.
 

© Л.А. Бессонова

Философия и психопатология нашей эпохи в художественном фильме Рамиля Гарифуллина «Режиссер мозга»

Художественный фильм Р. Гарифуллина «Режиссер мозга» произвел на меня огромное впечатление, переходящее даже в шокирующее. Но это не тот шок, который бывает у впечатлительных кинозрителей при просмотре фильмов-ужастиков. Это шок, который может быть вызван неожиданными размышлениями и представлениями, которые могут возникать у человека в непредсказуемом иллюзионе, выводящего человека из привычного мира. Ведь, по сути своей, этот фильм философский экшн с элементами трагифарса. Это фильм-аллегория о ситуации, в которую попали человечество, человек, его душа, психика и содержимое мозга. Поэтому кинозрителю-обывателю, на мой взгляд, с ходу понять этот фильм и глубоко оценить его, прибегая лишь к логике здравого смысла и линейного мышления почти невозможно, но именно это и вызывает жгучий интерес при просмотре всего фильма.

Фильм погружает в атмосферу работы центра судебной психиатрии настолько, что не верится, что это постановка. Режиссером-постановщиком Рамилем Гарифуллиным удалось создать реальность фильма настолько, что фильм воспринимается как некий прямой репортаж работы судебного психиатра со своими подэкспертными. Все так правдиво сыграно, поставлено и смонтажировано, что забываешь, что это постановка и играющие актеры.

Если принять этот фильм как кинотекст, то для этого необходимо применить герменевтический метод работы с текстом, когда, доискиваясь до смысла, следует «ходить» по кругу, просматривая несколько раз его части, фрагменты, интерпретировать их и тем самым выявлять смысл.

Действие происходит в центре судебной психиатрии и это уже говорит о многом — каждому взрослому человеку известно, что это такое. События уложены в шесть дней, главные герои — люди (подэкспертные), ожидающие заключения главного героя профессора, врача — психиатра. Невольно возникают ассоциации с библейскими шестью днями творения мира и чистилищем. О работе с подследственными профессор докладывает государственным структурам — по звонку из следственного комитета отчитывается: кто вменяем — в «таинственный мир небытия»; кто реально болен — его на лечение, то есть «остается в бытии».

Главный герой — профессор оказывается не просто психиатром, но и актером, который разыгрывает своих подэкспертных, переодеваясь и маскируясь под них. Об этом догадываешься не сразу. Эти розыгрыши разные, но, в начале, они воспринимаются как реальность. Так, например, на протяжении всего фильма переодетый и замаскированный под философа-режиссера профессор, просит своего соседа по палате, ковыряться чайной ложкой у него в мозгах, дескать, «смелее ковыряйся, мозг же ничего не чувствует, в нем нет нервов, нервы находятся в теле». Позднее начинаешь понимать, что эта сцена является кинематографической аллегорией, позволившей режиссеру-постановщику Рамилю Гарифуллину создать интересный ракурс и контекст для глубоких диалогов героя о судьбе человечества, человека, его душе, психике и, наконец, содержимого его мозга. Именно в контексте «ковыряния мозгов» философские рассуждения героя о человечестве, приобретают особую значимость и звучание. Герой фильма переживает за то, чтобы человечество, не превращалось с помощью Интернета, в единый мозг, который теряет способность чувствовать боль, как не чувствует боль оголенный мозг человека.

Постмодернизм в кинематографе — это всегда некое беспредельное оголение нерва и чувств, это супер-приближение к тому, что в классике рассматривалось лишь на расстоянии. Поэтому в этом смысле сцена с живым мозгом героя и диалогов вокруг него постмодернистичны.

А далее мы погружаемся в мир игры и нереальной реальности. Профессор играет «по правилам», по системе Станиславского (кинофрагмент книги Станиславского «Работа актера над собой»). Объяснить это возможно, если герой фильма профессор «работает» с больным, когда ему необходимо вжиться в образ, сыграть и симулировать симптомы психоза, которым страдает философ-режиссер (замаскированный профессор). Собственно, вся шестидневная работа с мозгом философа-режиссера и есть демонстрация метода вживания и эмпатии. Ковыряние ложечкой в мозгу, «тихий вопль измученного мозга», зеленый цвет и отвратительный вкус — все это есть воспроизведенные и разыгранные симптомы шизофрении, на которые переодетый профессор ждет реакции со стороны подэкспертного паренька-кредитомана. «Мнимый больной», то есть замаскированный профессор, желает знать о своем мозге все: «кто им управляет, кто автор его мыслей?», он чувствует, как его мозг шевелится, переворачивается и эти ощущения сменяются страхом, что кто-то хочет забрать его мозги. Кинозритель видит в кадре живой и двигающийся мозг философа-режиссера. Далее, он просит этого паренька очистить его мозг от философской интоксикации с помощью процедуры промывания водой. Его мозг не чувствует боли, он переворачивается, значит он живой, в нем есть душа, он — живая материя. «Как только он начинает переворачиваться, я начинаю мыслить» — заявляет профессор. Таким образом, мы видим, как главный герой профессор-психиатр искусно разыгрывает симптомы больного шизофренией. Все это так называемая замаскированная или косвенная психотерапия в отношении паренька, страдающего игроманией, приводящей к эмоциональной тупости и безразлично в чем ковыряться: в своем компьютере или в чужом мозге. Все слова и действия героя фильма философа, разыгрывающего шизофрению, а по сути, проводящего шоковую терапию, направлены на то, чтобы повлиять на паренька, страдающего игровой зависимостью. Начинаешь догадываться, что образ философа-режиссера, в который играет профессор, направлен на то, чтобы повлиять на лиц, страдающих зависимостями (игроманией, наркоманией, алкоголизмом, интернет-зависимостью и др.), а также на их близких и знакомых. Поэтому эти фрагменты позволяют говорить о том, что этот фильм не просто художественный, но и функционально-художественный и психотерапевтический, то есть, рекомендован и для людей страдающих психологическими проблемами.

Профессор в фильме является в различных ипостасях: это и философ, это и поющий пионер с галстуком и даже голос по радио «Эхо мозгов» и др. Вот такой творческий профессор. Как это объяснить? Здесь уместно прибегнуть к категориям постмодернистской философии. «Игра», «Абсурд», «Нонсенс», «Хаос», «Симулякр». Таким образом, мы вовлечены в игру, но в данном случае это не классическое понимание игры как процесса, как специфического вида деятельности человека, а как возможность выйти за пределы самотождественности, имманентной самости до определенного времени или в силу обстоятельств не проявленной. Этот профессор знаком с именами Хайдеггера, Ж.П. Сартра, Ницше.

Фильм начинается с пионерской песни «Камень на камень, кирпич на кирпич — умер наш Ленин Владимир Ильич». И заканчивается этой же песней. Фильм мастерски закольцован. И это придает ему особый смысл. Кроме того, мы видим несколько раз пионера в зеркале (замаскированного профессора). Не является ли это ностальгией профессора по прошлому пионерскому детству? Не означает ли это, что в глубине своей души, в бессознательном (выражаясь терминологией Фрейда) главный герой профессор остается человеком эпохи стахановцев, ленинцев, «строителей светлого будущего»? (Вспомнился один из коротких анекдотов из серии о транспарантах: лозунг на здании психиатрической больницы «Ленин с нами, Ленин среди нас»). Вместе с тем образ пионера в зеркале воспринимается как нечто странное, непонятное, как некий материализовавшийся дух. Это нонсенс и искать в нем смысл бесполезно, поскольку, по определению Делеза, смысл — это не существующая сущность, это абсурд, дополняющий всю несуразность сложившейся ситуации. А возможно, это проявление зеркаломании профессора или физиогномическая разминка лица перед очередным выходом переодетого и замаскированного профессора на «сцену», то есть к своим подэкспертным?

Мы знаем, что по системе Станиславского каждая пьеса, роль или образ имеют сверхзадачу. Сверхзадача этого профессора, играющего роль философа-психозника, выявить среди пациентов нормальных, кто «косит» под психа и тех, кого действительно надо лечить. Пироман-поджигатель первым раскрыл себя, задав врачу, находящемуся в образе философа вопрос «Под кого косишь?».

Затем вызывает удивление и интерес работа профессора с киномехаником-гармонистом, которая проходит не в палате, а в интимной обстановке за рюмочкой коньяка. И это, как мы понимаем, также один из методов работы профессора. И, наконец, одним из любимых методов главного героя профессора являются фокусы. В фильме мы видим фокусы с платком, бабочками. Профессор в конце фильма признается, что фокусы помогали ему выявить истинное заболевание. «Любил фокусы с бабочками. Сколько раз они помогали мне отличить бытие от небытия. От бытия или небытия носового платка зависело бытие человека. Такими были мои фокусы». Не берусь давать оценку таким методам, поскольку я не врач-психиатр, но совершенно очевидно, что так работать может только творческий человек, влюбленный в свою профессию. Каковым и является этот главный герой.

Фильм имеет и социальное звучание. Прежде всего, отметим, что социальная шизофрения — болезнь двадцатого и двадцать первого веков, и это обстоятельство дает ответы на много задаваемые в тексте вопросы: «кто научил нас брать кредиты и взятки»? «Кто забрал нас в долговое рабство и лишил прежней идеологии»? «Неужели мы проиграем себя и страну благодаря этой, навязанной нам мировой игромании»? Социальная шизофрения — реакция на болезни двадцатого и двадцать первого веков, это отражение реалий современной эпохи. По сути своей, фильм снят в рамках постмодернистского дискурса, шизоаналитический проект которого занимает особое место в философии постмодернизма.

Несмотря на постмодернистский дискурс всего фильма, режиссер картины, сталкивает кинозрителя с классическими и вечными вопросами русской интеллигенции «что делать и кто виноват?». Не успев понять того, кто такой человек, как мы его потеряли, потеряли его свободу, заперев в кандалы долгового рабства, кредитомании, деструктивности, взяткомании. И поэтому, и здесь главный герой профессор преуспел. Он запускает хомячка в свой мозг, отравленный долговым рабством, кредитоманией, доллароманией и взяткоманией. Это делается профессором с надеждой на то, чтобы хомячок выгрыз ему отравленный мозг и освободил философа от страданий. Это опять аллегория. И припоминается то, кем называют в настоящее время в России хомячками. Это те люди, которые вышли в свое время на Болотную площадь под руководством главного «хомячка» России, в протестами против коррупции и проблем российского социума.

И действительно, не пора ли запускать хомячков в головы тех, кто породили эту деструктивность нашего социума? Следовательно, актуальность фильма бесспорна, но при этом в фильме подняты философские проблемы, которые вне времени.

Доктор философских наук, профессор Л.А. Бессонова

См. также:

  1. Сценарий (монтажный лист) художественного полнометражного фильма «Режиссер мозга»
  2. О том, как высокопоставленным коррупционерам проводят шоковую терапию, выковыривая им мозги чайной ложкой
  3. Мир под ракурсом судебной психиатрии в художественном фильме Рамиля Гарифуллина «Режиссер мозга» — мастер-класс для психотерапевтов
  4. Вызов «Режиссера мозга»
  5. Шоковая «кино-терапия» Рамиля Гарифуллина

© Л. Бессонова, 2019 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.