.
 

© А.А. Ткаченко

Непридуманное. Психологические эссе

Сон сепаратиста
(24.08.2014)

Он жил в небольшом провинциальном городке на востоке Украины где-то между Донецком и Луганском. Во время Евромайдана он, как и многие другие, активно наблюдал за всем происходящим по ТВ, отдавая предпочтение российским каналам. Это и стало причиной того, что он стал «сепаратистом» — так называли тех, кто больше поддерживал Россию и самостоятельность Донбасса вплоть отделения от Украины. Он стал посещать всевозможные митинги и демонстрации и в его доме появились соответствующие атрибуты — георгиевская ленточка, российский триколор, красный флажок с СССР. Сказать, что он стал пророссийским активистом, то нет, скорее сочувствующим. Во всяком случае, на различные оплачиваемые мероприятия он не соглашался, чтя моральную чистоту своих воззрений. Вскоре ситуация стала бурно развиваться и после не совсем ему понятного «референдума» появились такие же непонятные «республики».

Дальше больше. Несмотря на всю показную активность, не хватило духу выйти на улицу 200-300 тысяч человек, выразить свое мнение и поставить точку, как это было сделано на Майдане. Позвали на помощь Россию, которая оказалась своеобразной. В итоге она обернулась самой настоящей войной, когда начали массово гибнуть люди, включая мирных жителей. Ему пришлось отправить из города свою жену и ребенка в глубь Украины, несмотря на то, что он больше симпатизировал России. Вскоре ситуация обострилась до предела. Из-за частых обстрелов ему приходилось много времени проводить в подвале, недалеко от дома. В голове воцарился хаос а в душе смута. Он уже был готов принять любую власть, лишь бы прекратилась война. С утра все СМИ облетела новость с фото и видео подтверждениями, как в Москве над одной из сталинских высоток на вершине звезды, перекрашенной в желто-синий цвет, был водружен украинский желто-синий флаг. С такими мыслями и чувствами, очередной раз находясь в подвале, он задремал...

Вся Москва вдруг начала перекрашиваться в желто-синий цвет — высотки, мосты, стены домов, даже кремлевские башни стали преображаться. Это не могли остановить ни полиция, ни заявления и предупреждения городских властей и политиков. Люди массово, ничего не страшась, с каким-то неотвратимым энтузиазмом преображали свой город. Эту инициативу очень быстро подхватила вся страна. Очевидно, сработала многие годы  формирующаяся привычка подражания столице. Буквально в считанные дни вся Россия, от Москвы до Урала, Сибирь, Дальний восток и Камчатка стали желто-синими — дома, буровые и телевышки, даже мачты кораблей.

Словом, все, что раньше было серым и невзрачным. Было довольно интересно и, в то же время приятно, наблюдать, как над желто-синей мачтой, высоткой, башней или вышкой  развивается российский триколор. Россия как-будто стала оживать и наполняться добротой и привлекательностью через замену серого и невзрачного на теплый желто-синий цвет. А соседство украинских и российских государственных цветов придавало еще большую и какую-то особенную, даже торжественно-величественную гармонию...

В таком приятном состоянии сепаратист проснулся. Обстрел закончился и он вышел на улицу, по которой ехала военная техника с желто-синими флагами. И это его почему-то совсем не беспокоило, скорее наоборот, успокаивало и радовало. По дороге домой он с удовольствием поднял с земли непонятно откуда взявшуюся желто-синюю ленту и дома привязал ее на видном месте в купе с другими «сепаратистскими» атрибутами. Он поймал себя на мысли, что такое соседство буквально несколько часов тому назад было просто невозможно. Он также почувствовал, что душа стала успокаиваться, а мысли в голове проясняться. Но самой большой неожиданностью стало то, что совершенно спонтанно на приветствие случайного прохожего на улице «Слава Україні!» он на таком же почти безукоризненном украинском языке не задумываясь ответил — «Героям слава!» Он вдруг вспомнил, что в детстве часто бывал в деревне и там общался на своем родном украинском языке.

Прислушиваясь к своей душе и профессиональной интуиции, Виталина не держала зла ни на деда Дорофея ни на бабу Фросю ни на своих родителей, а скорее была им благодарна за унаследованную жизненную мудрость, что «не в деньгах счастье». Благодаря этому, осмысляя унаследованные «синдромы», удавалось направлять их на истинное благо, оказавшееся гораздо более важным, нежели «счастливая жизнь» среди материального изобилия в совершенном спокойствии, лишение которых стало своеобразной платой.

***

К началу

© , 2014 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

 
.
   

Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов
Политика публикации | Пользовательское соглашение

© 2001–2021 Psyfactor.org. 16+
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org.
 Посещая сайт, вы даете согласие на использование файлов cookie на вашем устройстве.
 Размещенная на сайте информация не заменяет консультации специалистов.