.
 

© Скотт Б. Кауфман

Формы и виды нарциссизма

Нарциссизм вне своих крайних проявлений сам по себе не является ни патологией, ни чем-то предосудительным. Однако существует вполне понятная тенденция относиться к нему негативно. Об этом пишет известный американский ученый-когнитивист Скотт Барри Кауфман в своей книге «Transcend: The New Science of Self-Actualization» («Трансцедентность. Новая наука самоактуализации»).

типология нарциссизма

Содержание

  1. Самоуважение и нарциссизм
  2. Две формы нарциссизма
  3. Уязвимый нарциссизм
  4. Шкала уязвимого нарциссизма
  5. От уязвимости к личностному росту
  6. Грандиозный нарциссизм
  7. Шкала грандиозного нарциссизма
  8. Пристрастие к самоуважению
  9. Коллективный нарциссизм
  10. Здоровая гордость
  11. Литература

Самоуважение и нарциссизм

Прежде всего необходимо развеять распространенное заблуждение:

Высокое самоуважение — это не то же самое, что и нарциссизм.

К сожалению, существование этого стереотипа приуменьшает ценность самоуважения, которое в действительности является важной потребностью человека.

Довольно часто психологи и люди в средствах массовой информации смешивают здоровое самоуважение и нарциссизм. Вопреки представлениям многих нарциссизм и самоуважение имеют совершенно разные пути развития и результаты в жизни30. Те, кто имеет высокий уровень самоуважения, уверены в том, что они достойные и компетентные люди, и стремятся к близким, значимым связям с другими, однако не обязательно считают себя выше других.

С точки зрения развития и нарциссизм, и здоровое самоуважение начинают формироваться примерно в семилетнем возрасте. В это время дети активно сравнивают себя с другими и начинают давать собственной персоне такие оценки, как «я неудачник», «я достойный человек» и «я неординарный». Они смотрят на себя так, как в их представлении на них смотрят другие31. При этом нарциссизм и высокое самоуважение развиваются зеркально противоположным образом: если самоуважение находится на самом низком уровне в юности и медленно повышается на протяжении всей жизни, то нарциссизм достигает пика именно в юности, а потом постепенно ослабевает32.

Развитие самоуважения и нарциссизма, кроме того, зависит от характера родительского воспитания. Нарциссизм сочетается с переоценкой способностей: родители, которые воспитывают детей с высоким уровнем нарциссизма, обычно превозносят их познания, завышают интеллектуальные способности, захваливают достижения и даже дают своим чадам необычные имена, чтобы выделить из толп 33. В отличие от этого, высокое самоуважение идет в паре с родительским теплом. Родители, дети которых имеют высокий уровень самоуважения, обычно относятся к ним с любовью и уважением как к значимым для них людям.

Понятно, что реальная забота общества не должна сводиться к воспитанию здорового самоуважения. Если уж на то пошло, то намного полезнее было бы помочь всем детям почувствовать, что их ценят и уважают, что они подлинно компетентны как личности. Вместо этого больше внимания следует уделять разнице между здоровым и нездоровым выражением общей потребности в самоуважении. Рассмотрим поближе два главных нездоровых подхода к регулированию потребности в самоуважении.

Две формы нарциссизма

У крайне неуверенных в себе людей неуверенность может проявляться по-разному… Она может оборачиваться замкнутостью и уходом в себя… или выливаться во враждебность, агрессивность и злобность (Абрахам Маслоу, «Мотивация и личность», 1954).

Современные исследователи выделяют два нездоровых подхода к регулированию потребности в самоуважении: грандиозный нарциссизм и уязвимый нарциссизм. Когда большинство из нас пытается представить себе классического нарцисса, перед глазами возникает образ нарцисса грандиозного типа: зарвавшегося, хвастливого, шумного и постоянно требующего внимания. Однако психологи выделяют горздо более спокойную форму проявления нарциссизма — уязвимый нарциссизм, — которая характеризуется крайней чувствительностью к пренебрежению и глубоким чувством стыда за свои грандиозные желания, которое заставляет этих людей чураться всеобщего внимания34.

Обе формы нарциссизма имеют общий набор признаков, включающий в себя претензии, эксплуататорские замашки и грандиозные фантазии. И в самом деле те, кто демонстрирует признаки уязвимого нарциссизма, как это ни парадоксально, удивляют других грандиозными фантазиями в отношении своего превосходства35. Вместе с тем источники враждебности и антагонизма у каждой формы нарциссизма свои.

Склонные к грандиозному нарциссизму бывают антагонистично настроенными по отношению к другим из-за желания повысить свой социальный статус и доминирование (инструментальную социальную ценность). Их претензии связаны с уверенностью в собственной неординарности и превосходстве, а следовательно, в праве на более значительные ресурсы и уважение. В отличие от этого, склонные к уязвимому нарциссизму чувствуют враждебность и недоверие к своим негативным идеям относительно себя и других, и их реакция нередко уходит корнями в травмирующие детские переживания. Их претензии, по всей видимости, в большей мере связаны с уверенностью в праве на особое внимание в результате внутренней хрупкости, а не превосходства.

Все мы склонны к нарциссизму в той или иной мере.

На фоне нынешних разговоров о «нарциссах» я исхожу из того, что все мы склонны к нарциссизму в той или иной мере. В конце концов, склонность к нарциссизму свойственна людям. Такие психоаналитики, как Зигмунд Фрейд, Анни Райх, Хайнц Кохут и Отто Кернберг, видели в феномене нарциссизма «сосредоточение либидо на себе», или чрезмерную зацикленность на себе, однако они не считали интенсивное самолюбование чем-то обязательно плохим.

Хайнц Кохут полагал, что лучше направить существующие склонности пациента к нарциссизму в русло юмора, творчества, эмпатии и мудрости, чем пытаться полностью устранить нарциссизм из структуры его личности36, 37. В его лексиконе это называлось «благоприятной трансформацией»38. Именно в этом духе я буду говорить о ярлыке «нарциссизм» и стараться показать, как благоприятная трансформация наших склонностей к нарциссизму может помочь всем нам стать более уверенными и целостными людьми.

Уязвимый нарциссизм

Мэри — 36-летняя женщина, родители которой развелись, когда ей было 14. После развода она жила по большей части с матерью. Из-за пристрастия матери к потреблению различных психоактивных веществ и ее непредсказуемого, нередко агрессивного поведения Мэри приходилось ухаживать за своим младшим братом зачастую в ущерб собственным потребностям. Теперь в ней, взрослом и совершенно неуверенном в себе человеке, психиатр видит смесь таких вроде бы несовместимых качеств, как чрезмерное самолюбование и постоянное чувство неполноценности, стыда и уязвимости. Мэри обладает чрезвычайно раздутым самомнением и, похоже, считает, что все ей должны. Она ожидает особого отношения и воображает себя невероятно успешной, всемогущей, красивой, талантливой и гениальной, хотя и признает, что постоянно мучается вопросом, хороший она человек или плохой. Мэри не может или не хочет понимать или реагировать на реальные потребности и чувства других, если они не совпадают с ее собственными или не помогают думать лучше о себе. Ей, к тому же, почти не приносит удовольствия и удовлетворения повседневная деятельность. В межличностном общении она все время ждет от других подтверждения своей положительности, расстраивается и отстраняется при малейшем намеке на критику и постоянно выискивает признаки неприятия. Сама же она относится к другим критически, враждебно и нередко занимает противоположную позицию. Мэри склонна обижаться и конфликтовать с начальством. При этом она завидует другим, считает, что ее не понимают, притесняют и преследуют, ощущает себя беспомощной и бесправной39.

Сочетание черт, связанных с уязвимым нарциссизмом, отличается парадоксальностью, которая характерна для ситуации, когда самооценка человека крайне непостоянна, хрупка и неопределенна40.

В действительности такой вещи, как низкое самоуважение, просто не существует.

Когда люди участвуют в опросах с целью определения уровня самоуважения, крайне редко кто-то сообщает о своей нулевой социальной ценности. На практике те, кто находится в нижней части шкалы самоуважения, нередко дают себе среднюю оценку. Это говорит о том, что реально они имеют неопределенный уровень самоуважения41.

Исследования уязвимого нарциссизма показывают, что высокий уровень неопределенности оценки своей личности часто сочетается с острым чувством стыда и пассивной враждебностью, с неуемными фантазиями в отношении подтверждения и уважения со стороны других, с постоянной потребностью в получении подтверждения и внимания со стороны других (включая уверенность в праве на чужое внимание и постоянное недовольство отсутствием оценки по достоинству), со скрытием осознаваемых потребностей и субъективно ощущаемых слабостей, с неадекватной потребностью помогать другим, чтобы гордиться собой, и с недоверием и циничным отношением к истинным намерениям людей. Все эти характеристики неотделимы друг от друга. Посмотрите на приведенные ниже утверждения и честно оцените уровень своего уязвимого нарциссизма в повседневной жизни42.

Шкала уязвимого нарциссизма

  1. Я  часто  чувствую,  что для  уверенности  в себе мне необходима чужая похвала.
  2. Когда мне что-то не удается, я чувствую унижение.
  3. Когда посторонние даже мельком видят мои потребности, я чувствую беспокойство и стыд.
  4. Я нередко скрываю свои потребности из-за опасения, что другие будут считать меня нуждающимся и зависимым.
  5. Я сержусь, когда меня критикуют.
  6. Меня  раздражает,  когда  люди  не  замечают, насколько хороший я человек.
  7. Мне нравится дружить с теми, кто надеется на меня, поскольку это дает ощущение собственной важности.
  8. Иногда я избегаю людей из-за опасения, что они разочаруют меня.
  9. Иногда я избегаю людей из-за опасения, что они не будут признательны мне за все сделанное для них.
  10. Я  часто  воображаю, как получаю признание  за свои достижения.
  11. Когда кто-то делает для меня что-нибудь, я задумываюсь о том, что он хочет получить.

Хотя приведенные утверждения характеризуют уровень «уязвимого нарциссизма», если не обращать внимания на ярлык, то можно заметить, что все они описывают способы реагирования на других, которые дают в сумме отличную стратегию защиты от страданий, связанных с неприятием. Как мы уже говорили, в процессе эволюции у людей сформировалась очень эффективная система социальной защиты, которая следит за уровнем нашей принадлежности и принятия в повседневной жизни. Когда неприятие кажется неизбежным, мы испытываем страдания, а эта система приходит в состояние повышенной готовности, чтобы помочь защитить нас.

К сожалению, наш «внутренний социальный индикатор» может давать совершенно неправильные сигналы43. Травмирующие переживания в детстве способны приводить к неправильному восприятию нашей социальной ценности и возможностей, а действия на основе сильно искаженных представлений зачастую приносят именно те результаты, которых мы опасаемся больше всего. Как это ни печально, но корни уязвимого нарциссизма уходят в историю травмирующих переживаний, включая эмоциональное, вербальное, физическое и сексуальное насилие44, 45.

Справедливости ради следует заметить, что наследственность также вносит значительный вклад в развитие уязвимого нарциссизма. Он возникает в результате сложного процесса, в котором биологическая ранимость (например, высокая эмоциональная чувствительность и импульсивный антагонизм) усиливается семейными и школьными факторами (например, неадекватным поведением родителей и травлей со стороны одноклассников). Тем не менее, если генетические особенности влияют на чувствительность к определенным внешним триггерам, то жестокое обращение родителей и другие внешние условия играют определяющую роль46.

Психологическое насилие особенно часто приводит к возникновению уязвимого нарциссизма с учетом того, что оно в детстве может быть незаметным для других и даже для самого ребенка, который не обязательно понимает, насилие это или нет47. Психологическое насилие может заключаться в действиях чрезмерно контролирующего, бесцеремонного или безразличного родителя, а также родителя, нарциссизм которого настолько силен, что он заставляет ребенка стыдиться или чувствовать вину за выражение своих собственных потребностей и мечтаний (а это совершенно нормально для детей). В исследованиях, которые я проводил вместе со своими коллегами Брэндоном Вайссом, Джошуа Миллером и Китом Кэмпбеллом, мы обнаружили, что следующее утверждение очень показательно для уязвимого нарциссизма: «Ребенком меня часто заставляли в семье жертвовать своими собственными потребностями в пользу других».

Хотя характерные для уязвимого нарциссизма черты могут помогать в управлении чрезвычайно болезненными переживаниями, связанными с низкой самооценкой и стыдом из-за неприятия и насилия в раннем детстве, и способствовать минимизации вероятности повторения случаев насилия, уязвимый нарциссизм сочетается с целым букетом убеждений, стратегий совладания и стилей привязанности, которые в конечном итоге вредят здоровью, росту и интеграции. Наше исследование позволило установить, что уязвимый нарциссизм ассоциируется с более низкими уровнями удовлетворенности жизнью, самостоятельности, мастерства, личностного роста, положительных социальных отношений, целеустремленности и самопринятия, а также с отсутствием самоощущения и доверия к собственным мыслям и чувствам48, 49.

Кроме того, мы выявили чрезвычайно сильную связь между уязвимым нарциссизмом и проявлениями синдрома самозванца. У людей с высоким уровнем уязвимого нарциссизма высокая частота положительных ответов на утверждения вроде «Я чувствую себя обманщиком» и «Иногда меня беспокоит, что все увидят, кто я есть на самом деле». Такие люди не так уж часто в действительности считают себя обманщиками, это просто «стратегия самопрезентации», которая используется для защиты от потенциальных страданий, связанных с неприятием. Подстраиваясь к ожиданиям других, они не так остро чувствуют стыд, когда и в самом деле терпят провал50.

Мы также выяснили, что имеющим высокий уровень уязвимого нарциссизма очень трудно совладать с сильными импульсами и действовать конструктивно от собственного имени. Используемые ими защитные механизмы — бегство в инфантильные и нереалистичные фантазии, перекладывание ответственности на других, пассивная агрессивность в выражении своих потребностей, оправдания за выражение своих потребностей, изоляция от тех, кто может предложить помощь, подавление эмоций, проявление гнева при обиде или в стрессовом состоянии и импульсивное поведение вроде заедания плохого настроения — подходят больше беззащитному ребенку, пытающемуся справиться с острой болью и страхом. Однако у взрослого все это мешает росту и превращению в целостную личность.

От уязвимости к личностному росту

Уязвимый нарциссизм не должен быть барьером для роста. Любой из нас, независимо от уровня этого отклонения, может взять свою жизнь под контроль и начать выстраивать сбалансированное и устойчивое самоощущение. Ключ к преодолению сильной неопределенности самоуважения видится в отказе от перфекционистской самопрезентации. Как показывает метаанализ литературы, уязвимый нарциссизм в значительной мере связан с навязчивым опасением показаться несовершенным в глазах других, а также с уверенностью в том, что другие требуют этого совершенства51.

Если меньше беспокоиться о том, что думают о вас другие, брать на себя больше рисков (даже когда это может подпортить ваш образ) и трезво оценивать, действительно ли все требуют от вас совершенства, то можно стабилизировать свое самоуважение. Люди, которые начинают на практике проверять свои представления, нередко с удивлением обнаруживают, что другие готовы мириться со многими их несовершенствами. В действительности выясняется, что более высокая уязвимость и самобытность в отношениях с другими усиливает социальную связь. Поскольку никто из нас не совершенен, нам проще общаться с такими же, как мы сами, а не с теми, кто идеален.

Что еще имеющие высокий уровень уязвимого нарциссизма могут сделать для поддержания своего личностного роста, так это реально понять роль системы социальной защиты. Она появилась в процессе эволюции для обнаружения угроз принятию и принадлежности и действует неизбирательно. Она чрезмерно остро реагирует на угрозы. Поэтому иногда необходимо игнорировать ее сигналы. Вам небезразлично то, что о вас думают все или только некоторые? Придавайте значение искренним отзывам тех, кто действительно уважает вас и кого уважаете вы.

Когнитивно-поведенческая терапия, диалектико-поведенческая терапия и терапия принятия и ответственности (acceptance and commitment therapy — ACT) могут быть полезными для выработки умения контролировать сильное чувство неприятия и стыда, которое мы нередко испытываем, и иррациональные, негативные мысли, забивающие голову52. Вы реально можете «переобучить свой мозг»53. Стивен Хайес, основоположник ACT-подхода к психотерапии, утверждал, что одним из главных результатов ACT является «возможность контактировать с настоящим в более полной мере как сознательный человек, а также изменить или сохранить поведение, когда это идет на пользу»54.

Я вместе с коллегами обнаружил, что уязвимый нарциссизм соотносится с такими утверждениями, как «Я боюсь собственных чувств» и «Мои мысли и чувства мешают мне жить так, как я хочу»55. Иначе говоря, имеющие высокий уровень уязвимого нарциссизма стараются избегать как раз того, что приносит им больше всего счастья и возможностей роста в жизни. Стоит на самом деле оценить свою боязнь всего, что может случиться, и вы увидите, что реальность зачастую не так плоха, как кажется. В действительности оценка себя и своей жизни по достоинству чаще всего показывает, что реальность позитивна.

Поскольку люди обычно относятся к другим так, как они хотят, чтобы относились к ним, изменение вашего подхода к миру приносит с собой изменение подхода других к вам самим.

Помимо прочего, мечты и устремления — это вовсе не то, чего нужно стыдиться. Имеющие высокий уровень уязвимого нарциссизма, как правило, боятся и избегают роста в силу того, что они в глубине души не чувствуют себя достойными его. Взамен они строят грандиозные фантазии, которые скрывают от других. Подобная секретность не нужна и контрпродуктивна, поскольку выражение устремления вполне нормально.

Маслоу очень интересовал вопрос о том, как подавление здорового устремления может мешать самоактуализации и заставлять людей бояться роста. В неопубликованном эссе 1966 г. он отмечает, что в нашем обществе мы быстро обучаемся «прятаться за завесой ложной скромности или самоуничижения»56.

Маслоу утверждал, что во избежание наказания со стороны общества человек «становится кротким, заискивающим, умиротворяющим и даже склонным к мазохизму. Короче говоря, из-за страха наказания за свое превосходство он прикидывается ничтожным и отбрасывает некоторые возможности проявления человечности. Ради безопасности и защищенности он калечит себя и останавливает рост… Иными словами, он уклоняется от задачи, для которой больше всего подходит по своей конституции, так сказать, задачи, для которой был рожден. Убегает от собственной судьбы»57. Маслоу называет это «комплексом Ионы». Этот феномен был описан историком Фрэнком Мануэлем. В основе такого названия лежит библейская история Ионы, который из страха пытался спрятаться от Бога, но не мог найти места, где можно укрыться. В конце концов, он смирился со своей судьбой и сделал то, что ему было предписано.

Вы имеете полное право блистать.

Итак, позвольте мне изложить эту идею предельно ясно: у вас может не быть возможности блеснуть, но вы имеете полное право блистать, поскольку являетесь достойным человеком. Изменение самоограничивающихся представлений о собственной ценности, здоровое декларирование потребностей, преодоление нежелания сталкиваться с пугающими переживаниями и принятие ответственности за свое поведение — все это укрепляет и стабилизирует уязвимое самосознание. Как ни парадоксально, чем меньше вы фокусируетесь на своей ценности и компетентности (и воспринимаете это как данность), тем выше у вас шансы на устойчивое принятие своей внутренней ценности.

Заключительное слово в этом разделе я предоставляю Брене Браун, которая на протяжении многих лет изучала чувства стыда и уязвимости, а также потребность в принадлежности:

Хватит бродить по миру в поисках подтверждения того, что у тебя нет принадлежности. Ты обязательно найдешь их, поскольку задался такой целью. Хватит выискивать на лицах людей подтверждения того, что ты не подходишь им. Ты обязательно найдешь их, поскольку задался такой целью. Истинная принадлежность и самоценность — это не товары. Мы не торгуемся из-за них с миром. Правда о том, кто мы есть на самом деле, живет в наших сердцах. Нам нужна храбрость для защиты необузданных сердец от постоянной оценки, особенно нашей собственной. Никто не принадлежит к этому миру больше, чем ты58.

Грандиозный нарциссизм

Джим — мужчина 58 лет, разведенный, работает менеджером в местном магазинчике, однако мечтает совершить однажды что-нибудь неординарное, скажем, стать влиятельным лидером с высоким социальным статусом, которым все восхищаются. В детстве родители хвалили его за каждую мелочь, постоянно говорили ему и его друзьям о том, что он рожден для славы. Джим психологически проницателен, стремится быть активным и дружелюбным, казаться спокойным и непринужденным в социальных взаимодействиях, он красноречив и обладает хорошим чувством юмора. Вместе с тем у него раздутое чувство собственной значимости. Он считает себя привилегированным, что все ему должны, и ожидает особого отношения в уверенности, что обычные правила поведения не относятся к нему. Он стремится быть в центре внимания, театрально выражает эмоции и относится к другим как к публике, которая нужна, чтобы засвидетельствовать его значимость, гениальность, красоту и т.д. Судя по всему, он считает, что должен дружить только с теми, кто имеет высокий статус или другие «особые качества». При этом Джим очень самокритичен; он устанавливает нереалистично высокие стандарты для себя и ненавидит свои недостатки. К другим он также применяет нереалистично высокие стандарты, обвиняет их в собственных трудностях и страшно злится, когда появляется даже малейшая угроза образу его превосходства и совершенства. Наконец, Джим завидует другим и воспринимает их как конкурентов, он может быть презрительным, заносчивым и бесцеремонным, а также проявлять полное отсутствие эмпатии59.

Этот портрет классического «грандиозного нарцисса» показывает, какие парадоксальные черты характера появляются, когда потребность в принадлежности и уважении со стороны других становится настолько огромной, что мы начинаем защищать выдуманный нами образ, не глядя на издержки. Понятно, что простые высокие амбиции и уверенность в себе — это вовсе не аналог сверхуверенности. При здоровом регулировании самоуважения важно чувствовать, когда наша потребность в уважении становится настолько сильной, что отрывается от реальности или наносит вред другим.

Если уязвимый нарциссизм выражается через набор защитных моделей поведения, которые явно препятствуют личностному росту (например, депрессия и отстраненность), то грандиозный нарциссизм связан с более разнородными моделями поведения. У него есть здоровые проявления, например упорство, стремление к лидерству и способность влиять на других, которые могут содействовать достижению личных целей, сказываться на мире и даже помогать обретению счастья и удовлетворенности жизнью. Однако он также сочетается с качествами, которые в долгосрочной перспективе могут мешать личностному росту и реализации целей.

Посмотрите на приведенные ниже утверждения и оцените уровень своего грандиозного нарциссизма60.

Шкала грандиозного нарциссизма

  1. Мне нравится  быть самым  популярным участником вечеринки.
  2. Я чаще всего беру на себя контроль над ситуациями. Мне все равно, как люди оценивают меня.
  3. Я часто мечтаю об успехе и власти. Я стремлюсь к славе.
  4. Я довольно хорошо манипулирую людьми.
  5. Я готов использовать других ради достижения собственных целей.
  6. Я заслуживаю особого отношения. Меня не волнуют чужие потребности.
  7. Меня обвиняют в чрезмерном хвастовстве, но все, что я говорю, правда.
  8. Я пробую практически все, что приносит мне «острые ощущения».

Как показывают эти утверждения, у имеющих высокий уровень грандиозного нарциссизма сильно стремление к получению инструментальной социальной ценности, а также социального статуса и прилагаемого к нему общего признания. В то же время они очень мало заботятся о своей реляционной социальной ценности или о том, считают ли их приятными людьми. Фактически имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма настолько заняты своим социальным положением, что просто теряют реляционную ценность в глазах других. Хотя такие люди и считают себя выше других, они не обязательно нравятся себе в той же мере, в какой это должны делать целостные личности.

На самом деле имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма поглощены стремлением к победе, а потому смотрят на других как на победителей и проигравших. Как результат, они очень высоко оценивают качества, которые считаются «особыми» или дают высокий социальный статус в обществе, и зачастую упускают из виду менее яркие качества, которые облегчают сотрудничество и нравятся другим. В современной американской культуре индикаторами социального статуса считаются такие вещи, как деньги, власть, интеллект и внешние признаки успеха (престижные премии, рейтинги, портреты на обложках журналов). Просто «приятного» человека не увидеть на плакатах, расклеиваемых на Таймс-сквер.

Если, как показывает наше исследование, уязвимый нарциссизм несет с собой более явную дезадаптацию по всем аспектам, то защитные механизмы грандиозного нарциссизма имеют смешанный характер, по крайней мере с точки зрения нанесения вреда самому себе. По существу, мы обнаружили, что при грандиозном нарциссизме говорят о более полной удовлетворенности жизнью. Вместе с тем такая повышенная удовлетворенность жизнью имеет свою цену — разрыв связи с собственным «я».

Как выяснилось, высокий уровень грандиозного нарциссизма сочетается с синдромом самозванца, слабым самоощущением, утратой чувства реальности, повышенной вероятностью принятия внешнего влияния и избеганием переживаний. Высокий уровень самоуважения демонстрирует противоположную картину, иначе говоря, он сочетается с более глубокой связью с собственным «я».

Это неудивительно. Обе формы нарциссизма предполагают защиту конкретного самовосприятия. Уязвимые нарциссы активно защищаются от неприятия и признания недостойными любви и принадлежности. Грандиозные нарциссы яростно отстаивают свое превосходство. Бывает, что обе эти стратегии помогают добиваться самосовершенствования, однако происходит это в ущерб другим и способности человека поддерживать глубокую связь со своими самыми ценными целями и желаниями.

Также, по нашим данным, для имеющих высокий уровень грандиозного нарциссизма характерны проецирование своего гнева и разочарования на внешний мир и склонность проявлять агрессию не только когда их провоцируют, но и в качестве упреждающей тактики. Они, например, твердо одобряют утверждение «Я горжусь своим умением ставить людей на место»62. Еще мы обнаружили, что имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма часто прибегают к отрицанию, для них характерно такое утверждение, как «Обо мне говорят, что я всегда отметаю неприятные факты, словно их не существует».

Как оказалось, грандиозный нарциссизм также сочетается с черно-белым видением других, о котором говорит поддержка таких утверждений, как «На мой взгляд, люди могут быть либо хорошими, либо плохими», и максималистским представлением о себе. Так, мы выявили сильную корреляцию между грандиозным нарциссизмом и утверждением «Я не обращаю внимание на опасности и чувствую себя суперменом».

Подобная чрезмерно завышенная оценка собственной персоны связана с высоким уровнем перфекционизма у имеющих высокий уровень грандиозного нарциссизма63. Как показывает метаанализ, такие люди более склонны предъявлять жесткие перфекционистские требования к другим и постоянно демонстрировать недовольство их воображаемыми недостатками64. Грандиозный нарциссизм, кроме того, сочетается с перфекционистской саморекламой и вымыслами о достижении совершенства. При этом имеющих высокий уровень грандиозного нарциссизма мало волнуют издержки собственного неидеального поведения (по большей части в результате уверенности в том, что таких несовершенств просто не существует)65.

Обратите внимание на контраст с уязвимым нарциссизмом. Если страдающих уязвимым нарциссизмом больше волнует получение одобрения и подтверждения со стороны других и избежание последствий своей неидеальности, то имеющим высокий уровень грандиозного нарциссизма требуются постоянные аплодисменты для поддержания видимости превосходства66.

И опять, это может быть эффективной стратегией, если вам необходимо постоянно защищать самоощущение. Иногда такой подход реально помогает видеть себя эдаким бесстрашным суперменом67! Проблема возникает, когда вы и в самом деле начинаете видеть в себе супермена и действовать соответствующим образом во всех ситуациях. Это проблема не самоуважения, а пристрастия к самоуважению.

Пристрастие к самоуважению

Если у каждого есть определенный уровень грандиозного нарциссизма в любой момент времени, то крайне важно понимать, какая власть может быть опьяняющей для нас; эта потребность неотъемлема от человеческой натуры. Все мы в какой-то мере получаем удовольствие от власти и чувства глубокого уважения со стороны других. Что, по всей видимости, особенно характерно для грандиозного нарциссизма, так это пристрастие к чувству высокого самоуважения. Оно мало чем отличается от других, более знакомых нам пристрастий (например, к кокаину или азартным играм), которые доходят до разрушительных крайностей68.

Когда пристрастие к уважению достигает определенной точки, оно становится особенно опасным для личностного роста: мы с моим коллегой Эмануэлем Яуком обнаружили, что грандиозный нарциссизм в тяжелой форме сочетается с усилением уязвимого нарциссизма, враждебности, негативного аффекта и депрессии и в меньшей связан с адаптивными факторами вроде уверенности в себе и социального потенциала69. Иначе говоря, при грандиозном нарциссизме выше определенного уровня развивается склонность к более быстрым переходам от чувства превосходства к предельно низкой самооценке.

Это может также объяснять, почему, особенно в клинических условиях, т.е. когда симптомы становятся настолько сильными, что человек обращается за профессиональной помощью, нарциссизм начинает двигаться по кругу и нередко сопровождается быстрыми переходами или даже одновременным проявлением уязвимости и грандиозности70.

Когда все хорошо и имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма поднимаются в социальной иерархии, они ощущают прилив гордости и воодушевление. Однако, как и в случае большинства наркотиков, неизбежно наступает привыкание, и приливы гордости перестают приносить удовольствие. Тогда грандиозные нарциссы пускаются на поиски еще большего триумфа (повышают дозу), пытаются добиться еще большего обожания и подтверждения своего превосходства везде, где только можно, даже у людей и специалистов, которые в действительности им не интересны (например, выставляют свою кандидатуру на выборах, хотя реально равнодушны к политике).

И опять-таки, как и наркотики, грандиозность не приносит устойчивости (в конечном итоге правда берет верх над обманом), и имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма нередко уходят в себя,  чувствуют приступы стыда или впадают в депрессию. Их способность поддерживать нереалистично раздутую самооценку дает сбой, оставляя чувство крайней уязвимости. Однако стоит глубокому отчаянию и чувству никчемности ослабеть, и тяга к раздутой самооценке может возродить потребность в обожании и положительных отзывах других, давая начало новому циклу.

Взгляд на нарциссизм как на пристрастие позволяет объяснить, почему те, кого мы называем «нарциссами», гипнотически привлекают всех нас: имеющие высокий уровень грандиозного нарциссизма предаются тем самым стремлениям к уважению и власти, которые в душе есть у каждого71. Социальные психологи Рой Баумайстер и Кэтлин Вос так говорят об этом:

Люди обычно восхищаются теми, кто делает то, что они сами хотели бы делать, но не позволяют себе (либо из-за отсутствия возможности, либо из-за внутренних ограничений). Секс, слава, деньги, власть и демонстрация силы — это вечные источники восхищения, поскольку людям интересно наблюдать, как кто-то дает волю порывам, которые они чувствуют сами, но не могут в полной мере проявить. Ощущение собственного превосходства может служить еще одним примером72.

Истина в том, что любой из нас, если получит достаточно власти (особенно когда ее прежде не было), может стать «зависимым» от самоуважения и начать жаждать все больших доз уважения со стороны других. Именно поэтому важно признать, что альтруистические наклонности, позволяющие человеку первоначально получить власть, могут казаться сомнительными, когда власти становится слишком много, иначе говоря, когда люди входят во вкус. Психолог Дачер Келтнер называет это «парадоксом власти» — феноменом, когда сама власть разрушает те качества, которые когда-то позволили получить ее73.

Коллективный нарциссизм

Погоня за властью наблюдается не только на индивидуальном уровне; этот источник нарциссизма также заметен и на коллективном уровне.

Существует коллективный нарциссизм. Это особая форма грандиозного нарциссизма, при которой группа людей сверхуверена в том, что она лучше всех помогает другим и только она может принести мир и справедливость всему миру, когда в реальности у нее нет ни опыта, ни возможностей для реализации своих устремлений. Однако она убеждает в них других, и это нередко бывает разрушительным61.

В последние годы психологи активно изучают «коллективный нарциссизм» как защитную форму позитивного отношения внутри групп74. Люди с высоким уровнем коллективного нарциссизма считают, что их группа заслуживает особого отношения, и настаивают на том, чтобы «свои» получали заслуженное признание. Как и индивидуальный нарциссизм, коллективный нарциссизм уходит корнями в неудовлетворенность, связанную с потребностью в контроле и самоуважении, и является попыткой компенсировать незащищенность75.

В отличие от этого, самоуважение связано со здоровой формой позитивного отношения внутри групп, которая способствует проявлению любви как внутри группы, так и за ее пределами76. В этом, несомненно, есть оптимистичный посыл: если есть здоровое самоуважение, то должна существовать и здоровая внутригрупповая любовь, т.е. состояние, при котором можно получать удовольствие от принадлежности к группе и гордиться достижениями своей группы без постоянного ощущения внутренней угрозы и враждебности77.

Если честно, то, по моему мнению, нам не следует закрывать глаза на соблазн власти или делать вид, что он не присущ человечеству. Однако стремление к власти не обязательно должно иметь разрушительные последствия. Практически все люди стремятся овладеть мастерством и изменить мир, но, как заметил Адлер, у нас также есть социальный интерес. В нас уживаются оба этих стремления.

По этой причине вопрос выглядит так: как удовлетворить потребность в самоуважении правильным, здоровым и обеспечивающим рост образом?

Здоровая гордость

К счастью,  мы можем удовлетворять свою потребность в самоуважении без нарциссических проявлений. Ответ на вопрос о культивировании здорового самоуважения лежит не в скрытии или подавлении своего самомнения, как в случае уязвимого нарциссизма, и не в его раздувании до такой степени, что оно поглощает личность целиком, как в случае грандиозного нарциссизма. Ключом к здоровому самоуважению является культивирование реальных отношений, мастерства и профессиональных качеств, которыми можно гордиться.

Хотя гордость нередко считают смертным грехом, недавнее исследование, выполненное Джессикой Трейси и ее коллегами, показывает, что некоторые формы гордости могут быть невероятно продуктивной силой в нашей жизни.  Более того, гордость может служить очень сильной мотивацией для достижения личных целей и оказания положительного влияния на мир. Проблема на самом деле заключается в том, как обрести эту силу. Исследование Трейси продемонстрировало наличие большой разницы между высокомерной гордостью, которая прямо ведет к нарциссизму, самовозвеличиванию и враждебности, и здоровой гордостью, которая связана со здоровым самоуважением и реальными достижениями78.

Те, кто регулярно испытывает чувство здоровой гордости, обычно дружелюбны, общительны, покладисты, спокойны, жизнерадостны, креативны и популярны. Хотя обе формы гордости ассоциируются с высоким социальным статусом, здоровая гордость связана еще и с подлинным уважением, восхищением и симпатией со стороны других79. Разумеется, речь не идет о выборе между высоким социальным статусом и восхищением, человек может наслаждаться и тем и другим одновременно.

Одно из последних исследований подтверждает это80. Мы с моим коллегой Ребом Ребеле раздавали людям список аспектов, которые определяют качество жизни, и просили указать, в какой мере каждый из них нужен, чтобы чувствовать удовлетворенность жизнью. Как оказалось, существуют три группы мотиваций. Первая группа, которую я называю жизнью, ориентированной на статус, включала в себя стремления к социальному статусу, деньгам, власти, высоким результатам, успеху, влиянию на мир и креативности. Вторая группа, которую я называю жизнью, ориентированной на безопасность, охватывала потребности в безопасности, счастье и близких отношениях. А третья — жизнь, ориентированная на рост, — помимо стремления к высоким результатам, успеху, креативности и влиянию, еще содержала стремления к смыслу и близким отношениям, а также желание оказать положительное воздействие на мир. Мы обнаружили, что самоактуализация сильнее всего коррелирует с жизнью, ориентированной на рост, и совершенно не связана с жизнью, ориентированной на статус.

При этом желание оказать положительное воздействие на мир коррелировало со стремлением к смыслу и росту. Это перекликается с часто обсуждаемой психологами-гуманистами идеей о том, что рост и гуманитарные проблемы сочетаются естественным образом. Помимо прочего, мы выявили различие между желанием оказать влияние на мир вообще и желанием положительно повлиять на него.

Эти результаты хорошо согласуются с келтнеровским определением власти как возможности изменять состояние других во имя изменения мира81. Из этого широкого определения вытекает, что существует множество путей «изменения мира», а следовательно, и путей обретения власти. Желание сделать мир лучше мотивируется, главным образом, стремлением к росту — созданием условий для собственного роста и роста других, — а не стремлением к обретению денег, статуса и власти.

Вот вам и ответ. Если ваша главная цель в жизни — получение власти, денег и статуса, то в этом нет ничего страшного, но вам ни к чему читать дальше эту книгу. Я советую в этом случае повнимательнее приглядеться к стратегиям тех, у кого ярко проявляются черты, связанные с грандиозным нарциссизмом. Люди с высоким уровнем грандиозного нарциссизма всегда находят пути к вершине и доминированию, невзирая на то, во что это обходится другим.

Если ваша главная цель в жизни — безопасность и счастье, то вам также нет смысла читать книгу дальше. Главы, посвященные безопасности, вполне достаточны для получения представления о том, как выстроить более прочный и надежный фундамент жизни.

Если же вы действительно хотите добиться самоактуализации — и даже выйти за ее пределы — на собственный манер, в стремлении к росту, исследованию, креативности и любви ко всему человечеству, то смело читайте дальше. Ваш путь еще далек от завершения.

Литература

30. Orth, U., Robins, R. W., Meier, L. L., & Conger, R. D. (2016). Refining the vulnerability model of low self-esteem and depression: Disentangling the effects of genuine self-esteem and narcissism. Journal of Personality and Social Psychology, 110 (1), 133–149;Kaufman, S. B. (2018). Why do people mistake narcissism for high self-esteem? Scientific American Blogs. Kaufman, S. B. (2017). Narcissism and self-esteem are very different. Scientific American Blogs.

31. Harter, S. (2015). The construction of the self: Developmental and sociocultural foundations (2nd ed.). New York: Guilford Press.

32. Harter, The construction of the self.

33. Brummelman, E., et al. (2015). Origins of narcissism in children. PNAS, 112 (12), 3659–3662; Brummelman, E., Thomaes, S., Nelemans, S. A., de Castro, B. O., & Bushman, B. J. (2015). My child is God’s gift to humanity: Development and validation of the Parental Overvaluation Scale (POS). Journal of Personality and Social Psychology, 108 (4), 665–679.

34. Gabbard, G. O. (1989). Two subtypes of narcissistic personality disorder. Bulletin of the Menninger Clinic, 53 (6), 527–532; Kaufman, S. B., Weiss, B., Miller, J. D., & Campbell, W. K. (2018). Clinical correlates of vulnerable and grandiose narcissism: A personality perspective. Journal of Personality Disorders, 32, 384; Kohut, H. (1966). Forms and transformations of narcissism. Journal of the American Psychoanalytic Association, 14 (2), 243–272; Kernberg, O. (1986). Narcissistic personality disorder. In A. A. Cooper, A. J. Frances, & M. H. Sachs (Eds.), The personality disorders and neuroses (Vol. 1, pp. 219–231). New York: Basic Books; Wink, P. (1991). Two faces of narcissism. Journal of Personality and Social Psychology, 61 (4), 590–597.

35. Kernberg, Narcissistic personality disorder. In Cooper, Frances, & Sachs, The personality disorders and neuroses.

36. Kohut, Forms and transformations of narcissism.

37. Во время своего выступления в Американской ассоциации психоаналитиков 5 декабря 1965 г. Хайнц Кохут заметил: «Хотя в теоретических рассуждениях обычно никто не сомневается, что нарциссизм… сам по себе не является ни патологией, ни чем-то предосудительным, существует вполне понятная тенденция относиться к нему негативно». Пытаясь взглянуть на это пристрастие личности и на возможность совладания с нарциссизмом, который уже существует у всех нас, беспристрастно, Кохут продолжил: «Во многих случаях преобразование нарциссических структур и их интеграция с другими сторонами личности — усиление идеалов, а также развитие, даже скромное, таких благотворных для трансформации нарциссизма черт характера, как юмор, креативность, эмпатия и здравый смысл, — должно считаться более реальным и веским результатом терапии, чем сомнительное согласие пациента с требованиями перейти от нарциссизма к объектной любви. В господствующей ныне теории “объектных отношений” под объектной любовью понимается стремление к формированию близких отношений с другими, что очень похоже на идею социального интереса, предложенную Адлером». См.: Kohut, Forms and transformations of narcissism.

38. Kohut, Forms and transformations of narcissism.

39. Это описание заимствовано из Russ, E., Shedler, J., Bradley, R., & Westen, D. (2008). Refining the construct of narcissistic personality disorder: Diagnostic criteria and subtypes. The American Journal of Psychiatry, 165 (11), 1473–1481.

40. Arkin, R. M., Oleson, K. C., & Carroll, P. J. (2009). Handbook of the uncertain self. New York: Psychology Press.

41. Baumeister, R. F., Tice, D. M., & Hutton, D. G. (1989). Self-presentational motivations and personality differences in self-esteem. Journal of Personality, 57 (3), 547–579.

42. Эти шкалы заимствованы из: Glover, N., Miller, J. D., Lynam, D. R., Crego, C., & Widiger, T. A. (2012). The Five- Factor Narcissism Inventory: A five-factor measure of narcissistic personality traits. Journal of Personality Assessment, 94, 500–512; Pincus, A. L., Ansell, E. B., Pimenel, C. A., Cain, N. M., Wright, A. G. C., and Levy, K. N. (2009). Initial construction and validation of the Pathological Narcissism Inventory. Psychological Assessment, 21, 365–379.

43. Leary & Guadagno, The sociometer, self-esteem, and the regulation of interpersonal behavior. In Vohs & Baumeister, Handbook of self-regulation.

44. Finzi-Dottan, R., & Karu, T. (2006). From emotional abuse in childhood to psychopathology in adulthood: A path mediated by immature defense mechanisms and self-esteem. The Journal of Nervous and Mental Disease, 194  (8), 616–621; Riggs, S. A. (2010). Childhood emotional abuse and the attachment system across the life cycle: What theory and research tell us. Journal of AggressionMaltreatment & Trauma, 19, 5–51.

45. Crowell, S. E., Beauchaine, T. P., & Linehan, M. M. (2009). A biosocial developmental model of borderline personality: Elaborating and extending Linehan’s theory. Psychological Bulletin, 135, 495–510; Kaufman, S. B. (2019). There is no nature-nurture war. Scientific American Blogs.

46. Crowell, S. E., Beauchaine, T. P., & Linehan, M. M. (2009). A biosocial developmental model of borderline personality: Elaborating and extending Linehan’s theory. Psychological Bulletin, 135, 495–510; Kaufman, S. B. (2019). There is no nature-nurture war. Scientific American Blogs.

47. Finzi-Dottan & Karu, From emotional abuse in childhood to psychopathology in adulthood.

48. Kaufman, Weiss, Miller, & Campbell, Clinical correlates of vulnerable and grandiose narcissism; Kaufman, S. B. (2018). Are narcissists more likely to experience impostor syndrome? Scientific American Blogs.

49. Нет ничего удивительного в том, что шкала уязвимого нарциссизма сильно напоминает шкалу для оценки характеристик пограничного расстройства личности, хотя это и не одно и то же. Люди, у которых диагностировано такое расстройство, также говорят о «хрупком самоощущении». Как выразился один из страдающих пограничным расстройством личности, «я — всего лишь отклик на реакцию других людей, у меня нет собственной идентичности. Мое существование определяется другими людьми». Психоаналитик Отто Кернберг, имевший дело со множеством таких пациентов, а также тех, у кого он диагностировал уязвимый нарциссизм, заметил, что все они имеют идентичность, подобную желе, которое можно вылить в любую форму, но удержать в руках невозможно. См.: Miller, J. D., et al. (2010). Grandiose and vulnerable narcissism: A nomological network analysis. Journal of Personality, 79 (5), 1013–1042; Flury, J. M., & Ickes, W. (2005). Having a weak versus strong sense of self: The sense of self scale (SOSS). Self and Identity, 6 (4), 281–303; Kernberg, O. F. (1975). Transference and countertransference in the treatment of borderline patients. Journal of the National Association of Private Psychiatric Hospitals, 7 (2),  14–24; Laing, R. D. (1965). The divided self: An existential study in sanity and madness. Oxford, UK: Penguin Books.

50. Cowman, S. E., & Ferrari, J. R. (2002). “Am I for real?” Predicting impostor tendencies from self-handicapping and affective components. Social Behavior and Personality: An International Journal, 30 (2), 119–125; Leary, M. R., Patton, K. M., Orlando, A. E., & Funk, W. W. (2001). The impostor phenomenon: Self-perceptions, reflected appraisals, and interpersonal strategies. Journal of Personality, 68 (4), 725– 756; McElwee, R. O., & Yurak, T. J. (2007). Feeling versus acting like an impostor: Real feelings of fraudulence or self- presentation? Individual Differences Research, 5 (3), 201–220.

51. Smith, M. M., et al. (2016). Perfectionism and narcissism: A meta-analytic review. Journal of Research in Personality, 64, 90–101.

52. Beck, A. T., Davis, D. D., & Freeman, A. (2015) (Eds.). Cognitive therapy of personality disorders (3rd ed.). New York: Guilford Press; Gillihan, S. J. (2018). Cognitive behavioral therapy made simple: 10 strategies for managing anxiety, depression, anger, panic, and worry. Emeryville, CA: Althea Press; Gillihan, S. J. (2016). Retrain your brain: Cognitive behavioral therapy in 7 weeks: A workbook for managing depression and anxiety. Emeryville, CA: Althea Press; Hayes, S. C. (2019). A liberated mind: How to pivot toward what matters. New York: Avery; Hayes, S. C. (2005). Get out of your mind and into your life: The new acceptance & commitment therapy. Oakland, CA: New Harbinger Publications; Hayes, S. C., Strosahl, K. D., & Wilson, K. G. (2016). Acceptance and commitment therapy: The process and practice of mindful change (2nd ed.). New York: Guilford Press; Linehan, M. M. (2014). DBT skills training manual. New York: Guilford Press; Linehan, M. M. (2014). DBT skills training handouts and worksheets (2nd ed.). New York: Guilford Press; McKay, M., Wood, J. C., & Brantley, J. (2007). The dialectical behavioral therapy skills workbook: Practical DBT exercises for learning mindfulness, interpersonal effectiveness, emotion regulation & distress tolerance. Oakland, CA: New Harbinger Publications.

53. Gillihan, S. J. (2016). Retrain your brain: Cognitive behavioral therapy in 7 weeks: A workbook for managing depression and anxiety. Emeryville, CA: Althea Press.

54. Kaufman, S. B. (2017). Get out of your mind and live a vital life with Steven Hayes. The Psychology Podcast.

55. Kaufman, Weiss, Miller, & Campbell, Clinical correlates of vulnerable and grandiose narcissism.

56. Maslow, The Jonah Complex: Understanding our fear of growth. In Hoffman, Future visions (pp. 47–51), p. 48.

57. Maslow, The Jonah Complex: Understanding our fear of growth. In Hoffman, Future visions, p. 50.

58. Brown, B. (2017). Braving the wilderness: The quest for true belonging and the courage to stand alone. New York: Random House, p. 158.

59. Описание заимствовано из Russ, Shedler, Bradley, & Westen, Refining the construct of narcissistic personality disorder.

60. Пункты заимствованы из: Glover, N., Miller, J. D., Lynam, D. R., Crego, C., & Widiger, T. A. (2012). The Five-Factor Narcissism Inventory: A five-factor measure of narcissistic personality traits. Journal of Personality Assessment, 94, 500– 512.

61. Gebauer, J. E., Sedikides, C., Verplanken, B., & Maio, G. R. (2012). Communal narcissism. Journal of Personality and Social Psychology, 103 (5), 854–878.

62. Kaufman, Weiss, Miller, & Campbell, Clinical correlates of vulnerable and grandiose narcissism.

63. Beck, A. T., Davis, D. D., & Freeman, A. (2004). Cognitive therapy of personality disorders (3rd ed.). New York: Guilford Press; Ronningstam, E. (2010). Narcissistic personality disorder: A current review. Current Psychiatry Reports, 12, 68– 75; Ronningstam, E. (2011). Narcissistic personality disorder: A clinical perspective. Journal of Personality and Social Psychology, 17, 89–99; Smith et al., Perfectionism and narcissism.

64. Smith et al., Perfectionism and narcissism.

65. Beck, Davis, & Freeman, Cognitive therapy of personality disorders; Flett, G. L., Sherry, S. B., Hewitt, P. L., & Nepon, T. (2014). Understanding the narcissistic perfectionists among us. In A. Besser (Ed.), Handbook of the psychology of narcissism: Diverse perspectives (pp. 43–66). New York: Nova Science Publishers; Smith et al., Perfectionism and narcissism.

66. Smith et al., Perfectionism and narcissism.

67. Herman, T. (2019). The alter ego effect: The power of secret identities to transform your life. New York: HarperBusiness.

68. Baumeister, R. F., & Vohs, K. D. (2001). Narcissism as addiction to esteem. Psychological Inquiry, 12 (4), 206–210.

69. Jauk, E., & Kaufman, S. B. (2018). The higher the score, the darker the core: The nonlinear association between grandiose and vulnerable narcissism. Frontiers in Psychology, 9,; Jauk, E., Weigle, E., Lehmann, K., Benedek, M., & Neubauer, A. C. (2017). The relationship between grandiose and vulnerable (hypersensitive) narcissism. Frontiers in Psychology, 8.

70. Gore, W. L., & Widiger, T. A. (2016). Fluctuation between grandiose and vulnerable narcissism. Personality Disorders: Theory, Research, and Treatment, 7 (4), 363–371; Pincus, A. L., Cain, N. M., & Wright, A. G. (2014). Narcissistic grandiosity and narcissistic vulnerability in psychotherapy. Personality Disorders: Theory, Research, and Treatment, 5 (4), 439–443; Hyatt, C. S., et al. (2016). Ratings of affective and interpersonal tendencies differ for grandiose and vulnerable narcissism: A replication and extension of Gore and Widiger (2016). Journal of Personality, 86 (3), 422–434; Pincus, A. L., & Lukowitsky, M. R. (2010). Pathological narcissism and narcissistic personality disorder. Annual Review of Clinical Psychology, 6, 421–446; Wright, A. G., & Edershile, E. A. (2018). Issues resolved and unresolved in pathological narcissism. Current Opinion in Psychology, 21, 74–79.

71. Хотя нарциссы и кажутся все менее привлекательными по мере того, как мы узнаем их. См.: Kaufman, S. B. (2015). Why do narcissists lose popularity over time? Scientific American Blogs.

72. Baumeister & Vohs, Narcissism as addiction to esteem, p. 209.

73. Keltner, D. (2016). The power paradox: How we gain and lose influence. New York: Penguin Books.

74. de Zavala, A. G., Cichocka, A., Eidelson, R., & Jayawickreme, N. (2009). Collective narcissism and its social consequences. Journal of Personality and Social Psychology, 97(6),  1074– 1096.

75. Cichocka, A. (2016). Understanding defensive and secure in- group positivity: The role of collective narcissism. European Review of Social Psychology, 27 (1), 283–317.

76. de Zavala, A. G. (2019). Collective narcissism and in-group satisfaction are associated with different emotional profiles and psychological well-being. Frontiers in Psychology, 10, 203.

77. de Zavala, Collective narcissism and in-group satisfaction are associated with different emotional profiles and psychological well-being.

78. Tracy, J. (2016). Take pride: Why the deadliest sin holds the secret to human success. New York: Houghton Mifflin Harcourt.

79. Cheng, J. T., Tracy, J. L., Foulsham, T., Kingstone, A., & Henrich, J. (2013). Two ways to the top: Evidence that dominance and prestige are distinct yet viable avenues to social rank and influence. Journal of Personality and Social Psychology, 104, 103–125.

80. См. приложение к Kaufman, Self-actualizing people in the 21st century.

81. Keltner, The power paradox.

© Кауфман С. Путь к самоактуализации. Как раздвинуть границы своих возможностей. — М.: Альпина Паблишер, 2021.
© Публикуется с разрешения издательства

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.