.
  

© Георгий Почепцов

Как работает кампания дезинформации

Мы живем в мире, в котором физическое, информационное и виртуальное пространства пересекаются гораздо более интенсивно, чем это было раньше.

операции по дезинформации

Информационное пространство, усиленное социальными сетями, начинает доминировать над пространством физическим и часто над виртуальным, поскольку любое информационное сообщение выстроено под ту или иную виртуальную позицию и тем самым распространяет ее, даже не акцентируя.

Информационное пространство оказывает давление на население, а политики автоматически перенимают это давление от населения на себя, что вынуждает их реагировать. Обычно это вполне нормальные процессы. Когда же они запускаются искусственно, мы получаем искривленную модель мира в массовом сознании, которая неадекватна реальности, а потому опасна для стабильности данного общества.

Любые процессы дезинформационного порядка, когда они запускаются индустриально, то есть массово и сознательно, представляют опасность и сложность для борьбы с ними. Сложность этой борьбы определяется следующим:

  • дезинформационная кампания опирается на уже имеющиеся в массовом сознании характеристики, только меняет их приоритетность, акцентируя то, что несет конфликтный потенциал,
  • дезинформационная кампания первой вводит в массовое сознание информацию, что создает сложности для создания опровержений, поскольку определенная точка зрения уже введена в массовое сознание первой,
  • дезинформационная кампания работает с конкретными социальными группами, выводя их на противостояние друг с другом, остальное население становится свидетелем этой борьбы, однако эти активированные группы очень тяжело поддаются переубеждению,
  • вводимые извне нарративы начинают способствовать появлению контр-нарративов, чем усиливается противостояние, переходящее из информационного в виртуальное пространство,
  • из информационного и виртуального пространств конфликтующие готовы перейти в физическое пространство, что часто и происходит, но «улица» в принципе не может решать информационные и виртуальные проблемы.

Общая модель подготовки дезинформационной кампании выглядит следующим образом:

  • определение целевой аудитории,
  • определение дестабилизационных месседжей для данной конкретной аудитории,
  • определение уязвимости аудитории и ее уровня сопротивления,
  • тестирование контента и языка сообщение в фокус-группах,
  • определение каналов доставки сообщений.

Выбор и формулировка основного месседжа, который является основой кампании, является сложным процессом, поскольку от него в первую очередь зависит успешность кампании.

Сегодняшние дезинформационные кампании столь же серьезны, как и во время выборов. Анализ твитов января 2018 г., сделанный организацией Hamilton 68, которая анализирует российское влияние в Твиттере, показал, что на первое место (31%) среди связанных с Россией аккаунтами вышли нарративы «глубинного государства» [1-2]. Его еще называют «вторым правительством», имея в виду, что независимо от смены президентов национальная безопасность США находится в руках теневых игроков [3-5]. И именно они противостоят законно избранным демократическими методам президентам.

Как видим, возникла новая тема, которая будет «раздражать» многих, тем самым она будет привлекать внимание и на ее базе возможны информационные столкновения между разными группами. Например, во время избирательной кампании Трампа такими контроверсийными темами были: за или против иммиграции, за или против Ислама, если не касаться борьбы с Клинтон.

В январе такой подтемой общей темы глубинного правительства было обсуждение меморандума Нуньеса [6-9]. Это документ, на основании которого ФБР следило за членами избирательного штаба Трампа, подозревая найти там русский след.

Выборы являются только одной из возможных целей со стороны России [10]. Есть и экономические цели. Россия, например, выступает против использования воды при добыче газа, так как это удешевляет процесс, и цена газа упадет.

Выборы это не только информация, но и деньги. Например, 8 миллионов чешских крон были «влиты» в организацию Друзья Милоша Земана, что было организовано его советником, имеющим кремлевские связи [11]. Выборы в Чехии были проанализированы достаточно детально с подсчетом конкретных тем в Фейсбуке ([12], см. также анализ различных российских интервенций в информационное пространство европейских стран [13-14]). Отдельное внимание уделяется российской дезинформационной кампании на Балканах [15]. Выборы французского президента Макрона также подвергались давлению извне, что вызвало широкое обсуждение [16-19].

Макрон даже в присутствии В. Путина сказал, отвечая на вопрос корреспондента: «Во время кампании Russia Today и Sputnik были агентами влияния, несколько раз распространявшие фейковые новости обо мне лично и моей кампании. Они вели себя как органы влияния, пропаганды и лгущей пропаганды» [20]. Поэтому понятно желание французского президента ввести даже отдельный закон против фейков [21].

Исследователи справедливо подчеркивают, что одновременно надо думать об угрозах будущего и определять уязвимости до того, как они будут использованы [22]. А фейкам тоже нашлось системное место — они уже названы оружием новой холодной войны [23].

Один из британских генералов заявил, что киберпространство — это сегодняшние Балканы. И это понятно, поскольку здесь реализуется мягкий арсенал враждебности. Но он всегда может перейти к более жестким формам.

Любое общество балансирует между разными социальными группами с конфликтующими взглядами. Но количественно они могут быть не так велики, поскольку основная масса населения не придерживается радикальных взглядов. Если же начинать поддерживать радикалов с двух сторон, что и делают кампании по дезинформации, то они с неизбежностью начинают втягивать в свой конфликт все большее число людей, бывших до этого нейтральными. И вскоре накал страстей становится таким, что уже нельзя оставаться вне этого столкновения.

Литература

  1. Top themes. February 8
  2. Schwartz J. Russia pushes more ‘deep state’ hashtags
  3. Glennon M.J. National Security and Double Government
  4. Ambinder M. Five myths about the deep state
  5. Deep state in the United States
  6. Borchers C. The case for releasing the FISA warrant application behind these memos
  7. Нуссбаум Н. Меморандум Нуньеса и цели Путина
  8. Козловский В. Меморандум Нунеса: в чем республиканцы обвиняют ФБР
  9. Зуркер Э. Что за секретный документ о ФБР продвигают кремлевские тролли?
  10. May C.D. Russia’s disinformation offensive
  11. Vichova V. a.o. Will the Kremlin’s Most Important Ally in Europe Be Reelected?
  12. The role of the Kremlin’s influence and disinformation in the Czech presidential elections
  13. Guide to Kremlin’s disinformation & influence operations in Europe
  14. Kremlin Hostile Disinformation Operations
  15. Cappello J. Russia Escalates Disinformation Campaign in Western Balkans
  16. Haldevang de M. Russia’s meddling in the French election has backfired spectacularly
  17. Greenberg A. The NSA confirms it: Russia hacked Frencg election infrastructure
  18. Hern A. Macron hackers linked to Russian-affiliated group behind US attack
  19. Menn J. Exclusive: Russia used Facebook to try to spy on Macron campaign — sources
  20. Rose M. a.o. After talks, France’s Macron hits out at Russian media, Putin denies hacking
  21. Macron plans law to fight ‘fake news’ in 2018 after pointing finger at Russian media
  22. Rosenberger L. a.o. Shredding the Putin Playbook
  23. Heijmans P. Europe’s new cold war: fake news

© ,  2018 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2018.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов