.
 

© Рамиль Гарифуллин

Теория психологии и теория экономики: нужно ли забывать Карла Маркса?

Огорчился ли бы Карл Маркс увидев то, во что превратилась мировая экономика?

экономика и психология Карла Маркса

Насколько информация может быть продуктом производства? Насколько информация может быть продуктом производства миллиардов людей?

В экономике уже не работает былая линейность. В сетевом обществе иная структура и линейные условные и близорукие закономерности Маркса не везде срабатывают, не во всех сферах жизни.

Сейчас миллиарды в Интернете общаются. Коммуникации — главный капитал. Производство теряет былую сущность. Информация прибыльнее материальных благ. Маркс от того, что его теория не работает в гробу переворачивается.

Марксовский ограниченный модернизм закончился и пришел постмодернизм. Экономика непредсказуема и бифуркационна. Для экономистов теория Маркса — это счастливый сон определенности и предсказуемости системы. На смену кризисов Маркса приходит катастрофа, которая сметет все, так как мир теперь иначе устроен, в том числе экономика, которая лишь часть мира человечества. Войны и кризисы это прошлые забавы истории. Теперь пришел мир катастроф, то есть того, что стихийно и нерегулируемо человечеством. Это иное мышление. Марксовские условности заправленные истматом и диаматом неадекватны и не актуальны!

Маркс не учел приход информационного общества с мировыми информационными соцсетями и Интернетом.

Можно заменить у Маркса производство материальных благ на производство услуг, но это не суть важно. В любом случае Маркс — это всего лишь узкая сфера — политэкономия труда. А у нас пришла сейчас политэкономия знака! Люди покупают знаки и престиж, то есть информацию. И не все так линейно как раньше. Это лишь один пример, свидетельствующий о том, что модернизм Маркса уже не везде срабатывает.

Нужно ли забывать Маркса?

Некоторые теоретики экономики знают экономику однобоко. Нужно изучить и «Политэкономию знака» (Ж. Бодрийар), а не только рассматривать Политэкономию Труда Карла Маркса. Не все так линейно.

Способность Большой объем знаний выражать Сверткой этих знаний, то есть, коротко, и есть истинный критерий наличия Знаний. И это ощущается во время дискуссии и диалоге с таким экономистами. Пока у них имеет место лишь декларативный монолог и защита дезориентацией.

Можно пойти с конца. Соединяются ли пролетарии всех стран сейчас? И что и как происходит с мировой экономикой? Сейчас многие зарабатывают и выживают через иные механизмы. Как трансформировалось использование капиталистами людей в создании прибылей, в условиях интернет-общества и интернет-общества? Насколько общество потеряло свою былую социальность, в частности, способность революционно влиять на политическую власть и власть капитала? Насколько общество можно прикармливать подачками, давать средства и ценности для выживания?

Понятно, что Политэкономия Труда Маркса работает в отдельных секторах мировой экономики (ценообразование, спрос и предложение и др.), но выросла значительная составляющая мировой экономики, которая развивается по линии, которую практически невозможно описывать условностями марксовский теории. Не всегда все так линейно и детерминировано. Марксовская теория — это всего лишь модель, условно описывающая определенные системы. Но современные системы имеют уже качества и механизмы, которые не способна описать теория Маркса. Есть базовые положения Маркса, которые уже все больше отклоняются от Сущности современной мировой экономики.

Аналогично тому, как не всегда увеличение громкости звука ведёт к увеличению уровня реакции на этот звук. На каком-то этапе ухо перестает воспринимать линейно этот звук. То же самое с процессами капитала. Есть нелинейности, есть ситуации, когда марксовские условности не работают. Есть системы, которые ведут себя не согласно своим исходным состояниям, как это было в классической науке. А политэкономия Маркса — это классическая наука. В неклассической науке все иначе. Состояние и поведение системы в неклассической науке определяется не исходными состояниями, а ситуацией, то есть, тем, что в нее входит в режиме «здесь и сейчас». Мир чаще играет в кость, то есть, определяется случайными процессами.

Поэтому мир теперь развивается с коррекцией на вечное противоборство модерн-постмодерн, классическое-неклассическое.

И вообще, не забывайте, что экономика — это гуманитарная наука, так как в ней есть большая доля Субъективного, в отличии от фундаментальной науки. Хотя и в фундаментальной науке много Субъективного, Феноменологичного и Антропоморфного. Наука очеловечена и Природа смеется над этим, то есть, мнимым Величием Человека!

Знания являются знаниями, если они развиваются. В противном случае они становятся догмами. Знание Ньютона об Абсолютном времени, благодаря Эйнштейну, стала догмой. Астрофизика уже не может применять Ньютона. Современные настоящие теоретики экономики уже давно используют не только Маркса. Он не срабатывает, порой. Есть такие условия.

Современная теория экономики все чаще и чаще базируется на психологических теориях. В настоящее время все чаще и чаще нобелевские премии получают теоретики экономики, которые работают на синтезе теории экономики и теории психологии. Эти экономисты используют знания неклассического подхода.

Мною были заложены основы постмодернистской психологии и разработан научный аппарат влияния этого нового направления на современную экономику. Об этом можно почитать в моей научной монографии «Основы постмодернистской психологии» (2015):

Доцент Института психологии и образования КФУ, кандидат психологических наук Рамиль Гарифуллин

© , 2021 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.