.
  

© Музафер Шериф

Исследование межгруппового конфликта

Каковы условия, ведущие к гармонии или противоречиям между группами людей? Этот вопрос рассматривается на примере контролируемых ситуаций, происходивших в летнем лагере для мальчиков.

Конфликт между группами — компаниями мальчиков, социальными классами, «расами» или нациями — не имеет ни простой причины, ни простого решения. Его нередко определяют личные, социальные, экономические, религиозные и исторические факторы. Тем не менее возможно выявить некие основные силы, оказывающие существенное влияние на взаимоотношения групп. Чтобы пролить свет на эти силы, ученые-социологи много трудились, исследуя то, что можно было бы назвать «естественной историей» групп и групповых отношений. Межгрупповой конфликт и гармонию не так-то легко исследовать в условиях лабораторного эксперимента. В последние годы было положено начало попыткам изучить проблему в контролируемых условиях, приближенных к естественным, и здесь я подведу итоги программы экспериментальных исследований, начатой в 1948 г. Вместе со мной работали ученые Марвин Б. Сассмен, Роберт Хантингтон, О. Дж. Харви, Б. Джек Уайт, Уильям Р. Худ и Кэролин В. Шериф. Эксперименты проводились в 1949, 1953 и 1954 гг.; в этой статье приводятся полученные данные.

Мы хотели провести наше исследование в группах свободного типа, организация и отношения которых развивались бы естественно и спонтанно, без руководства или давления извне. Исходя из этого, мы сочли, что изолированный летний лагерь обеспечит хорошую обстановку для эксперимента. Это решение побудило нас избрать в качестве предмета исследований мальчиков одиннадцати-двенадцати лет, для которых пребывание в лагере органично и увлекательно. Поскольку мы стремились изучить развитие групповых отношений между мальчиками в полностью контролируемых условиях, по возможности избежав влияния неврозов, среды или предшествующего жизненного опыта, мы отобрали нормальных мальчиков из однородной социальной среды. До приезда в лагерь мальчики не были знакомы друг с другом. Процесс отбора мальчиков был долгим и кропотливым. Мы опрашивали семью каждого мальчика, учителей и администрацию школы, изучали школьные ведомости об успеваемости и медицинские справки, собирали результаты тестов, а также наблюдали за детьми на уроках и во время игр с одноклассниками. В результате мы убедились в том, что отобрали обычных мальчиков, относящихся к одному и тому же социальному слою: все они были здоровы, социально адаптированы, имели уровень интеллекта выше среднего и происходили из белых, стабильных протестантских семей среднего класса.

Мальчиков не предупреждали, что они являются участниками эксперимента. Исследователи выступали в роли обычного персонала лагеря — директора, воспитателей и т. д. Мальчики впервые встретились друг с другом в автобусах по пути в лагерь, зная всего лишь, что их ждет обыкновенное лето в лагере. Стремясь сохранить естественную обстановку, мы проводили все эксперименты в рамках обычных для лагеря занятий и игр. Наши проекты были так интересны и увлекательны, что мальчики с энтузиазмом участвовали в них и не подозревали, что подвергаются тестированию. Мы ненавязчиво делали записи их поведения, используя, по возможности, и «скрытые» камеры с микрофонами.

Сначала мы наблюдали, как мальчики становятся единой группой. Наш первый лагерь лета 1949 г. располагался в холмах северного Коннектикута. По прибытии мальчиков поселили всех вместе на первом этаже большого корпуса. Как и ожидалось, они быстро познакомились и выбрали товарищей. Мы сознательно разместили мальчиков вместе. Нам хотелось видеть, что произойдет впоследствии, когда мальчиков распределят в разные группы. Нашей задачей было уменьшить влияние личных симпатий на образование групп. Спустя несколько дней мы разделили мальчиков на две группы и расселили их по разным помещениям. Перед этим мы между делом расспросили каждого о его лучших друзьях, а затем постарались разместить «лучших друзей» подальше друг от друга. (Предложенный обеим группам поход с ночевкой несколько смягчил огорчение от такого распределения по группам.)

Как известно, группа незнакомых людей, объединенных совместной деятельностью, вскоре приобретает черты неформальной спонтанной организации. Это ведет к появлению лидеров, разделению обязанностей, возникновению неписаных норм поведения и развитию командного духа. Подобный паттерн отмечался и в случае с нашими мальчиками. Мальчики обеих групп объединили усилия, распределили обязанности, а также игровые и рабочие задачи. Каждый принял на себя обязанности, созвучные его личности. Один оказался отличным поваром, другой — замечательным атлетом, на остальных, не выделяющихся чем-то особенным, группа могла положиться в любом предпринятом ею деле. Один или двое мальчиков вполне могли подорвать деятельность группы, начав не вовремя поддразнивать товарища или давать ему бесполезные советы. Несколько мальчиков проявили себя, выдвигая дельные предложения и демонстрируя способность координировать действия остальных. Один из них оказался изобретательней и способней прочих. Таким образом, довольно быстро появились лидер и его помощники. Кто-то «отсеялся» на дно массы, в то время как остальные маневрировали, пытаясь занять положение повыше.

Мы внимательно отслеживали все эти изменения, отмечая положение мальчиков в группе не только на основе собственных наблюдений, но и выслушивая мнение мальчиков о тех, кто что-то затеял, сделал, и о том, на кого можно положиться.

Когда группа приобрела черты организации, мальчики обзавелись прозвищами. Крупного блондина, отважного лидера одной из групп, восхищенные приверженцы прозвали Красавчиком. Мальчик с довольно вытянутой головой стал Лимоном. В каждой группе возник особый жаргон, шутки, секреты, появились свои способы решения задач. Одна из групп, убив змею там, где мальчики обычно купались, назвала это место «Заливом мокасиновой змеи» и в дальнейшем предпочитала плавать именно здесь, несмотря на то, что другие места были лучше.

Неуживчивые члены группы, терпевшие неудачу при попытках все сделать «правильно», или же отлынивавшие от общего дела, подвергались «бойкоту», насмешкам, а то и угрозам. Каждая группа выбрала себе символ и название, их нанесли на бейсболки и тенниски мальчиков. Лагерь 1954 г. действовал в Оклахоме, неподалеку от «Пещеры Грабителя», знаменитого убежища Джесси Джеймса. Мальчики в этом лагере назвали себя «Гремучими змеями» и «Орлами».

Наши заключения на каждом этапе исследования основывались на множестве наблюдений, а не на применении какого-либо одного экспериментального метода. Например, оценки, даваемые мальчиками друг другу, мы выявили с помощью придуманной нами игры. Накануне важного бейсбольного матча, чтобы придать тренировке больший интерес, мы установили доску с мишенью для бросков. С внешней стороны доска не была размечена, поэтому мальчики не могли оценить точность броска объективно. Зато сзади, о чем мальчикам не было известно, на доске были расположены мигающие лампочки, так что наблюдатель точно видел, куда попал мяч. Мы обнаружили, что мальчики постоянно завышали оценку бросков наиболее уважаемым членам группы, преуменьшая счет мальчиков, занимавших более низкое социальное положение.

Приготовление пищи в лесу еще более впечатляюще продемонстрировало отношения мальчиков. Мальчиков снабдили полуфабрикатами и предоставили самим себе. Один из них тут же приступил к сооружению костра, попросив остальных собрать дров. Другой занялся сырыми бифштексами, чтобы сделать гамбургеры. Прочие подготовили место для булочек, приправ и тому подобного. Двое смешивали напитки, добавляя в них специи и сахар. Мальчику, слонявшемуся без дела, сказали: «Давай-ка, помогай!». Вскоре костер разгорелся, и на нем зашипели гамбургеры. Двое мальчиков распределили их, едва они поджарились. Затем подошло время для арбуза. Один из мальчиков, занимавший в группе невысокое положение, взял нож и направился к лакомству. Кое-кто из мальчиков запротестовал. Тогда самый уважаемый член группы взял нож, сказав: «Кто кричит громче всех, получит в последнюю очередь».

Эксперименты Шерифа
Совместная деятельность членов обеих групп. Летний лагерь, второй эксперимент, штат Оклахома. Вверху: мальчики обеих групп готовят еду. В середине: обе группы окружили бак для воды, пытаясь решить проблему ее нехватки. Внизу: одна группа принимает другую. (Фотографии Музафера Шерифа.)

Когда в обеих группах сложилась организация и развился командный дух, мы продолжили экспериментальное исследование межгрупповых отношений. Группы ранее не сталкивались; более того, в лагерь 1954 г. у «Пещеры Грабителя» обе группы приехали в разных автобусах и содержались отдельно, пока каждый из мальчиков не освоился в группе.

Наша рабочая гипотеза заключалась в том, что когда перед группами поставлены конфликтные, то есть достижимые только за счет другой группы, цели, их члены испытывают враждебность друг к другу, даже если группы состоят из нормальных уравновешенных личностей. Из этой посылки следует заключение, которое мы рассмотрим позже. Чтобы спровоцировать столкновение между группами, мы устроили соревнования по бейсболу, футболу, перетягиванию каната, поискам сокровищ и т.д. Игры начались в духе здорового спортивного состязания. Но по ходу дела здоровый спортивный дух быстро улетучился. Мальчики обеих групп начали обзывать соперников «вонючками», «подлецами» и «жуликами». А затем отказались иметь дело с членами противостоящей группы. Мальчики лагеря 1949 г. отвернулись от товарищей, избранных «лучшими друзьями» сразу после приезда в лагерь. Большинство мальчиков негативно оценивало членов противостоящей группы. Соперничающие группы изготовили угрожающие плакаты и затевали набеги, втайне запасая зеленые яблоки для вооружения. В лагере у «Пещеры Грабителя» «Орлы», потерпев поражение в игре, подожгли флаг, забытый на поле «Гремучими змеями». На следующее утро, добравшись до стадиона, «Гремучие змеи» захватили флаг «Орлов». С того момента потасовки и набеги стали ежедневным явлением.

Разумеется, возрастала солидарность каждой из групп. Наблюдались перемены: одна группа сместила лидера, потому что он не мог «взять верх» в спорах с соперником; другая неожиданно возвела в герои крупного мальчика, ранее считавшегося задирой. Но боевой дух и единство групп усилились. Заслуживает внимания тот факт, что снисходительное, по преимуществу, отношение к товарищам и укрепление единства не отражались на отношении к членам другой группы.


Рис. 3. Дружеские связи мальчиков показаны на примере «Красных дьяволов» (белый столбец) и «Бульдогов» (черный столбец). Сначала наблюдалось небольшое количество дружеских связей между членами разных групп, живущих в одном корпусе (слева). Спустя пять дней наибольшее количество дружеских связей наблюдалось между членами одной и той же группы (справа).

Теперь обратимся к другой стороне проблемы: как примирить конфликтующие группы? Сначала мы провели эксперимент с целью проверить предположение о том, что благоприятные контакты членов конфликтующих групп сглаживают противоречия между ними. В лагере 1954 г. мы сводили друг с другом враждующих «Гремучих змей» и «Орлов» на мероприятиях вроде совместного похода в кино, обеда и т.д. Но вместо того чтобы сгладить конфликт, эти ситуации служили для соперничающих групп лишь поводом поссориться и напасть друг на друга. В столовой мальчики рассаживались по разным углам, и группа, проигравшая схватку за первенство, кричала соперникам: «Сначала дамы!». За столами они перебрасывались бумагой, пищей и оскорблениями. «Орлу», столкнувшемуся с «Гремучей змеей», товарищи посоветовали стряхнуть «грязь» с одежды.


Рис. 4. При конфликте между двумя группами во время эксперимента в лагере у «Пещеры Грабителя» наблюдалось незначительное количество дружеских связей между мальчиками, живущими в разных корпусах (слева). Общая цель способствовала объединению групп и восстановлению дружеских отношений, число дружеских связей между группами существенно возросло (справа).

Тогда мы вернулись к выводу из нашего предположения о причине возникновения конфликта. Если соревнование порождает противоречия, то совместные усилия должны породить гармонию. Рассматривая ежедневные взаимоотношения групп, мы подумали, что гармония возникает при наличии «сверхзадач», в принципе не достижимых каждой из групп по отдельности. Чтобы проверить гипотезу экспериментально, мы провели наших мальчиков через ряд естественных ситуаций, требовавших немедленной реакции и явившихся для мальчиков испытанием.

Одной из этих ситуаций стала поломка системы водоснабжения. Вода поступала в лагерь по трубам из бака, расположенного в миле от лагеря. Мы устроили аварию и затем позвали мальчиков, чтобы сообщить им о кризисе. Обе группы немедленно вызвались обследовать систему водоснабжения в поисках поломки. Они гармонично работали вместе и к концу обеда нашли и устранили неисправность.

Похожая возможность представилась сама собой, когда мальчики попросили показать им фильм. Мы сказали, что лагерь не имеет возможности заплатить за это. Тогда обе группы объединились, выяснили, сколько денег они могут выделить на оплату, выбрали фильм голосованием и потом вместе наслаждались просмотром.

Однажды обе группы отправились на пикник к озеру, находившемуся неподалеку. Планировалось, что грузовик съездит в город за продуктами. Однако когда все проголодались и захотели перекусить, выяснилось, что грузовик не может стронуться с места (мы об этом позаботились). Мальчики вооружились веревкой — той самой, что использовали при злополучном перетягивании каната, — и дружно потянули, чтобы грузовик завелся.

Описанные выше совместные усилия не привели к немедленному устранению антагонизма. Сначала группы возвращались к старым ссорам и обидным прозвищам, стоило закончиться совместной работе. Но ряд совместных действий постепенно сгладил противоречия и конфликт. Члены обеих групп прониклись дружелюбием друг к другу. Например, «Гремучая змея», которого «Орлы» не любили за острый язык и способность нанести урон, стал «молодчиной». Мальчики перестали толкаться в столовой. Они прекратили обзывать друг друга и начали садиться за один стол. Между членами обеих групп завязались новые дружеские связи.

В конце отдыха группы активно искали возможность пообщаться, развлечься вместе и «угостить» друг друга. Они решили устроить общий костер. Они по очереди выступали с юмористическими сценками и песнями. Мальчики из обеих групп просили, чтобы их отправили домой одним автобусом, а не разными, как было, когда их везли в лагерь. По дороге автобус остановился у заправочной станции. У одной группы еще оставалось пять долларов, выигранных в состязании. Они решили на них перекусить. По собственной инициативе мальчики пригласили бывших соперников на молочный коктейль.

социограмма
социограммы
Рис. 5. Социограммы отражают паттерны образования дружеских связей в полностью сформированных группах. Односторонние дружеские отношения показаны пунктирными стрелками; взаимные — сплошными линиями. Лидеры имели высшие отметки по шкале популярности. У «Бульдогов» (вверху) наблюдалась сплоченная организация с хорошим командным духом. Мальчики, занимавшие низшие места в иерархии, не принимали заметного участия в жизни группы, но их попытки в чем-либо поучаствовать не отвергались. «Красные дьяволы» (внизу) проиграли в соревнованиях между группами. Эта группа была менее сплоченной, ее члены проявляли меньшую терпимость по отношению к товарищам.

Опрос мальчиков подтвердил происшедшую перемену. Если ранее «лучшие друзья» почти без исключений избирались среди членов собственной группы, то теперь многие стали считать лучшими друзьями мальчиков из другой группы (рис. 4). Они были рады представившемуся второму шансу оценить мальчиков из другой группы, некоторые отмечали, что изменили оценку сделанную после соревнований. Так оно и было. Новые оценки были существенно лучше (рис. 6).

Попытки уменьшить предубеждения и смягчить разногласия между группами в нашем обществе, как правило, имеют разные формы. Большое внимание уделяется тому, чтобы социально объединить членов противоборствующих групп, изложить группам точные и положительные сведения друг о друге, а также объединить лидеров групп и заручиться их


Рис. 6. В период конфликта негативные оценки, даваемые группами друг другу, были обычным явлением (слева), их количество уменьшилось, когда гармония была восстановлена (справа). Диаграммы показывают количество (в процентном соотношении) мальчиков, оценивавших всех (кого-либо или никого) из другой группы «жуликами», «подлецами» и т. д.

влиянием. Но, как известно, подобные меры не всегда снижают межгрупповые разногласия. Как продемонстрировали наши эксперименты, общественные контакты могут служить всего лишь еще одним поводом для усиления конфликта. Положительная информация о вызывающей неприязнь группе может быть проигнорирована или неверно интерпретирована, способствуя, таким образом, образованию очередных негативных стереотипов. Лидеры не могут действовать, если группа их не поддерживает.

Тем не менее наши ограниченные эксперименты показали, что вероятность достижения гармонии существенно возрастает, если группам приходится заниматься совместной деятельностью. В этом случае положительная информация о вызывающей неприязнь группе воспринимается в ином свете, а лидеры предпринимают шаги на пути к взаимодействию. Говоря кратко, вражда прекращается, когда группы совместно трудятся ради первостепенных целей, недостижимых при разрозненных усилиях.

Литература

  • Sherif, Muzafer, and Sherif, Carolyn W. Groups in harmony and tension. Harper & Brothers, 1953.

Источники:

  1. Sherif, M. Experiments in Group Conflict. Scientific American, Vol. 195, No 5, 1956
  2. Общественное животное. Исследования. Под ред. Э. Аронсона. — М. 2003
Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов