.
 

© А.П. Кормушкин

Акцентуированные личности в политике
(Жириновский, Путин, Ельцин, Гитлер)

Предисловие

Дорогие читатели! В лежащей перед вами книге собраны не биографии лиц, указанных на обложке; я пытался составить психологические портреты политиков и через понимание их характеров понять мотивы их поведения в той или иной политической ситуации. Выделив патологические черты характера политика, я старался выяснить, как и в каких условиях они сформировались у данного политика, наследственные или приобретенные это черты, какие жизненные ситуации способствовали проявлению данных свойств и закреплению их в структуре личности.

В будущем желательно было бы создать что-то типа «профессиограммы» политических деятелей. Конечно же, я не претендую на обладание истиной в последней инстанции: моя работа — одна из попыток практического приложения теории акцентуированных личностей. Специалисты сразу же поймут, что в заголовке моей книги объединены названия двух книг, авторы которых внесли значительный вклад в теорию акцентуированных личностей. Я имею в виду книгу Карла Леонгарда «Акцентуированные личности» («Akzentuirte Personlichkeiten») [32] и монографию своего учителя, Андрея Евгеньевича Личко «Психопатии и акцентуации характера у подростков»[36]. Это накладывало на меня дополнительную ответственность в подборе и интерпретации фактов. Я стремился использовать строго научный подход (исключение, пожалуй, составляет глава о Жириновском, которая потому и названа «литературно-психологической», и некоторые общие рассуждения об «обезьяньих» повадках политиков). Насколько это у меня получилось — судить вам; я буду очень рад, если кто-то напишет лучше, и готов вступить в любую форму дискуссии по спорным вопросам. Свои замечания и предложения прошу присылать по адресам: E-mail: kap@aster.zin.ras.spb.ru или akormushkin@mail.ru .

Эта книга продолжает длинный ряд исследований психики известных исторических лиц — политиков, монархов, выдающихся личностей. Все знают вышедшую во второй половине XIX века книгу Ч. Ломбразо «Гениальность и помешательство», но и она была не первой в этой сфере человекознания. В России задолго до Ломбразо исследования о психике Пушкина и Достоевского опубликовал психиатр В.Чиж. На рубеже XIX и XX века профессор психиатрии Варшавского университета П.И. Ковалевский опубликовал целую серию очерков о психическом статусе таких историчиских личностей, как Навуходоносор, Саул, Магомет, Жанна Д`Арк, Наполеон, король баварский Людвиг II, Иоанн Грозный, Петр Великий, Петр III, Павел I, Суворов. Эти разрозненные издания давно стали библиографической редкостью, но современный читатель может познакомиться с ними, благодаря издательству «Терра», которое в 1995 г. выпустило двухтомник П.И.Ковалевского «Психиатрические эскизы из истории», включивший в себя все эти очерки.

С 1925 по 1929 гг. в Советском Союзе выпускался «Клинический архив гениальности и одаренности (эвропатологии), посвященный вопросам патологии гениальноодаренных личностей, а так же вопросам патологии творчества» под редакцией доцента Уральского университета, зав. психотехнической лабораторей, д-ра Г.В. Сегалина. Не вдаваясь в критику этого издания по существу, приведу неполный список опубликованных в нем работ:

  • И.Б.Галант, «О душевной болезни С.Есенина»;
  • И.Б.Галант, «Делирий Максима Горького (о душевной болезни, которой страдал М.Горький в 1889-1890 гг.)» ;
  • И.Б.Галант, «О суицидомании Максима Горького»;
  • И.Б.Галант, «К психопаталогии сновидной жизни Максима Горького»;
  • И.Б.Галант, «Генеалогия Максима Горького»;
  • И.Б.Галант, «Pseudologia phantastica у Максима Горького»;
  • И.Б.Галант, «Психопатологический образ Леонида Андреева»;
  • И.Б.Галант, «Пориомания (мания бродяжничества) .Горького»;
  • И.Б.Галант, «Эвроэндокринология великих русских писателей (Лермонтов, Пушкин, Достоевский, Некрасов, Л. Андреев, Крылов)»;
  • Б.К.Гиндце, «К вопросу о соматическом исследовании лиц выдающихся психических способностей»;
  • В.С.Гриневич, «Искусство современной эпохи в свете психопатологии»;
  • Я.В.Минц, «К патографии А.С.Пушкина»;
  • Я.В. Минц, «Иисус Христос как тип душевнобольного»;
  • В.И. Руднев, «Тургенев и Чехов в изображении галлюцинаций»;
  • Г.В. Сегалин, «Патогенез и биогенез великих людей»;
  • Г.В. Сегалин, «К патографии Льва Толстого»;
  • Г.В. Сегалин, «К патологии детского возраста великих и знаменитых людей»;
  • Г.В. Сегалин, «Эвропатология музыкально одаренного человека»;
  • Г.В. Сегалин, «Эвропатология научного творчества Роберта Майера и открытие им законов сохранения энергии»;
  • Г.В. Сегалин, «Шизофреническая психика Гоголя»;
  • Г.В. Сегалин, «Симптоматология творческих приступов у гениальных эпилептиков»;
  • М.И. Цубина, «М.Врубель с психопатологической точки зрения»;
  • Н.А.Юрман, «Скрябин, опыт патографии»;
  • И.А.Юрман, «К патографии Скрябина».

В 1930 г. А.М.Евлахов опубликовал исследование психики Л.Н.Толстого (А.М.Евлахов, «Конституциональные особенности психики Л.Н.Толстого», предисловие А.В.Луначарского).

О психике Гитлера писали Карл Юнг и Эрик Эриксон. У Карла Ясперса имеются исследования психики Стриндберга и Ван Гога («Стриндберг и Ван Гог» — СПб., 1999), Зигмунд Фрейд на скудном фактическом материале анализировал психику Моисея и Леонардо да Винчи.

Из современных российских психиатров, занимавшихся сходной проблематикой, можно отметить А.Е. Личко (А.Е. Личко «История глазами психиатра (Иван Грозный, Сталин, Гитлер, Гоголь и др.)» — М.,1996), В.А.Гурьеву и В.Я.Гиндикина с их «биографическими историями болезни» Сталина, Гитлера, Троцкого, Берия (В.Я. Гиндикин, В.А. Гурьева «Личностная патология» — М., 1999). Книга псхоаналитика А. Белкина посвещена анализу психики Жириновского (А.Белкин, «Эпоха Жириновского» — М., 1994). В серии книг М. Буянова есть главы о характере психики известных личностей прошлого и современности. В апреле 2000 г. появилась книга В. Тарнова «Психологический портрет Владимира Путина», которую точнее следовало назвать «Соционический портрет Путина».

В этом предисловии нельзя не коснуться этического вопроса: допустимо ли рассуждать о психике действующих политиков, этично ли писать о политиках еще при жизни? Я думаю, что это вполне допустимо по следующим соображениям:

  1. Все, о ком я пишу — публичные политики, поэтому о них можно и нужно писать, чтобы люди могли знать о них как можно больше и могли выбирать и поддерживать их, учитывая и эту сторону их личности.
  2. Мои исследования ни в коем случае нельзя считать «компроматом» или «поливанием грязью». Разве можно назвать «компроматом» описание физического статуса человека? То же самое относится и к психическому статусу. Вдобавок ко всему я использую факты, предоставленные в основном самими политиками в своих мемуарах, либо данные, опубликованные в открытой печати.
  3. От деятельности этих людей часто зависит судьба страны и наша с вами судьба. Нам не должно быть безразлично, кто нами управляет.
  4. Зная все о политиках, можно пытаться предупредить проникновение во власть (на выборные должности) лиц с отклоняющейся от нормы психикой.
  5. Об этих людях все равно пишут журналисты, их деятельность анализируют политологи, аналитики. Касаясь мотивов поведения, они, не будучи специалистами, допускают грубые ошибки и просчеты. Возможно, прочитав книгу, они станут психологически грамотнее.

Введение

«...существует громадная категория душевнобольных, душевнобольных несомненных — так называемых психопатов, которые никогда (или чрезвычайно редко) не лечатся в закрытых психиатрических учреждениях, а живут среди так называемых здоровых психически людей, занимая в обществе самое разнообразное положение, начиная с видных должностей и кончая тюрьмой...» (П.Б.Ганнушкин, «Клиника психопатий. Их статика, динамика, систематика»)

Почему-то на политиков привыкли смотреть, как на заводные игрушки, автоматы, которые действуют, подобно марионеткам. Аналитики стараются проанализировать, куда ведет та или иная ниточка, кто за нее дергает, в чьей руке она находится, но они совершенно не учитывают субъективный фактор, как будто нет особенностей характера, темперамента политиков. Согласитесь, что путем анализа того, в чьих руках ниточки, можно понять лишь тактику поведения политика; анализируя же характер политика в нестабильной, реформируемой стране, мы имеем ключ к пониманию стратегии его поведения. Ну, а если характер политика не просто яркий, акцентуированный, но приближается к психопатическому, то о ниточках говорить просто бессмысленно. Кто мог дергать за ниточки Сталина или Гитлера? Скорее всего, они сами держали все нити в собственных руках, а окружающие их люди были послушными марионетками, выполняющими их замыслы.

С началом перестройки в СССР в высшие эшелоны власти, на министерские посты, в народные депутаты СССР и РСФСР стали проникать люди с особенностями характера, которых психиатры разных школ называют по-разному: латентными психопатами, акцентуированными личностями, социопатами, неуравновешанными личностями, дезадаптантами и т.д. В стабильном обществе (неважно, демократическом или тоталитарном) такие люди занимают, как правило, положение ниже, чем предполагают их способности и образование. Их называют порой «неудачниками», потому что они, несмотря на то, что имеют диплом о высшем образовании (а иные и по нескольку), занимают скромные должности: инженера, мастера, редко — заведующего сектором, маленьким отделом. Чаще же всего они работают грузчиками, кочегарами, дворниками и т.д. Пока общество (окружающая социальная среда) не давит на уязвимое место их личности, или, говоря языком психиатрии, место наименьшего сопротивления (locus minoris resistentiae) эти люди удовлетворительно адаптированы к окружающей их социальной среде. В Советском Союзе эти люди вели разговоры на кухнях о переустройстве общества, издавали и распространяли «самиздат», рисовали, писали «в стол», но не высовывали голову, подсознательно чувствуя, что государственная машина слепа и жестока, и стоит только высунуться — затянет, перемелет и выплюнет остатки, а то и вовсе следов не оставит. Одним словом, они хорошо чувствовали эту грань «дозволенного».

Но вот, в силу каких-либо обстоятельств (как в СССР после апреля 1985 г.) ситуация в обществе меняется, планка «дозволенного» поднимается, и это сразу же улавливают дезадаптанты. Некоторые из них сразу же выходят в лидеры, появляются в высших эшелонах власти, занимают министерские посты, выдвигают модные экономические и политические теории, становятся ведущими политологами, экспертами, лидерами политических партий. Именно во времена Смуты и появляются на Руси лжедмитрии и жириновские, а в стабильном обществе подобные личности занимают самую низшую ступеньку социальной лестницы. Лжедмитрий был до Смуты простым монахом-чернецом и даже не помышлял стать московским царем. Гитлер до войны 1914 г. был бродягой, войну закончил ефрейтором (несмотря на доблесть и отвагу, его не произвели даже в унтер-офицеры). В 1918 г., когда он, ослепший после газовой атаки, метался на госпитальной койке, он вряд ли предполагал, что через 15 лет станет канцлером Германии. Жириновский десятилетиями занимал скромную должность юрисконсульта в издательстве «Мир» с зарплатой в 220 руб., несмотря на свои два диплома и знание пяти (?) языков. Все эти деятели поднялись в смутные времена, времена экономических и социальных потрясений своих стран, когда рушатся традиционные нормы, стереотипы поведения, и планка «дозволенного» поднимается. Для Гришки Отрепьева фактором, способствующим подъему, было ослабление царской власти при Борисе Годунове; для Гитлера — поражение Германии в войне, падение монархии, «разгул» демократии в Веймарской республике и подписание «ноябрьскими преступниками» (так Гитлер называл республиканское правительство Германии) кабальных условий Версальского договора; для Жириновского — ослабление коммунистического режима в СССР и возможность демонстративного поведения без боязни быть упрятанным в психиатрическую клинику.

Пока общество еще раскачивается, движется по инерции, придерживаясь прежнего порядка и законов, такие люди резко вырываются в лидеры, но надолго захватить лидерство они не в состоянии, потому что для этого недостаточно только умения демонстрировать себя, выказывать актерские способности. Для того, чтобы надолго удержаться на политическом Олимпе, нужны такие свойства характера, как стеничность, настойчивость, сила воли и упорство в достижении поставленных целей, а самое главное — ежедневная, методичная, отчасти рутинная работа, но именно этими качествами подобные личности и не обладают. Они первыми делают рывок, обходят опытных политиков, но, как в беге на длинную дистанцию, не выдерживают темпа и сходят с дистанции. Они умирают как политики тогда, когда восстанавливается стабильность в обществе, и уже недостаточно только демонстрировать себя, а пора нормально трудиться на своем поприще. Тип характера таких людей в психиатрии называется «демонстративным» или, при большей степени выраженности, «истерическим» (истероидным).

Но в любые времена в обществе встречаются личности другого типа — люди стеничные (энергичные), чрезвычайно волевые и гордые, борцы за справедливость, одержимые одной идеей, которая заслоняет все остальные сферы их психики. Вся их деятельность направлена на реализацию этой идеи, она как бы «застревает» в их мозгу, поэтому такой тип личности называют «застревающим», а при более сильной выраженности — «паранойяльным». Начиная со школьной скамьи, эти люди — всегда на первых ролях, всегда верховодят сверстниками. Огромное честолюбие выдвигает их на руководящие должности. Они упорно, можно даже сказать, настырно поднимаются вверх, но всегда с каким-то напряжением, с надрывом, задевая мешающих продвижению, цепляя окружающих, идут по жизни как таран. Препятствия, встречающиеся на их пути, лишь увеличивают их энергию, мобилизуют волю. К подобному типу личностей относятся многие народные мстители (Степан Разин, Емельян Пугачев), фанатики веры (Иисус, Магомет, Аввакум, Порфирий Иванов). К этому типу акцентуации относятся характеры таких политиков, как Иосиф Сталин и Борис Ельцин. Характер последнего, правда, относится к той разновидности параноиков, которых Ганнушкин выделяет в группу фанатиков.

К группе фанатиков принадлежат и так называемые фанатики чувств или экноики. Ганнушкин еще в тридцатые годы ХХ века писал, что они являются слепым орудием для осуществления задач фанатиков и часто не имеют представления о том, за что они борются и к чему стремятся. Они преданы вождю и готовы на самопожертвование во имя часто им непонятного дела. Сверхценная идея вождя заменяется у них экстатическим переживанием преданности. Таких людей часто можно было видеть в разгар перестройки. Это — «фаны» Ельцина, Гдляна и Иванова, Анпилова, сочувствующие обществу «Память».

Бросается в глаза, что ревностными распространителями антисемитских идей и литературы на улицах и площадях наших городов являются женщины из тех, «кому за тридцать», непривлекательной внешности. Даже неспециалисту видно, что их деятельность — это сублимация неудовлетворенной сексуальной энергии (либидо). Они испытывают настоящий оргазм, когда со смаком произносят «жид», с растягиванием звука «ж».

Несколько слов хочется сказать о структуре книги. В первой главе приводится краткий обзор теорий классификации характеров от Гиппократа до наших дней. В следующих главах речь пойдет о характерах современных нам политиков — Жириновского и Путина, т.е. о политиках, чья карьера еще не завершена. Тем интереснее нарисовать их психологический портрет, дать свой прогноз, чтобы через поколение-два можно было проверить правильность теории. В Германии начала тридцатых годов XX в. многие люди не воспринимали Гитлера серьезно. Что из этого получилось, человечество будет помнить всегда. О характере Гитлера речь пойдет в заключительной главе книги. Хотя Ельцин сошел с политической сцены, память о его правлении еще свежа, и читатель может оценить правильность моего понимания его характера.

Необходимо сразу же оговориться, что мы будем вести речь о крайних вариантах нормальных, а не патологических характеров, и если в какой-либо цитате употребляются термины «психопат», «психопатический», «больные», то их не следует относить к тем лицам, характеры которых мы анализируем. Если характер какого-либо деятеля достигает степени психопатии, то это будет специально оговариваться .

В книге не ставится диагноз Владимиру Путину, Борису Ельцину, Владимиру Жириновскому и Адольфу Гитлеру, а делается попытка установить тип их характера на основе теории акцентуированных личностей Карла Леонгарда как личностей нормальных, но имеющих ярко выраженные черты характера, благодаря которым они и выделяются из среды так называемых нормальных людей. Но, поскольку природа не терпит резких скачков, то и между акцентуированными характерами как крайними вариантами нормы и патологическими характерами (психопатиями) трудно установить четкую границу.

К началу  

© Кормушкин, Александр Петрович, 2000 г.

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.