.
 

© В.В. Горанчук

Концептуальные подходы к подготовке «переговорщиков»

Доклад на форуме «Психология и психопатология терроризма. Гуманитарные стратегии антитеррора». Санкт-Петербург, 23 -25 мая 2004 г.

События последних лет, происходящие в США, России, Югославии, Испании, Узбекистане и других странах мира, привели к пониманию того, что возникающие этнические и конфессиональные конфликты все чаще сопровождаются крайними проявлениями экстремизма. Возрастающее число жертв насилия, неспособность государств остановить террор, мощный общественный резонанс способствуют эскалации напряженности и социальной нестабильности. Последнее предопределяет нарастающий риск политических кризисов вплоть до распада государств, возникновения социального хаоса и, в худшем варианте, уничтожения современной цивилизации. Изложенное объясняет необходимость разработки мероприятий предупреждения и ослабления проявлений террористических акций. Внимание политиков, социологов, психологов, специалистов силовых структур все чаще обращается к таким способам предупреждения терроризма, как переговоры.

Анализ немногочисленных доступных источников позволяет сделать вывод о том, что в настоящее время в России отсутствует система подготовки специалистов, предназначенных для проведения переговоров с террористами и, в целом, представителями экстремистских группировок. Вместе с тем, потребность в специалистах указанного профиля, равно как и концептуальное обоснование системы их подготовки, становятся все ощутимей. В настоящей публикации мы ставили перед собой задачу обсудить возможные формы и содержание такой системы.

В наиболее общем виде к основным компонентам системы подготовки «экстремальных переговорщиков» можно отнести следующие:

  • отбор кандидатов с необходимыми профессионально важными качествами (ПВК);
  • обучение их приемам экспресс-диагностики как своих, так и чужих актуальных психических состояний и личностных свойств;
  • формирование навыков ведения переговоров и психологического воздействия;
  • практическая отработка умений и навыков в модельных и реальных условиях.

Опыт подготовки специалистов «экстремальных» профессий (подводников, летчиков, водолазов и др.) свидетельствует о том, что указанная схема оправдывает себя и дает неплохие результаты. Осмысление перечисленных положений, однако, вызывает множество вопросов, которые в настоящее время еще не имеют ответов.

Принципиальным вопросом, требующим разрешения в первую очередь, является определение необходимых переговорщикам профессионально важных качеств. В идеальном случае перечень профессионально-важных качеств (ПВК) можно было бы выявить путем оценки личностных и профессиональных свойств специалистов, успешно проводивших переговоры с террористами. Поскольку таких специалистов нет (или практически нет), подобный подход нереален. В этой ситуации единственно возможным методом становится анализ специфики ситуаций, возникающих во время террористических актов, с последующим прогнозированием ПВК, обеспечивающих выживание человека и решение поставленных перед ним задач, а затем апроксимированием этих свойств на будущих переговорщиков. При этом анализ специфики террористических актов осуществляется post factum чаще с участием представителей силовых структур и выживших очевидцев и, что значительно реже, с привлечением собственно террористов. Восприятие и интерпретация произошедших событий теми и другими имеют определенную степень субъективизма, что следует учитывать в ходе психологического анализа террористического акта.

Наиболее важными моментами, связанными с анализом террористического акта и имеющими отношение к подготовке «экстремальных переговорщиков», вероятно, следует считать: мотивы (идеологию), причины и поводы к совершению террористического акта; способы подготовки и реализации агрессии; характеристика человеческих и материальных ресурсов террористов; личностно-профессиональные качества лидеров экстремистской группы; степень психологической подготовки террористов и методы их психологического воздействия на окружающих. Уяснение перечисленного способствует воссозданию фабулы теракта, психологического климата в группе террористов, прогнозированию возможных методов воздействия на переговорщика, что в целом с определенной степенью вероятности обеспечивает формирование представлений о требуемых профессионально-важных качеств будущих специалистов переговорного процесса.

Ориентировочный перечень необходимых переговорщику характеристик психических процессов, свойств и состояний можно представить в следующем виде: высокие интеллект (общий — выше среднего, коммуникативный — высокий) и темп мышления; значительные гибкость и переключаемость мышления; быстрая ориентировка в новой ситуации; хорошая разборчивость и эмоциональная выразительность речи; значительные объем, распределение и скорость переключения внимания; способность мысленно наблюдать ситуацию извне; точная субъективная оценка времени; низкий уровень спонтанной агрессивности и выдержка; аутентичность, искренность и способность вызывать доверие. При этом, наиболее развитыми интегративными качествами, по-видимому, должны быть развитой интеллект, высокие стрессоустойчивость и надситуативная активность, а также интуиция (понимаем под этим способность к прогнозу динамики событий на основе личностной и ситуативной экспресс-диагностики). Важно подчеркнуть то, что каждая экстремальная ситуация требует, наряду с перечисленными «неспецифическими» (важными в условиях любого кризиса), констелляции и акцентирования определенных, «специфических» ПВК, которые в другой ситуации могут оказаться недостаточными. Последнее, по-видимому, предполагает специализацию переговорщиков и, соответственно, разнообразие форм и методик их подготовки.

Логичным продолжением этапа формирования перечня профессионально-важных качеств является отработка валидных, надежных и стандартизированных методик их выявления. При этом объективизация внешнего критерия, предопределяющего эффективность отбора и подготовки переговорщиков, окажется не всегда возможной. В таком случае в качестве внешнего критерия, по-видимому, придется использовать результаты тренировок, максимально приближенных к реальным условиям, и данные зарубежных специалистов, имеющих опыт подготовки «экстремальных переговорщиков».

Способность быстро ориентироваться в обстановке, выявлять актуальные психические состояния и личностные свойства террористов требует воспитания наблюдательности, умения концентрировать внимание, видеть и слышать, правильно интерпретировать информацию. В основе этой способности, несомненно, лежат некоторые врожденные качества личности. Вместе с тем, обучение основам психологии общения, этнической психологии, психодиагностики, психологии маргинальных сообществ, криминальной и наркоаддиктивной психолингвистики (а также, наверняка, и многих других дисциплин) с последующей отработкой в ходе тренингов позволит «отточить» эти умения, довести их до уровня мастерства. Очевидно, наиболее существенным при этом можно считать умение выявлять те психологические «комплексы» экстремиста, которые предопределяют его поведение и воздействие на которые обеспечит требуемое разрешение ситуации.

Экспресс-диагностика личностных свойств террориста (экстремиста) столь же актуальна, сколь и оценка собственных психических состояний. Переговорщик обязан уметь регулировать уровень своего эмоционального напряжения, одновременно удерживая в поле внимания противника. Идеальной следует считать способность наблюдать за происходящим как бы со стороны (эффект геликоптера), одновременно оценивая и себя, и оппонента. Подобное качество обеспечивает возможность предугадывать ход событий и выбирать те стратегию и тактику переговоров, которые будут наиболее эффективными.

Подготовка «экстремальных переговорщиков» не может быть совершенной без обучения разнообразным приемам и способам психологического воздействия. Техники вхождения в контакт, создания первого позитивного впечатления, привлечения внимания и инициации интереса к личности, создания адекватных ситуации имиджа и ролевых моделей с учетом этнических и конфессиональных качеств террориста, установления раппорта и поддержания диалога, внушения, убеждения и даже подчинения, очевидно, должны составить ядро этого этапа подготовки. Приведенный перечень вряд ли можно считать окончательным, особенно с учетом быстро меняющейся специфики чрезвычайных ситуаций.

Практическая отработка полученных знаний, умений и навыков с целью снятия синдрома «новизны», тренировки навыков реального взаимодействия с террористами представляется наиболее сложным этапом подготовки «переговорщиков». Сложность состоит не только в том, что трудно моделировать кризисную ситуацию как таковую, но и в том, что практически невозможно предугадать ее реалии. Тем не менее, одним из возможных способов такой тренировки может стать взаимодействие с заключенными, характеризующимися крайне деструктивными формами поведения (например, «отказники») в условиях «зоны» или камер предварительного заключения. Важным элементом прикладного этапа подготовки должны стать семинары, в ходе которых действующие опытные переговорщики будут передавать свой опыт. К сожалению, этот компонент подготовки пока еще находится за горизонтом самых радужных перспектив.

В заключение следует подчеркнуть, что система подготовка «экстремальных переговорщиков», вне всякого сомнения, должна носить комплексный характер с привлечением психологов, социологов, экономистов, политологов, юристов, представителей силовых структур. Динамичность, насыщенность и обязательная креативность должны стать основополагающими принципами, столпами этой системы.

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.