессознательного, в коем, как известно, скрываются все тайны и пороки, стоит некая защитная функция психики индивида, в буквальном смысле мешающая всей гадости из бессознательного вылезти наружу, в сознание.

Рождение культуры современного человека, по мнению Фрейда, также полная заслуга данной структуры психики. И в этом великий ученый был бесспорно прав.

Можно только предположить, что получилось бы в результате того, если бы каждый представитель современного общества в какой-то момент поддался влиянию собственного бессознательного, и стал бы реализовывать все свои желания. А суть желаний, как известно, не изменилось со времен доисторического человека: убить, съесть, изнасиловать. Дай только волю — и суды задохнулись бы от дел, а изоляторы — от клиентов. Притом что потенциальными клиентами в этом случае являлись бы и сами судьи и также работники изоляторов. (Быть может у первых в сравнении со вторым специфика работы более предрасполагает к формированию сверх-я — или т. н. цензуры психики.)

Насколько может быть полезным сдерживание собственных позывов для индивида? Влияет ли это на психику, в частности на предрасположенность к развитию какой-либо симптоматики, а то и на деструкция ее?

Да, влияет. Ибо совершенно точно можно говорить о том, что любые сдерживания, подавления собственных бессознательных позывов, не иначе как наносят вред психическому здоровью индивида. Приводя порой и к серьезным расстройствам психики. А уж стрессы и прочий мелкий негативный фактор, это уж, как говорится, случается непременно.

Что же подобному может противопоставить современный цивилизованный человек? Ведь поддаваться позывам собственного бессознательного — явно способствовать нарушению законодательства всех цивилизованных стран, а также потворствовать морально-нравственному разложению общества. Культурного общества. Ведь на пути всего этого уголовно-наказуемого хаоса когда-то и стала культура. В результате чего подобные мысли индивида о реализации сексуально-каннибалистических желаний стали носить характеристику преступных, и подавляться. А уже в результате подавления мы получили различные неврозы и психозы. И стали бороться уже с этим. (Это ведь легче, чем бороться с подрывом государства и его устоев).

Кстати, какие-то выходы из ситуации не только возможны, но и законопослушные индивиды сами их придумывают, не только делая непременными атрибутами цивилизованного общества, но и явно делая их мерилами развития и совершенствования на пути цивилизованности.

К каковым «полезным» знаменателям в частности относится любой продукт творчества, и как раз сублимации бессознательного различных авторов в творчество мы обязаны рождению великих шедевров в живописи, литературе, музыке, и проч., проч., проч., начиная от авиамоделирования игрушечных самолетов и заканчивая крупнейшими конструкторскими находками в создании космических летательных аппаратов и самолетостроении, начиная от написания небольших заметок и заканчивая многотомными научными исследованиями. То есть мы можем говорить о том, что абсолютно все виды творчества, включая науку и искусство — есть результат сублимации в творчество собственного бессознательного и индивидов. Ну а если подобной, по каким-то причинам, реализации не получилось, — психика так устроена, что выплескивать подобные желания приходится все равно. Ну или сознательно заглушать их.

В первом случае, перед нами одна из причин уголовно-наказуемых деяний. Во втором, — причина развития симптоматики нервных заболеваний и психических расстройств.

««« Назад  К началу  

© , 2005 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов