.
  

© С. А. Зелинский

Управление психикой посредством манипулятивного воздействия

««« К началу

7. Сопротивление — как шаг к совершенству

Дело обстоит таким образом, что посредством преодоления сопротивления психики индивид способен перейти на другой (следующий) уровень собственного восприятия жизни, а значит подняться на следующую ступень в социальной лестнице.

Становится возможным подобное следующим образом. Известно, что психика индивида делится на три важных составляющих: сознание, подсознание (бессознательное), и т.н. цензура психики. Последней отведена роль критического анализа в оценке информации, поступаемой из внешнего мира. Часть такой информации цензура пропускает в сознание (а значит индивид способен осознавать эту информацию), а часть — наталкиваясь на преграды с психике, Сверх-Я (Альтер-Эго, цензура психики), переходит в подсознание. Чтобы уже оттуда в последствие оказывать влияния на поступки индивида посредством реализации возникающих мыслей, т.е. уже так или иначе вновь такая информация оказывается в сознании, а значит — осознается индивидом.

При этом следует обратить внимание на существование в психике особо рода механизмов, известных под защитами психики[156]. Одной из защит является сопротивление.

Не вдаваясь в специфику сопротивления, подробно рассматриваемого еще в прошлом веке учеными, работающими в русле психоанализа, рассмотрим сопротивление — в концепции жизненного роста индивида, повышения его социального статуса, его интеллектуальных способностей, жизненной адаптации, и проч.

В первую очередь в данном случае необходимо выделить роль сопротивления как раз в направленности повышения преодоления психики к освоению новой информации. При этом речь идет не вообще о какой-либо новой информации, а о той информации, которая вызывает некий «протест» в психике, как наталкиваясь на заслон критичности, так и, в иных случаях, инициируя его.

Подобное становится возможным в случаях, когда характер новой информации, ее смысловая часть, не находит отклика в душе индивида, то есть на первоначальном уровне ее восприятия становится невозможным коррелят данной информации — с информацией, уже существующей раннее в бессознательном индивида, информации, которая, находясь в памяти индивида — начинает явно противиться поступлению новой информации.

Особенно сильно проявляется подобного рода сопротивление в случае, если или совпадает общая информационно-целевая направленность новой и прежней информации, или же если новая информация представляет собой вообще нечто новое, быть может даже в какой-то мере впервые представленное в психике подобного индивида, а значит в оценке такой информации индивид — бессознательно — не будет ссылаться только на то общее представление о той или иной проблеме (вопросе), которое, как известно, имеется в душе почти каждого индивида, и характеризует собой жизненный опыт индивида, объем знаний и проч., то есть все то, что определяет взрослого социально адаптированного члена общества.

 При этом необходимо обратить внимание, что информация, получаемая из внешнего мира (посредством любых видов контактов: межличностных, с помощью масс-медиа, проч.) не вся и не полностью находит отклик в душе индивида. В первую очередь оказывает влияние та информация, которая словно бы попала на особую волну, на которую настроена в момент получения подобной информации психика индивида. При этом здесь же мы должны говорить и о том, что в следующий момент та же самая информация уже может и не восприниматься так. Даже и вообще на ее пути могут встать невидимые барьеры, т.н. критичности, являющиеся результатом деятельности цензуры психики. Но вот если мы рассматривая предыдущий момент говорим что каким-то чудодейственным образом информация, воздействующая на психику индивида оказалась задействованной в режиме «здесь и сейчас», если эта информация не оказалась как другая (или большая часть другой) вытесненная в подсознание, а почти беспрепятственно, или, например, не теряя своей основной сути, после которой в последующем возможно восстановить компоненты ее, собрав единое целое, так вот, если мы говорим что такая информация сейчас проникла в сознание, проникла сразу в сознание,— то нам следует признать, что подобное также вполне возможно. И происходит это в результате того, что часть подобной информации (видимо ее авангард) не только вступила своими кодами (любая информация, как известно, может также и быть преподнесена в системе кодов) в коррелят с уже имеющейся в психике индивида информацией, но и в результате подобного цензура психики на время ослабла и приоткрылась (метафорически выражаясь — психика открыла шлагбаум на пути поступления новой информации). А значит информация  иного рода, подаваемая, например, с информацией, которая проникла посредством совпадения кодов, может точно также проникнуть в сознание. Разве что уже в этом случае мы могли бы заметить, что такая информация (информация, проникшая в сознание обманным путем) не задержится долго в нем, и точно также окажется вытесненной в подсознание. Но если в результате деятельности цензуры (в случае попытки поступления информации со стороны внешнего мира) информация переходит в подсознание из внешнего мира, то в данном случае — подобного рода информация вытесняется из сознания. Хотя и в том и в другом случае оказывается в подсознании, или бессознательном психики.

Если вернуться к вопросу поступления информации, которая посредством бессознательного подбора кодов оказалась востребованной в сознании, то в данном случае необходимо иметь в виду также и то, что подобный механизм психики, который способен пропустить, почти минуя цензуру, какую-то информацию, хорошо известен специалистам по манипулированию психикой. Причем несколько получившее негативный аспект слово «манипуляции», как мы уже замечали раннее, можно заменить как будто бы нейтральным словом «управление». Управление, или еще точнее — программирование психики. При этом как бы самом собой разумеющемся не вызывает сомнений тот факт, что после перестановки слов — смысловое воздействие не меняется. К тому же можно говорить о том, что слово «управление» не вызывает такого уж сильного провоцирования психики, взрыва эмоций и проч. барьеров психики, которые в зависимости от обстоятельств могут нести в себе как позитивный так и негативный аспекты в результате озвучивания слово «манипуляции», которые неким образом уже задействуют (активизируя или приподнимая, в зависимости от направленности воздействия) тот или иной пласт бессознательного психики, в недрах которого (бессознательного) таятся такие залежи порой бесценного материла, что тот, кто умеет извлекать из подсознания хотя бы ничтожно малую часть скрытой там информации, способен значительно опередить других индивидов в информационном могуществе. Ведь становится очень важным в данном случае такая особенность психики (мозга), что любую информацию важно не только получить из внешнего мира, но и запомнить. Причем как процесс так и результат запоминания тестируется достаточно просто, и как один из вариантов — заключает в себе такую составляющую психики индивида как память. Память в данном случае это сознание, а как время пребывания информации в психике, так и процесс извлечения информации из памяти — показатель пребывания информации в сознании. Процесс вспоминания — схож в данном случае с процессом извлечения информации из подсознания, и попадания такой информации в сознание. Несмотря на довольно ограниченный объем сознания (в сравнении с подсознанием), без, собственно, сознания — оказалось бы весьма проблематично осознать реальное положение вещей. Потому как если индивид все время пребывал бы в бессознательном состоянии, то это означало бы начало великих бед, потому как реальность в категории «здесь и сейчас» не тестировалась бы, а значит, главенство взяли бы первичные инстинкты, желания дикаря — убить, съесть, изнасиловать. И они бы повсеместно осуществлялись. Что привело бы к фактическому уничтожению культуры. Общей деградации, если подходить к подобному со знанием тех моделей, которые существуют сейчас.

Каким же образом поступаемая в психику из внешнего мира информация находит отклик в душе индивида? Видимо, если отвлечься от нашего метафорического понятия «волны» в соотнесении информации внешнего мира и того, что скрывается в подсознании (подобное действительно можно сравнить с настройкой на нужную волну, по примеру радиоволн, например), вероятней всего нам следует говорить о том, что перед нами своего рода совпадения кодировки новой информации с информацией, которая раннее уже находилась в бессознательном психики. Видимо как раз в этом случае и задействуются паттерны поведения, базирующиеся в подсознании; в результате чего, новая информация, практически минуя цензуру психики (которая отступает, признавая своих после получения определенных «пароля-отзыва») попадает сразу в сознание, а значит и оказывает прямое воздействие на поступки индивида. При этом, даже если по каким-то причинам такая информация (или часть ее) окажется вытесненной в подсознание, вероятней всего она или не проникнет далее чем предсознание (есть еще и такая структура психики, означающее по метафорическому выражению Фрейда прихожую, то есть нечто между входной дверью (цензурой психики), и гостиной (сознанием), или же — окажется в бессознательном, но с некой положительной пометкой. То есть в результате информация, уже находящаяся в подсознание раннее, обогатится еще одним зарядом схожей направленности (кодировки), усилится, а значит можно говорить (сразу или через какое-то время) о формировании паттернов поведения, которые в свою очередь и влияют на появлении у индивида тех или иных мыслей, и как следствие — соответствующих поступков (поступки — как следствие мыслей-желаний). Т.е. в этом случае мы вполне можем говорить о моделировании поведения индивида в частности, и если смотреть в более расширенном аспекте (с акцентом на законах массового поведения) — моделирования поведения масс.

Отвечая на вопрос, каким образом та или иная информация вытесняется цензурой психики, отправляясь в подсознание[157], мы предполагаем, что подобная информация не получила должный «отклик» в душе индивида, оценивающего такую информацию. Ведь известно, что почти любая информация из внешнего мира подвергается оценке психикой «принимающей стороны»[158]. И уже от этого зависит, информацию какой направленности психика индивида пропустит в сознание и сразу начнет с подобной информацией работать, а какую-то информацию вытеснит. Как обращал внимание проф. Фрейд[159], вытесняются какие-либо болезненные для психики индивида ситуации, обстоятельства жизни, т.е. все то, что он бессознательно не желает пропускать в сознание. В этом случае уместно также говорить, что в результате подобного включается своего рода сопротивление психики, в результате чего нежелательные моменты жизни забываются, то есть намеренно вытесняются. Или, например, на пути информации, стремящейся проникнуть в сознание, стоит цензура психики, которая владеет различными способами защиты, одной из которых является сопротивление, и как следствие работы сопротивления — вытеснение. Причем все это (и сопротивление и вытеснение) есть также ничто иное, как возможность психики избавиться от невроза, потому как любые нежелательные для психики потоки информации способны по прошествии какого-то времени привести к появлению симптоматики невроза, и как следствию — заболеванию психики, расстройствам психики. «…предпосылкой для существования симптома,— писал проф. З.Фрейд[160], — является то, что какой-то душевный процесс не произошел до конца нормальным образом, так что он не мог стать сознательным. Симптом представляет собой заместитель того, что не осуществилось… Сильное сопротивление должно было  направиться против того, чтобы… душевный процесс проник в сознание; поэтому он остался бессознательным. Как бессознательный, он обладает способностью образовать симптом. …Патогенный процесс, проявляющийся в виде сопротивление, заслуживает названия вытеснения».

Таким образом, мы как бы уже прослеживаем возникновение вытеснения посредством сопротивления цензуры психики, противящееся чтобы нежелательная, болезненная для психики информация перешла в сознание, а значит подчинила себе мысли, желания, и поступки индивида. В то время как то, что по прошествии порой совсем минимального времени эти же болезнетворные микробы, поселившиеся в бессознательном психики, начнут бродить в поиске сторонников, и найдя последних все равно смогут пробить оборону и оказаться в сознании, об этом психика, инициировавшая препоны на пути потоков информации из внешнего мира, словно бы и не думает. Как не думают и все те, кто ошибочным образом полагает, что ничего не существует кроме сознания, отрицая под надуманными предлогами подсознание, и тем самым подпадая своими действиями под систематику механизмов защиты, описанных в свое время семьей Фрейдов (папой и дочкой-Анной, профессором психологии), и продолженных в разработках других ученых-психоаналитиков, в их исследованиях глубин психики.

Прежде чем еще более детально рассматривать роль сопротивления в жизни индивида, заметим что проф. Р.Гринсон отличал психоанализ от всех других психотерапевтических методик как раз по факту рассмотрения в нем вопроса о сопротивлении[161]. По мнению проф. Р.Гринсона, сопротивление может быть сознательным, предсознательным, подсознательным, может выражаться в виде эмоций, мыслей, идей, установок, фантазий и проч. Кроме того, как обращает внимание Р.Гринсон, одной их форм сопротивления является и молчание. «Молчание — наиболее прозрачная и частая форма сопро­тивления, встречающаяся в психоаналитической практике,— пишет проф. Р.Гринсон[162]. — Это означает, что пациент сознательно или бессознательно не расположен сообщать свои мысли или чувства аналитику. …наша задача — проанализировать причины молчания. …Иногда, несмотря на молчание, пациент может невольно раскрыть мотив или содержание молчания своей позой, движениями или выражением лица».

Делая небольшое отступление, нам хотелось бы обратить внимание на методику прикладного психоанализа, являющегося на наш взгляд одной их эффективнейших систем управления психикой человека и масс; правда наше использование подобной методики подкреплено (обогащено) и некоторыми другими подходами в воздействии на психику, которые на наш взгляд также эффективны. Мы также должны говорить и о ряде отличий между классическим психоанализом в т.н. лечебном аспекте, и прикладным психоанализом, где теории воздействия на сознание-подсознание разрабатываются не для психотерапевтического эффекта (в плане лечения конкретного индивида или группы больных), а с целью управления человеком, моделирования его мыслей, желаний, поступков, и проч., и по своей эффективности применимы как к отдельному индивиду в частности, так и к обществу в целом. В этом случае мы уже можем говорить об искусстве управления массами. О предварительном моделировании поведения масс посредством программирования их психики на выполнения необходимых установок. Те, кто дает такие установки — называются манипуляторы. Но они же, как мы уже обращали внимание, могут называться и управленцами, менеджерами, кем угодно, если подходить к подобному вопросу в контексте управления, власти одних людей над другими. И в этом, на наш взгляд, важная особенность вообще подхода к возможности управления психикой. Да это и оправданно, особенно учитывая еще и то, что враг не дремлет, разрабатывая все новые и новые способы манипуляций массовым психическим сознанием и открывая новые методики воздействия на подсознание с целью манипулирования личностью индивида. Поэтому победит тот, кто не только сможет выявить вражеские поползновения, но и сможет победить врага его же методами, в лучшем случае заставив идти на поводу себя, а как минимум — избежав его психологических атак.

Возвращаясь к вопросу сопротивления, следует обратить внимание на тот факт, что психика почти всегда выказывает протест всему новому, неизведанному. И происходит так потому, что как бы изначально (при поступлении новой информации) отдельные компоненты такой информации ищут некие родственные связи, то есть нечто такое, схожее, за что можно было бы уцепиться. Т. е, когда новая информация начинает оцениваться мозгом, он ищет в этой информации что-то знакомое, посредством чего можно было бы закрепиться. Когда коды новой информации, и информации, уже существующей в бессознательном психики индивида совпадают, в этом случае становится возможна некая ассоциативная связь между новой и существующей информации, а значит налаживается оперделенный контакт, в результате чего новая информация как бы ложится на благодатную почву, и имея под собой какую-то основу — служит возможности адаптации информации новой, обогащения ее существующей информацией, и путем некой трансформации (без этого никак, память человека не может не обновляться) рождается некая новая информация, которая уже и проходит в сознание, а значит посредством возникших в бессознательном психики мыслей — проецируется на поступки, которые хоть и являются в большинстве случаев (если нет ИСС[163]) следствием деятельности сознания, тем не менее берут свою основу в бессознательном психики, именно там рождаясь (формируясь). При этом мы должны говорить, что сопротивление, именно сопротивление, позволяет нам выявлять бессознательные импульсы индивида, его бессознательные желания, установки, которые были раннее (кем-то: другим индивидом, обществом, средой, проч.) заложены в психике подобного индивида, и уже так или иначе влияют на нынешнюю или будущую деятельность индивида. Можно даже сказать, что как раз программирование индивида происходит отчасти и путем внедрения в его подсознание различных установок, которые позже могут быть востребованы манипулятором (и тогда он активирует их посредством кодовых сигналов аудиально-визуально-кинестического характера); причем роль такого манипулятора могут играть как конкретные индивиды, так и общество, социальная среда, какие-либо природные факторы, и т.п. Таким образом мы должны говорить о том, что любого рода информация, которая задействуется любой репрезентативной или сигнальной системой человека — или просто (и сразу) откладывается в бессознательном психики, или находит подтверждение у существующей раннее информации, тем самым обогащаясь за счет этого, и усиливаясь — оказывается способной влиять на жизнедеятельность рассматриваемого нами индивида.

Профессор Р.Гринсон, рассматривая роль сопротивления, обращал внимание что сопротивление может быть явное или не явное, но оно почти всегда существует, и проявляется по-разному. Например, при получении какой-либо информации человек может внешне не выказывать каких-либо эмоций, но уже как раз в этом можно и увидеть сопротивление, потому как, по словам Р.Гринсона, отсутствие аффекта наблюдается как раз когда рассматриваются действия, которые «должны быть чрезвычайно нагруженными эмоциями». Но при этом замечания человека «сухи, скучны, монотонны и невыразительны». Тем самым перед нами ошибочное представление, что самому человеку не интересно, и получаемая информация его не трогает. Как раз нет, он активно переживает, например, но стремится не показывать своего отношения к той или иной ситуации как раз путем бессознательного включения сопротивления. «В целом несоответствие аффекта — это самый яркий признак сопротивления,— замечает проф. Р.Гринсон[164].—Высказывания пациента кажутся странными, когда содержание высказывания и эмоция не соответствуют друг другу».

Кроме того, проф. Р.Гринсон обращает внимание на позы, которые могут служить верным невербальным признаком сопротивления. «Когда пациент ригиден, неподвижен, свернулся в клубок, как бы оберегая себя, это может указывать на защиту. Кроме того, любые позы, которые принимаются пациентом и не меняются порой в течение сессии[165] и от сессии к сессии, всегда являются признаком сопротивления. Если пациент относительно свободен от сопротивления, его поза как-то изменяется во время сессии. Чрезмерная подвижность также показывает, что нечто разря­жается в движении, а не в словах. Противоречие между позой и вербальным содержанием — также признак сопротивления. Пациент, который рассказывает спокойно о каком-то событии, а сам корчится и извивается, рассказывает лишь часть истории. Его движения пересказывают другую ее часть. Сжатые кулаки, руки, туго скрещенные на груди, лодыжки, прижатые друг к другу, свиде­тельствуют об утаивании… Зевание во время сессии — признак сопротивления. То, как пациент входит в кабинет, избегая глаз аналитика или заводя небольшой разговор, который не продолжается на кушетке[166], или то, как он уходит, не взглянув на аналитика, — все это показатели сопротивления»[167].

Также Р.Гринсон указывал на сопротивление, если человек все время рассказывает что-то последовательно о настоящем, без погружений в прошлое, или о прошлом, без перескакиваний в настоящее. «Привязанность к определенному временному периоду является избеганием, аналогичным ригидности, фиксированности эмоционального тона, позы, и т.д.»[168].

На сопротивление указывает и тот факт, что человек, рассказывая что-то, говорит о поверхностных и маловажных событиях в течении длительного времени, словно бессознательно избегая того, что может являться для него действительно важным. «Когда при этом есть повторение содержания без его развития или аффекта, или без углубления понимания, мы вынуждены предположить, что действует какое-то сопротивление. Если же рассказ о мелочах не кажется самому пациенту лишним, мы имеем дело с «убеганием». Отсутствие интро­спекции и полноты мысли — показатель сопротивления. В целом вербализация, которая может быть изобильной, но при этом не приво­дит к новым воспоминаниям или новым инсайтам, или к большему эмоцио­нальному осознанию — показатель защитного поведения»[169].

К сопротивлению следует относить также и избегание каких-либо — болезненных для психики этого человека — тем. Или рассказ общими фразами о том, что в действительности вызвало в свое время бурю эмоций в душе данного индивида[170]. Помимо этого, в сопротивлении следует угадывать любое бессознательное нежелание менять какой-либо устоявшийся порядок в проведении бесед, встреч, форм общения и проч.[171].

При этом мы можем говорить и о том, что выполнение однотипных и устоявшихся действий — является в т.ч.и одной их форм защиты от невротической зависимости. В свое время проф. О.Фенихель обращал внимание[172], что во всех психоневрозах контроль со стороны Эго ослаблен, но при обсессиях и компульсиях Эго продолжает управлять двигательной сферой, но не властвует в ней полностью, и лишь в соответствии с обстоятельствами. При этом может наблюдаться явный переход какой-либо фобии в обсессию. «Сначала определенная ситуа­ция избегается, затем, чтобы обеспечить необходимое избежание, постоянно напрягается внимание. Позднее это внимание приобретает навязчивый характер или развива­ется другая «позитивная» обсессивная установка, настоль­ко несовместимая с изначально пугающей ситуацией, что ее избежание гарантировано. Табу прикосновения замещаются ритуалами прикосновения, страхи загрязнения — компульсиями мытья; социальные страхи — социальными ритуалами, страхи засыпания — церемониями подготовки ко сну, торможения ходьбы — манерной ходьбой, фобии животных — компульсиями при обхождении с животными»[173].

Показателем сопротивления по Р.Гринсону служит и «использование клише, технических терминов или стерильного языка», что указывает на то, что такой человек, с целью избежать личного самораскрытия, избегает образности своей речи. Например он говорит «я испытывал неприязнь», тогда как на самом деле он был взбешен, тем самым «избегает образа и ощущения взбешенности, предпочитая ему стерильность «неприязни»[174].

«Из моего клинического опыта работы с пациентами в таких ситуациях я заключил,— пишет проф. Р.Гринсон[175], — что «на самом деле» и «честно говоря» обычно означают, что пациент чувствует свою амбивалент­ность, осознает противоречивость своих чувств. Он хочет, чтобы то, что он сказал, было всей правдой. «Я действительно думаю так» означает, что он действительно хочет думать так. «Я искренне сожалею» означает, что он хотел бы искренне сожалеть, но он также осознает наличие противопо­ложных чувств. «Я думаю, я сердился» означает: я уверен, что я сердился, но неохотно это признаю. «Я не знаю, с чего начать» означает: я знаю, с чего начать, но колеблюсь, начинать ли так. Пациент, который говорит аналитику несколько раз: «Я уверен, что вы действительно помните мою сестру…», — обычно означает: я совсем не уверен, болван, действительно ли  ты ее помнишь, поэтому я напоминаю тебе об этом. Все это весьма трудноуло­вимо, но обычно повторения показывают наличие сопротивлений и должны усматриваться как таковые. Наиболее часто повторяющиеся клише являются проявлениями сопротивлений характера и с ними трудно справиться, прежде чем анализ не пойдет полным ходом. Изолированные клише могут быть легко доступны и в ранней стадии анализа».

К различного рода проявления сопротивления также следует относить опоздания, пропуски, забывание, скуку[176], отыгрывание (может проявляться в том, что об одних и тех же фактах человек рассказывает разным людям; в этом случае, кстати, проявляется и бессознательное свидетельство-подтверждение важности подобной информации для человека), нарочитая веселость или грусть. «…огромный энтузиазм или длительное приподнятое настроение показывают, что существует нечто, что отвращается — обычно что-то противоположной природы, некоторая форма депрессии»[177].

Говоря о сопротивлении, мы должны говорить и о том, что если нам удается сломить подобную защитную реакцию психики на пути получения новой информации, то в этом случае, за счет ослабления цензуры психики, нам удастся добиться эффекта несравненно большего, нежели чем если бы новая информация, посредством ассоциативных связей и появления эмпатической привязанности, прошла через барьер психики и осталась бы в сознании. И больший эффект достигается как раз за счет того, что психика, словно бы желая «оправдаться» за прежнюю неприступность, почти максимально раскрывается на пути новой информации. Причем такая информация может заполнять глубины психики и проецироваться (позже) на сознание как минимум двумя направлениями. В первом, она может — даже оказываясь первоначально в бессознательном — создавать там те устойчивые формирования, на которые в последующем может опираться если желает взять власть в свои руки на время интроецирования информации, хранящейся в бессознательном, в сознание. Подобный период может быть в зависимости от времени или кратковременным и насыщенным; или заметно распределяться по времени, и как бы готовиться к выступлению, т.е. к переходу информации из бессознательного в сознание. Тогда как во втором варианте, мы можем говорить, что на какое-то время такая информация (вновь полученная информация) окажется не только не активной, но и возникнет предположение, что она залегла исключительно в те глубины психики, из которых ее не так-то легко будет и извлечь, когда придет соответствующе время. Притом что такое время (может возникнуть такое подозрение) может и не придти.

На самом деле это не так. И именно во втором случае, чаще чем в первом, мы являемся свидетелями того, что такая информация, информация, раннее попавшая в подсознание, активируется столь сильным образом, что буквально потянет за собой и иную информацию, хранящуюся в бессознательном, если только найдет в подобной информации какое-либо сходство. Причем вновь образующийся поток подобной информации, информации в какой-то мере не имеющей личного исторического бессознательного опыта связанного с психикой конкретного индивида, не только заполнит образовавшуюся пустоту, но и явным образом приведет к тому, что потянет за собой весь этот поток, и в итоге на протяжении длительного времени сможет подчинить своему восприятию почти любую другую информацию, которая после будет поступать в психику, и таким образом действительно окажется, что по своей эффективности значительно выше. Причем подобное на наш взгляд тесно соприкасается со спецификой воспитания и обучения. Ибо если нам таким образом удается сломить сопротивление другого индивида на пути получения им новой информации, то вполне вероятно, что подобная информация не только отложится в подсознание, но и индивид получит возможность воспринимать ее когнитивным (сознательным) образом. Причем еще раз повторим, что по силе собственного воздействия на психику индивида, подобная информация может иметь несравненно большее воздействие в сравнении с модальностью существовавшей раннее информации в психике. Да, если модальность совпадает, то в данном случае легче наступает состояние раппорта, т.е. устанавливается надежная связь, посредством чего один индивид (или группа) становится восприимчив к принятию информации от другого индивида (группы). Состояние раппорта также оказывается весьма эффективным при манипулятивном воздействии, т.е. при управлении одним человеком — психики другого. При этом необходимо для подобного воздействия, для эффективности его, найти в подаваемой информации нечто, что найдет подтверждение с информацией, уже существующей в психике. «…в мозге человека,— писал академик В.М. Кандыба[178], ссылаясь на учение русского гипнотизера А.М. Свядоша,— …протекают процессы вероятностного прогнозирования, сопровождающиеся процессами верификации всей поступаемой информации, т.е. происходит неосознаваемое определение ее достоверности и значительности». В связи с чем, если потребуется что-то внушить другому лицу, то необходимо обеспечить «введение информации, принимаемой человеком без критической оценки и оказывающей влияние на нейропсихические процессы». При этом, как замечал Кандыба, «далеко не всякая информация оказывает неотразимое внушающее воздействие. В зависимости от форм подачи, источника поступления и индивидуальных особенностей личности одна и та же информация может оказывать или не оказывать на личность суггестивное воздействие»[179].

Состояние раппорта вообще считается неоценимо важным в использовании всех возможностей трансового воздействия. Нам не надо для этого погружать объект в состояние сна. Точнее, он впадает в сон, но это будет т.н. сон на яву. И как раз подобное состояние, на наш взгляд, оказывается наиболее результативным и необычайно эффективным в реализации возможностей информационно-психологического воздействия на индивида, на объект, с целью внушения последнему выполнения определенных действий, необходимых нам.

Возвращаясь к теме сопротивления, выделим еще раз важную функцию подобной защитной реакции психики. И тогда заметим, что преодолевая сопротивление мы самым удивительным образом открываем свою психику для восприятия новой информации. Причем высока вероятность получения вообще кардинально новой информации. Ведь если ранее, как мы говорили, какая-то информация уже присутствовал в памяти, то при получении новой информации цензура психики бессознательно ищет подтверждение вновь поступаемой информации в запасниках памяти. Вероятно психика в этом случае должна определенным образом отреагировать, и она реагирует. Визуально это заметно по внешним изменениям, происходящими с человеком в параллели «здесь и сейчас» (покраснением или побледнением кожи лица, расширенными зрачками, вариантами каталепсии (одеревенения тела), и т.п.). При этом такие изменения могут происходить и не обязательно столь заметно, но все равно улавливаться взглядом опытного наблюдателя. Подобные изменения свидетельствуют о наступлении, о возможности, раппорта (информационного контакта) с объектом манипулирования. А вероятность того, что в таком состоянии объект будет принимать подаваемую ему информацию без купюр — доходит до ста процентов. Другой вопрос, что возможны индивиды, которых невозможно ввести в состояние раппорта в транскрипции «здесь и сейчас», но подобное, например, возможно сделать позже. Все равно у каждого бывают состояния, когда он максимально подвержен к информационно-психологическому воздействию, к манипулированию над его психикой, вторжением в его психику и управлением психикой данного лица. Причем до конца проследить выбор подходящего момента также возможно, но для этого необходимо обладать опытом, знаниями, и предрасположенностью к подобного рода реализации возможностей. Т.е. хоть относительными, но способностями, а еще лучше — талантом. В этом случае вероятность достижения результата программирования значительно повышается.

Но вернемся к сопротивлению. Итак, в результате того что сломлен барьер критичности, психика начинает с небывалой силой воспринимать новую информацию. Такая информация откладывается в подсознание, и находит свое отражении в предсознании и сознании. То есть в данном случае мы можем говорить о том, что атака ведется как бы сразу на нескольких фронтах. В результате чего наблюдается необычайно сильное программирование психики, появление мощных по силе устойчивых механизмов (паттернов поведения) в бессознательном. Кроме того, после создания подобного наблюдается инициирование появления все новых и новых механизмов схожей направленности в бессознательном психики. Однако теперь они находят постоянное подкрепление и в сознании и в предсознании. А значит возможен не только процесс закрепления полученной когда-то информации в подсознании (не всякой информации, а именно той, которая вызвала подобный процесс, информации, которая, в результате поступления которой начали сформировываться паттерны в бессознательном), но и уже такая информация начинает активизироваться, подчиняя в скором времени мысли и желания индивида в ключе, обозначенном смысловой нагрузкой подобного рода информации. При этом весьма важным фактором в обработке подобной информации являются особенности психики отдельного человека. Известно, что одна и та же информация на одного индивида может не возыметь никакого воздействия, а другого заставить чуть ли не кардинальным образом изменить жизнь.

 Рассматривая воздействие информации на психику более подробно в соответствующей главе нашего исследования, обратим внимание на роль сопротивления в оценке информации, поступаемой извне, со стороны как непосредственно окружающего мира (здания, памятники архитектуры, пейзаж, инфраструктура, проч.), так и со стороны других индивидов (в результате межличностных контактов), а также транспортирования информации на значительные расстояния с помощью средств массовой коммуникации и информации (СМК и СМИ). Как мы уже заметили, одна и та же информация способна как оказывать так и не оказывать влияния на индивида. В первом случае следует говорить об установлении раппорта (контакта), в результате которого ослабевает барьер критичности психики (цензура психики по Фрейду), а значит и подобная информация оказывается способной проникнуть в сознание, или же из под сознания (где все равно откладывается любого рода информация) оказывать воздействие на сознание, т.е. в процессе первоначальной кодировки психики достигается управление ею, потому что уже давно доказано различными учеными (З.Фрейд, К.Юнг, В.М.Бехтерев, Павлов, В.М. и Д.В. Кандыба, В. Райх, Г. Лебон, Московичи, К. Хорни, В.А.Медведев, С.Г.Кара-Мурза, И.С.Кон, Л.М.Щеглов, А.Щеголев, Н. Благовещенский, и мн. др.), что мыслями и поступками индивида управляет именно подсознание, бессознательное. Но мы должны обратить внимание, что если предпринять попытки сломать барьер критичности, то становится возможным достигнуть в результате этого шага (заметим, весьма опасного, и необходимого к осуществлению под руководством специалистов соответствующего профиля) что-то на вроде «просветления», сатори. Как раз подобные состояния являлись целью занятий боевыми искусствами и медитативной практикой в восточных единоборствах и восточной философии (религии), или состояния просветленного сознания в русских языческих практиках, или схожих состояний в других системах мира. Причем, следует обратить внимание, что состояние сатори — состояние временное, проходящее со временем (длится от нескольких секунд до нескольких минут, у кого-то чуть больше или меньше), но непременно одно: это не вечное состояние, т.е. не состояния в парадигме «раз и навсегда», поэтому по прошествии какого-то времени необходимо вновь погружаться в глубины сознания или преодолевать сопротивление — для достижения подобного эффекта. Разве что в этом случае можем заметить, что вероятней всего для большинства после первого достижения подобного состояния последующее вызывание состояния «просветления» будет легче. Хотя и в этом случае необходимо учитывать и большую прогнозированность достижения подобного для «художников» (в контексте разделения психики предложенной в свое время академиком И.П. Павловым, который разделял психику индивидов на «мыслителей» и «художников»[180]). К первым Павлов относил тех, кто хорошо запоминает логическую информацию, а ко вторым («художникам») зрительную. Согласно академику И.П. Павлову, в введении левого полушария находятся речь, чтение, письмо, счет, решение задач требующих логики (рациональное, аналитическое, вербальное мышление). В введении правого — интуиция и пространственно-образное мышление (т.е. зрительная и слуховая образная память). Добавим, что к введению левого полушария (как считает академик В.М. Кандыба) относится сознание (10% мозга), а к правому — подсознание, или бессознательное (90% мозга). Причем механизмы работы мозга являются результатом функционирования психики индивида, а значит и способов последующего воздействия на психику объекта манипуляций, поэтому остановимся чуть подробнее на деятельности полушарий мозга. Как отмечает академик В.М. Кандыба[181], у человека два мозга (правый и левый). Правый — это «животный» мозг, более древний. Левый — результат развития человечества, более позднее психофизиологическое образование. Левый мозг существует только у высших организмов, и наиболее развит у человека. Именно левый мозг способен к речи, логическому мышлению, абстрактным умозаключениям, обладает внешней и внутренней словесной речью, а также свойством воспринимать, верифицировать, запоминать и воспроизводить информацию и индивидуальный жизненный опыт конкретного индивида. Кроме того, наблюдается взаимосвязь работы левого и правого мозга, так как левый мозг воспринимает реальность через соответствующие механизмы (образы, инстинкты, чувства, эмоции) правого мозга. Как, впрочем, и через свои аналитико-верификационные психофизиологические механизмы (жизненный опыт, знания, цели, установки)[182]

Правый мозг, как мы уже заметили, простирается в спектре деятельности бессознательного психики. Тогда как левый — формирует сознательную личность. Правое полушарие мыслит образами, чувствами, схватывая картинку, левое — анализирует информацию, полученную с внешнего мира, прерогатива логического мышления — левое полушарие. Правое полушарие реализует эмоции, левое — мысли и знаки (речь, письмо, проч.) Встречаются индивиды, у которых в совершенно новой обстановке создается впечатление «уже увиденного». Это характерный пример деятельности правого полушария. В итоге мы можем говорить, что деятельность мозга обеспечивается двумя полушариями, правым (чувственным) и левым (знаковым, т.е. интегрирует объекты внешнего мира с помощью знаков: слов, речи, и т.п.). Взаимодополняемость деятельности двух полушарий проявляется часто одновременным присутствием в психике индивида рационального и интуитивного, разумного и чувственного. Отсюда и высокая эффективность директивных указаний мозгу в виде таких механизмов суггестивного воздействия как приказ, самовнушение, проч. Связано это со спецификой деятельности психики, когда, произнося или слыша речь — у человека включается также и воображение, что в данном случае заметно усиливает подобного рода воздействие. (Более подробно о специфике мозговой деятельности при обработке информации, поступающей с внешнего мира, см. соответствующие главы нашего исследования.) Поэтому не останавливаясь на механизмах работы мозга[183], вернемся еще раз к состоянию просветления, сатори, инсайта, озарения и т.п. многочисленные названия, обозначающие суть одного и того же — установлением с этих пор (с начала активации подобного механизма) устойчивой связи между манипулятором и объектом, на которого направлено манипулятивное воздействие.

Любого рода манипуляции, это внушение, т.е. сознательное изменение существующих у объекта установок с помощью задействования (активации) архетипов бессознательного психики; архетипы в свою очередь задействуют раннее сформированные паттерны поведения. Если рассматривать подобное с позиции нейрофизиологии, то в мозге объекта активируется соответствующая доминанта (очаговое возбуждение коры головного мозга), а значит замедляет свою работу та часть мозга, которая отвечает за сознание. В этом случае цензура психики (как структурная единица психики) временно оказывается заблокированной или полу заблокированной, а значит информация из внешнего мира беспрепятственно поступает в предсознание, а то и сразу в сознание. Иной раз минуя сознание оно проходит в подсознание. Личное бессознательное психики (подсознание) также формируется в процессе вытеснения информации цензурой психики. Но вероятно не вся информация, поступающая с внешнего мира вытесняется бессознательно в бессознательное. Часть все-таки как бы переходит в подсознание намеренно. Например, для подпитки уже имеющейся в бессознательном информации и доформировывания архетипов, или же специально и исключительно с целью формирования новых архетипов, паттернов будущего поведения индивида. И это на наш взгляд необходимо правильно понимать и различать.

При этом следует еще раз обратить внимание на необходимость слома сопротивления. Известно, что сопротивление включается тогда, когда в мозг (в психику) поступает новая информация, информация, которая изначально не находит отклика в душе человека, не находит чего-то схожего, с уже имеющейся в памяти информации. Такая информация не проходит барьер критичности и вытесняется в подсознание. Однако если усилием воли (т.е. задействуя сознание; воля — прерогатива деятельности сознания) сможем воспрепятствовать вытеснению, и заставим мозг анализировать поступающую информацию (необходимую нам часть такой информации), то тем самым нам удастся преодолеть сопротивление, а значит еще через какое-то время станет возможным испытать то состояние, которое мы именовали раннее сатори, или озарение. Причем эффект от подобного окажется несравненно выше, нежели чем информация методичным и длительным путем проникала в подсознание, позже оказывая влияние на сознание. В нашем случае, в случае слома барьера критичности, а значит и сопротивления, мы добьемся несравненно большего, ибо в этом случае какое-то время будет наблюдаться состояние т.н. «зеленого коридора», когда поступаемая информация практически целиком и полностью проходит, минуя барьер критичности. Причем также быстро в этом случае происходит и переход в сознание как их предсознания, так и из бессознательного. А значит нам уже не надо будет ждать долго, как в случае естественного перехода информации из подсознания в сознание, когда такая информация начинает свой переход только когда находит «отклик в душе», т.е. только тогда, когда цепляясь за схожую информацию имеющуюся в данный момент в сознании (информацию временную, потому что любая информация в сознании держится недолго, и через время, из оперативной памяти поступает в память долговременную) поступает туда. В случае преодоления сопротивления такая информация поступает сразу, изменяя при этом мировоззрение человека, потому что в данном случае активно задействуется сознание, а если что-то осознается человеком, то принимается как руководство к действию.

Также необходимо говорить о том, что любого рода информация, проходящая мимо сознания и подсознания индивида, т.е. подпадающая под спектр действия его репрезентативной системы (аудиальная, визуальная, и кинестетическая) и двух сигнальных систем (чувства и речь) неизменно откладывается в подсознании. А значит в конечном итоге начинает оказывать влияние на сознание индивида, потому что все, что находится в подсознании — влияет на сознание, на возникновение у индивида соответствующих мыслей, желаний, поступков. То есть в данном случае мы можем говорить о моделировании поступков человека посредством первоначального формирования бессознательного его психики. И это поистине серьезный вопрос, внимание которому позволило бы избежать многих проблем в т.ч. и в воспитании детей и взрослых. Причем в ситуации с ребенком становится возможным просчитать его взрослое поведение, а в случае со взрослым следует говорить, что подобное воздействие может начать оказывать свое влияние в т.ч. и за достаточно короткий срок. Особенно усиливает первоначально заложенные в подсознание схемы пребывание объекта среди других людей, т.е. когда мы ведем речь о массовом поведении. В случае последнего включаются механизмы массы, толпы (мы в данном случае не отделяем эти понятия), а значит эффект оказывается намного результативнее, чем в случае предварительного воздействия на одного индивида. При этом в результате оказываемого нами воздействия на объект следует добиваться состояния эмпатии, когда внутренний мир объекта воспринимается нами как наш собственный. Профессор Карл Роджерс так писал об эмпатии: «Быть в состоянии эмпатии означает воспринимать внутренний мир другого точно, с сохранением эмоциональных и смысловых оттенков. Как будто становишься этим другим, но без потери ощущения «как будто». Так, ощущаешь радость или боль другого, как он их ощущает, и воспринимаешь их причины, как он их воспринимает. Но обязательно должен оставаться оттенок «как будто»: как будто это я радуюсь или огорчаюсь. Если этот оттенок исчезает, то возникает состояние идентификации… Эмпатический способ общения с другой личностью имеет несколько граней. Он подразумевает вхождение в личный мир другого и пребывание в нем, «как дома». Он включает постоянную чувствительность к меняющимся переживаниям другого — к страху, или гневу, или растроганности, или стеснению, одним словом, ко всему, что испытывает он или она. Это означает временную жизнь другой жизнью, деликатное пребывание в ней без оценивания и осуждения. Это означает улавливание того, что другой сам едва осознает. Но при этом отсутствуют попытки вскрыть совершенно неосознаваемые чувства, поскольку они могут оказаться травмирующими. Это включает сообщение ваших впечатлений о внутреннем мире другого, когда вы смотрите свежим и спокойным взглядом на те его элементы, которые волнуют или пугают вашего собеседника. Это подразумевает частое обращение к другому для проверки своих впечатлений и внимательное прислушивание к получаемым ответам. Вы доверенное лицо для другого. Указывая на возможные смыслы переживаний другого, вы помогаете ему переживать более полно и конструктивно. Быть с другим таким способом означает на некоторое время оставить в стороне свои точки зрения и ценности, чтобы войти в мир другого без предвзятости. В некотором смысле это означает, что вы оставляете свое «Я». Это могут осуществить только люди, чувствующие себя достаточно безопасно в определенном смысле: они знают, что не потеряют себя в порой странном или причудливом мире другого и что смогут успешно вернуться в свой мир, когда захотят»[184].

Психоанализ понимает под сопротивлением все, что мешает проникновению в сознание тайных (глубинных, бессознательных) мыслей индивида. Э.Гловер выделял явные и неявные формы сопротивления. Под первыми в психоаналитической работе он понимал опоздания, пропуски сессий, излишнюю болтливость или полное молчание, автоматическое отрицание или неправильное понимание всех высказываний психотерапевта, игру в наивность, постоянную рассеянность, прерывание терапии. Ко вторым (неявным формам) он относил все остальное, например, когда пациент формально выполняет все условия работы, но при этом явно заметно его безразличие[185]

Классификация видов сопротивления (по Фрейду) включает в себя: сопротивление вытеснения, трансферентное сопротивление, сопротивления Оно и Супер-Эго и сопротивление, основанное на вторичной выгоде от болезни. Сопротивление возникает тогда, когда психика индивида противится проникновению в сознание какой-либо болезненной для нее информации из подсознания. При этом, согласно Дж.Сандлеру, Дэру и др.[186], такой вид сопротивления можно считать отражением т.н. «первичной выгоды» от заболевания неврозом. В результате действия метода свободных ассоциаций раннее скрытая в бессознательном информация может выйти наружу (перейти в сознание), поэтому психика и сопротивляется подобному  — задействованием (активацией) механизмов сопротивления. Причем, чем ближе раннее вытесненный из сознания (и перешедший в подсознание) материал приближается к сознанию, тем больше возрастает сопротивление.

Трансферентное сопротивление характеризует собой инфантильные импульсы и борьбу с ними. Под инфантильными импульсами понимают импульсы, вызываемые личностью аналитика и возникающие в прямой или модифицированной форме: аналитическая ситуация в форме искажения реальности в определенный момент способствует вспоминанию раннее вытесненного материала (материала, который, оказываясь в бессознательном, вызывал невротический симптом).

Трансферентное сопротивление различается в зависимости от того, какие трансферентные отношения (позитивные или негативные) лежат в его основе. Пациенты с эротическим трансфером (например, с истерическим типом организации личности) могут стремиться к сексуальным отношениям с терапевтом или же демонстрировать сопротивление для того, чтобы избежать в таком трансфере осознаний сильного сексуального влечения. Пациенты с негативным трансфером (например, с нарциссическим типом организации личности) преисполнены агрессивных чувств по отношению к терапевту и могут стремиться через сопротивление унизить его, заставить его страдать или точно так же избежать в переносе осознания этих чувств.

Сопротивление «Оно» характерно для случаев, когда негативные и эротизированная формы переноса становятся неразрешимым препятствием для продолжения терапии. При этом Фрейд считал наиболее сильным сопротивление Супер-Эго («Сверх-Я»), поскольку его трудно выявить и преодолеть. Оно происходит из бессознательного чувства вины и скрывает импульсы, которые пациенту кажутся неприемлемыми (например, сексуальные или агрессивные). Одним из проявлений сопротивлений Супер-Эго является негативная терапевтическая реакция. Т.е. пациент, несмотря на явно удавшийся результат лечения, относится весьма негативно как к терапевту, так и к проделываемым над ним манипуляциям. При этом уже от осознания подобного бреда их психическое здоровье ухудшается, потому что известно, что для нашей психики фактически безразлично, случается ли какое событие на самом деле, в реальности, или оно прокручивается лишь в мыслях человека. Импульсы от подобного воздействия мозг получат одинаковые и практически равноценные по вовлеченности и активации нейронов.

В результате психотерапии может наблюдаться сопротивление, базирующееся на т.н. «вторичной» выгоде, т.е. когда пациенту выгодно его «заболевание». В данном случае перед нами наблюдается явное прослеживание мазохистских акцентов психики индивида-невротика, потому как пациенту нравится, когда его жалеют, и он не желает избавляться от поддержки, оказываемой ему «как больному».

Условная схема работы с сопротивлением состоит в следующем[187]:

1) распознавание (необходимо чтобы сопротивление заметил не только терапевт, но и пациент);

2) демонстрация (вербально демонстрируется какой-либо вид сопротивления, замеченный у пациента с тем чтобы обратить на это внимание самого пациента);

3) прояснение сопротивления (что предполагает конфронтацию с тем, чего пациент избегает, почему он это делает и как).

После прояснения причины сопротивления анализируется его форма. Результатом данного этапа становится обнаружение инстинктивного побуждения, попытка удовлетворения которого привела к конфликту. После этого методом интерпретации выясняется история переживания. На этом этапе выясняется, каким образом возник конфликт, как он проявлялся и проявляется в течение жизни пациента, какие паттерны поведения и эмоционального реагирования он породил и т. п. История переживания позволяет включить выявленный конфликт в более широкий контекст препятствий на данном этапе психодинамической терапии. При этом терапевт должен помнить, что критика или несогласие с чем-то пациента еще не всегда означает проявление сопротивления.

В заключении терапии работы с сопротивлением осуществляется проработка сопротивления, которая является прослеживанием влияния уже осознанного конфликта на различные жизненные события с целью повторения, углубления, расширения проведенного анализа сопротивления. Проработка позволяет усилить понимание клиента за счет увеличения количества привлекаемого материала. Здесь же происходит и интерпретация возникающих новых сопротивлений, что еще больше проясняет базовую проблематику и ведет к более устойчивым результатам. Этот этап не ограничивается во времени, его продолжительность зависит от индивидуальных особенностей пациента, формы и содержания сопротивления, этапа психотерапии, состояния рабочего альянса и многих других факторов[188].

Ну и наконец, хотелось бы еще раз обратить внимание на то, что деятельность сопротивления — это бессознательный акт, и тем самым вполне оказывается логичным, что если мы хотим разгадать природу человека, природу его психики, разгадать механизмы управления психикой, мы непременно и в первую очередь должны обращать внимание на его бессознательные реакции, путем анализа и сопоставления различных фактов выявлять то, что скрывает человек, а значит и в последствие подобные методы могут еще ближе приблизить нас на пути понимания человеческой психики, помогут раскрыть механизмы устройства психики, как проследить те или иные реакции человека, так и выявить механизмы возникновения импульсов, следствием которых и являются эти реакции. То есть мы говорим о том, что непременно важен анализ, проведение аналитической работы, обращение внимание на каждые мелочи, потому как именно они в итоге позволят собрать наиболее полную картину о психике того или иного индивида, а значит в последствие — и узнать (разработать, выявить, проч.) механизмы воздействия как на подобного индивида, так и на общество в целом, ибо общество как раз и состоит из различных индивидов, которые, объединяясь в массы, коллективы, собрания, съезды, процессы, симпозиумы, толпы и т.п. формы объединения людей являются частью среды. Ибо среда как раз представлена в т.ч. и постоянным объединением-разъединением людей, процесс этот текучий как ртуть, масса изменчива и непостоянна не только в своих желаниях и интересах, но и по составу участников и т.п. Таким образом разгадка психики каждого конкретного человека способна приблизить нас к тайнам и разгадкам общества, а значит к выработке методологии управления человеком, моделирования его мыслей и проецирования подобных мыслей в поступки.

--------------------------------------------

[156] Подробно о защитах психики в отдельной главе нашего исследования.

[157] Сначала такая информация почти всегда попадает в предсознание, а уже позже или в бессознательное, в большинстве случаев, или обратно в сознание, что тоже встречается; причем возможен и иной путь, когда попав сначала в бессознательное, информация вновь по прошествии какого-то времени (фактор времени практически нельзя просчитать если внимательно не сопоставлять и анализировать многие факты) оказывается в сознании.

[158] Т.н. цензура психики, или некий критический барьер, инстанция стоящая на пути и новой информации.

[159] Фрейд. Введение в психоанализ: Лекции. СПб. 2003. 480 с.

[160] Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. СПб. Азбука. 2003. С. 293-294.

[161] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М. Когито-Центр, 2003. С. 79

[162] Там же. С. 81.

[163] ИСС — измененные состояния сознания (действие алкоголя, болезнь, сильная усталость, состояние сразу после просыпания и перед засыпанием, и проч.)

[164] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М. Когито-Центр, 2003. С. 81-82.

[165] Имеется в виду психоаналитическая сессия, т.е. время посещения пациентом аналитика, прием у врача.

[166] В психоанализе предполагается (особенно во времена Фрейда и Р.Гринсона) что пациент лежит на кушетке, чтобы не видеть аналитика, и чтобы образ аналитика не мешал пациенту рассказывать обо всем, «что лежит у него на душе».

[167] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 83

[168] Там же.

[169] Там же. С. 84

[170] Там же. С. 83-84.

[171] Там же.

[172] Фенихель О. Психоаналитическая теория неврозов. М. Академический проект. 2004. С. 350.

[173] Там же.

[174] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 86

[175] Там же.

[176] Скука по Р.Гринсону — защита от фантазий.

[177] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 89-90.

[178] Кандыба В.М. Криминальный гипноз. СПб. 2001. С.25

[179] Там же.

[180] Кандыба В.М. Техника гипноза наяву. Техника скрытого управления человеком. В 2 Т. Т.1. СПб. Лань. 2004. 672 с.

[181] Там же.

[182] Там же.

[183] Об этом см. главы 2,5,8,11.

[184] Rogers C. R. A theory of therapy, personality and interpersonal relationships as developed in the clientcentered framework//Koch S. (ed.). Psychology: A study of a science. V. 3. N. Y., 1959.

[185] Бурлачук Л.Ф., Кочарян А.С., Жидко М.Е. Психотерапия. СПб. 2003.

[186] Там же.

[187] Там же.

[188] Там же.

««« НазадК началу

© , 2008 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов