.
  

© Георгий Почепцов

Телесериалы как медиакоммуникации

Сериалы сегодня становятся чуть ли не основным каналом информирования населения. Это тот продукт массовой культуры, который точно схватывает «дух нашего времени». Сериал обладает сильной воздействующей силой — происходит максимальное включение эмоций и отключение рационального видения.

Сериальность является главной отличительной чертой этого типа медиакоммуникации. Однако эта художественная сериальность не является чем-то новым. С одной стороны, она является обязательной приметой массовой культуры, именно так трактует ее, к примеру, Дж.Фиск. С другой, незаконченность является характеристикой современных новостей. В прошлом при «ослабленных», сравнивая с сегодняшним днем новостных циклах, новость рассказывала о свершившемся событии, Сегодняшняя новость бесконечно дополняется, СМИ постоянно возвращаются к одним и тем же объектам.

телесериалы

Телесериалы удерживают картину мира, которая существенно отличается от обыденной. Как и в кино, это в сильной степени привлекает зрителя как источник нового типа опыта. Но то, работает ли этот опыт в нормальной жизни, остается под вопросом. Человека учат читать, чтобы, условно говоря, потом подсунуть ему книгу из жизни ментов и бандитов, с которыми он не имеет пересечения в реальной жизни. Причем бесконечность именно этого типа сериала делает в результате однотипными ментов и бандитов, поскольку действия их одинаковы, различие которых состоит только в том, что менты иногда могут появиться на экране в форме, а у бандитов такой формы нет.

Медиакоммуникации существенным образом трансформируют виртуальное, информационное и физическое пространства. В качестве наиболее яркого примера можно привести изменение отношения к ЛГБТ-сообществу, которое исследователи в США связывают с влиянием телесериалов [см. здесь и здесь ]. Даже вице-президент США Дж. Байден, упомянул в этой связи телесериал Will & Grace (Уилл и Грейс), запущенный в 1998 г., сказав следующее: «Думаю, что Will & Grace, вероятно, сделали больше для просвещения американского населения, чем кто-либо другой. Люди боятся того, что отлично от них. Сейчас они начинают понимать»

Сериалы сегодня становятся чуть ли не основным каналом информирования населения. В. Куренной подчеркивает в этом плане: «Для потребителя сериалы — это гигантское расширение опыта и мощный инструмент трансляции знаний. Хорошие сериалы сделаны очень дотошно не только технологически, но и исторически». По этой причине он делает следующий вывод: «Сериалы — это не пошло. Сериалы — это очень сложно. Это тот продукт массовой культуры, который точно схватывает «дух нашего времени» — «zeitgeist», как выражались старые немецкие философы. Если кино сегодня работает на развитие, скажем так, бытовой техники, телевизоров и кинотеатров, то сериалы — это то, что стимулирует развитие новых медиа, в первую очередь интернета в самых разных видах».

Сериал как медиакоммуникация обладает очень сильной воздействующей силой. Здесь вновь происходит максимальное включение эмоций и отключение рационального видения. Кстати, это же фиксирует и политическая психология, в которой констатируется, что в политике играет только эмоциональное (Д. Уестен).

Россия, кстати, активно строит свою историю для массового сознания именно путем сериалов. И это понятно на фоне отхода населения от книги как способа удержания внимания. Телесериал, наоборот, очень современный способ удержания внимания, к которому стремится зритель. И Жуков в результате станет Жуковым из сериала, а не Жуковым из учебника. При том, что семья резко пыталась помешать такой трактовке образа маршала.

Бесконечность сериала изменила тип повествования, сравнивая с кино. Теперь сценарист рассматривает не отдельную серию, а весь сезон как свое поле для рассказывания. Часто планировка идет вообще сразу на весь сезон, а отдельные серии становятся частями этого плана.

Современные теоретики визуального, например, Р. Эскотт, вообще считают, что современное кино не описывает прошлую действительность, а скорее формирует, инициирует новую. То есть они ориентированы на будущее, а не на прошлое.

Что касается телесериала как способа управления вниманием, то следует вспомнить пустынные улицы Советского Союза, когда на экранах появились первые такие сериалы. И это наглядно демонстрирует, где было внимание населения.

К. Каллас вписывает в арсенал управления вниманием с помощью телесериала его бесконечность: «Есть вещи, которые вы можете делать на телевидении, имея в виду логику продолжающихся серий, которые нельзя сделать в кино. Более важно, и это представляется ключевым моментом долгого нарратива то, что вы можете взять своих героев во множество мест, в результате чего аудитория ощущает близость с ними. Они становятся частью жизни аудитории».

Она также говорит о новых моделях внимания и зависимости, которые возникают в случае Интернета и сопутствующих технологий. Переход от одного времени рассказываний историй к другому, по мнению К. Каллас, обусловлен также и изменениям в поведении аудитории.

М. Лок также обращается к изучению поведения аудитории. Он не считает ее пассивной, поскольку у нее всегда есть выбор, что именно слушать. Просто за последние 50-60 лет аудитория была невидимой для создателей и заменена большими числами.

Современные исследования кино уже ведутся с точки зрения когнитивной психологии. И ученым удалось увидеть, как именно синхронизируются мозги зрителей при просмотре фильма [см. тут и тут ]. Или вариант того, что когда героиня фильма «Черный лебедь» ощущает элемент сумасшествия в себе, это повторяется в мозгах зрителей.

Завершая свой экскурс в историю внимания, названный им «Империи внимания» М. Лок говорит о новом электронном внимании: «Культура двадцать первого столетия будет определяться тем, как мы сможем синтезировать имеющиеся противоречия — размеры и интимность, спектакль и разговор, сигнал и шум. Мы видели, как отношения между аудиторией и артистами перешли от интимности к расстоянию, и сейчас назад к странному типу интимного расстояния. Как будет выглядеть культура во времена электронного внимания и какие новые империи возникнут вокруг него? Как мы будем измерять внимание и как это изменит отношение между артистом и аудиторией?»

Активное участие зрителя возникает и при помощи ДВД, даже когда зритель получил право на паузу, чего нет в кинотеатре. Различного рода отклонения в построении сюжета достаточно интересно описаны Д. Бордвеллом. Речь сегодня идет уже и о пост-сюжетном кино, как такое, к примеру рассматривают фильм «Стражи Галактики» . И на этот метод переходит ряд высокобюджетных фильмов.

Пока кино управляло нами, но опора на анализ аудитории в свою очередь помогает управлять кино. Все возможные сюжетные перипетии в сильной степени задаются тем, что это нравится зрителю, причем сегодня это доказывается с помощью нейропсихологии, а не наукообразными разговорами.

Чужой сериал может нести картину мира, которая может конфликтовать с той, которая имеется у населения. В результате чего происходит эрозия имеющейся картины мира, поскольку она не может включать в себя конфликтующие между собой смыслы.

Они могут действовать так, как в свое время произошло с влиянием книги, когда никто не предполагал, к чему это может привести. К. Ширки напоминает, что печать помогла протестантской реформации, которая убрала в результате церковную цензуру интеллектуальной жизни. Он пишет о последствиях: «Мы выстроили новые нормы для обильной современной литературы. Романы, газеты, научные журналы, разделение на художественную и нехудожественную литературу, — все эти инновации были созданы во время разрушения системы переписчиков. Все это имело результатом увеличение, а не уменьшение интеллектуального объема и производства в обществе».

Это говорит о том, что новые медиакоммуникации могут нести те последствия в общество, о которых и не задумывались их создатели. Интернет является ярким примером такого феномена. По крайней мере, государства уже начали активную борьбу с ним .

Телесериал в этом плане обладает такими сильными сторонами, которые еще не были задействованными в истории. Но он уже стал способом по переносу в общество правильных правил поведения. Можно выделить три такие сферы задействованности телесериалов по продвижению поведения, имевших объективно подтвержденные результаты: социальное, здоровое (в плане медицины) и политическое, под которым часто понимают продвижение ЛГБТ-сообщества.

К последнему варианту, наверное, следует добавить и патриотические телесериалы. Например, газета New York Times упоминает, что телесериал «Homeland» собрал 7 миллионов зрителей. По этой причине можно уверенно говорить, что модель мира, заложенная в нем, является своей собственной медиакоммуникацией со своей моделью мира и со своей аудиторией. Создатели фильма рассказывают, что они входили в тему с помощью консультантов из ЦРУ, что может подтверждать близость этой модели мира к официальной. Однако эта модель мира начинает вступать в противоречие с другим набором зрителей, у которой не такая жесткая модель мира. По этой причине газета Washington Post называет его не политически нейтральным сериалом. Имеется в виду реагирования мусульманских телезрителей, поскольку мусульмане в фильме как чужие и чуждые западному миру.

Кино жестко продвигает и удерживает свою модель мира. Интересным примером является то, как ньюйоркское метро с помощью кино Голливуда оказалось центром страха . На самом деле люди под землей гораздо более безопасны. Уровень криминальности там оказался в 18 раз меньше, чем в городе.

Сегодняшние пропагандистские новости времени российско-украинского конфликта даже приравняли к сериалам: «Мы находимся в мире различных реальностей. В этой ситуации информационные, аналитические материалы превращаются в разновидность сериалов. Зритель выбирает, что он хочет посмотреть — боевик, хоррор, кино, где наши побеждают всех, или комедию положений».

По определенным параметрам телесериал заменил книги, став выполнять их функции. Причем он смог в некоторых случаях даже подхватить функцию интеллектуального развития, хотя чаще этого не происходит. Примером позитивного решения может служить телесериал «Доктор Кто» как и ряд других как научно-фантастических, так и из области фэнтези. Они выступили в роли не интерпретации, а реинтерпретации действительности под новые ее варианты. Они не повторяют действительность, а строят ее заново. Причем идут по канве, отрицаемой современной наукой.

В целом же телесериал несомненно увеличивает системность окружающего мира. Он отсекает все альтернативы, которые не укладываются в его канву. Практически все медиакоммуникации заняты тем же. Но телесериал, с одной стороны, по причине своего художественного характера, когда эмоции заслоняют рацио, а с другой стороны, лежащей позы смотрящего его, не только упрощает действительность сам, но и делает это для жаждущего такого упрощения зрителя. И тут две эти тенденции сошлись воедино.

Источник: MediaSapiens

См. также:

Перепрограммирование поведения с помощью телесериала как варианта медикоммуникаций
Размещение в популярных телесериалах «квантов» здорового поведения: американский опыт
«Карточный домик»: как на смену клиповому мышлению приходит сериальное
Сериал Newsroom как пример «подталкивающего» моделирования действительности
«Чувствительные», «Альфы», «Грань», «Хранилище № 13» и другие фантастические фильмы в процессах формирования новых поколений

© ,  2014 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика