.
  

© Владимир Басун

Человек как товар и покупатель
на сексуально-брачном рынке
(Психология оценки, выбора партнера и формирования пар)

1. Введение

Ну вв-очень наукообразное введение.
Если хочется начать чтение с самого интересного, можете пропустить

В процессе написания этой работы ее полуфабрикат читался очень разными людьми. Реакция на нее формировалась обычно по одному из трех направлений. Для одних читателей многие мысли этой работы становилась своего рода откровением, хотя и вызывали массу противоречивых чувств то ли стилистикой автора, то ли самой действительностью, отраженной слишком откровенно. Другие говорили, что я описываю выдуманную реальность и что многие моменты моей работы напоминает хорошо систематизированный бред. Третья категория читателей отзывалась о содержимом как о знании, очевидном настолько, что никто другой не додумался бы облекать и без того всем понятное в форму работы, претендующей на какую-то степень научности.

У меня самого к моему тексту отношение, знаете, как у ребенка, который, сделав что-то нехорошее, и зная, что его накажут, все равно идет во всем признаваться. Конечно, отчетливо осознать для себя, да и еще так щепетильно и в деталях описывать, скажу честно, не самые красивые стороны человеческих отношений, — занятие на любителя.

Ну должен же был кто-то проделать эту грязную работу!

Кто-то скажет: «За тысячелетия письменной истории, люди, не переставая, писали о любви, пытаясь разгадать ее тайну. А сколько памятников мировой художественной культуры копали эту тему. И как же вас, сударь, понесло в это старое болото?!»

Что мне на все это ответить?

Произведения художественного искусства тем и интересны, что не дают ответов на прямые вопросы, оставляя поле для интерпретаций.

Для философов моя тема всегда была мелковата. Не пристало настоящему философу думать о дрязгах отношений полов, да тем более о рынке. Для них есть темы куда серьезнее.

А вот с коллегами-психологами (теоретиками) у меня особые счеты.

Не знаю, может, я, конечно, пролистал не все научные фонды РГБ, но почему-то основная масса классических научных трудов по психологии, особенно отечественной, видится мне достаточно хилой.(Должен отдать должное, что в семье уродов не без таланта. И хоть изредка, но что-то достойное попадается.) И это предмет не моего злорадства, а моей печали.

Очень часто можно услышать, что не обо всех действительно существующих гранях мира можно прочитать в книгах. К сожалению, часто это так. И причина таких белых пятен в информационном поле научной литературы кроется вовсе не в запретах и не в лености авторов. Наоборот, в эпоху свободы слова и информационного взрыва многие молодые ученые с большим трудом выискивают себе темы, не исписанные до дыр конкурентами по научному ремеслу. Так в чем же причина того, что с одной стороны существует множество тех читателей, которые не могут найти литературу, удовлетворительно разбирающую интересующие их темы, а по обратную сторону пера — множество писателей, не имеющих возможность выкроить себе свободное место в теле изученного вдоль и поперек предмета науки?

Очень близко подойдем к отгадке, если вспомним, что самым модным жанром научной работы является исследование. Специфика исследования предполагает, что автор ставит проблему (то есть берется за то, что и он сам, и прочая научная общественность понимают туго) и, вооружившись методом, начинает исследовать. Причем если автор исследования уже знает ту истину, к которой собирается прийти, ему, согласно научному этикету, следует это скрывать и прийти к этой истине якобы только в процессе исследования.

Другими словами, исследования чаще всего проводят не те люди, которые знают, а те, которые в процессе и по результатам своей работы только собираются узнать. К сожалению, не у всех получается.

Вообще имейте в виду, что писатели — народ особый, выборка, так сказать, очень нерепрезентативная. А люди покупают книжки, читают и теряют последнюю надежду найти что-нибудь толковое в мире научной литературы. А уж если ученые не знают, тогда уж мне врубиться вообще не суждено, — делает вывод читатель.

А на обратной стороне Луны живут другие люди — мастера жизни. Эти люди знают и умеют как раз то, что пытаются исследовать исследователи, и то, что хотели бы прочитать читатели. Эти люди книг читали мало, но умеют читать мудрость самой жизни. Все, что им было нужно, они, практикуя, узнали из окружающей жизни; да вот незадача: далеко не все носители этих знаний имеют желание заниматься писательством. Они уже в достаточной степени удовлетворили свой интерес в отношении предмета, и им недосуг разжевывать и записывать свои знания о нем. Эту проблему они уже решили, а теперь им интересно что-то другое.

Вот так в общем информационном поле сосуществуют два параллельных мира: мир теоретиков и мир практиков. Первые не знают, но писать могут и хотят; вторые знают, но писать не хотят, да и, откровенно говоря, редко умеют, ѕ на то нужны особые литературные способности.

Что ни на есть, к месту древневосточная пословица:

Знающий не говорит, говорящий не знает…

Я думаю, миссия практического психолога состоит в том, чтобы все-таки найти общий язык меж существами из этих параллельных миров хотя бы ради тех третьих, которые хотят уметь и знать и ходят меж теми умниками, которые сами не знают, и теми, кто умеют, но объяснить не могут. Осуществить эту миссию получается, к сожалению, не у многих. Думаю, у меня получиться!

Еще хочется обратить внимание тех, кто в поисках мудрости и ответов на вопросы бытия перелопачивает тонны томов (чем долгое время занимался и автор) на одну преинтересную деталь. Мудрость, изложенная в книгах, есмь мудрость вторичная. То есть авторы немногих действительно гениальных произведений черпали вдохновение и материал в самой жизни, а не в других книгах. (Да простит меня читатель, что я в нарушение научного ритуала не стал начинать книгу с главы, посвященной анализу литературы. Если кто темой всерьез заинтересуется, обращайтесь: небольшой списочек интересной литературы присоветую.)

Читать книги и познавать через них мудрость — занятие уважаемое в цивилизованном обществе, но только истинно талантливые люди могут черпать ту же мудрость со страниц самой жизни. И этот путь постижения мира куда трудней и плодотворней, чем думают многие университетские всезнайки. Вопреки известной пословице, в бою (жизни) часто бывает трудней, чем в учении (науке).

Кстати, как сказал один наш замечательный современник (Седоватая борода и писклявый голос этого гения не раз будут фонить здесь моим речам. Как-никак, Н.И — мой учитель.), умные люди от умных книг — умнеют, глупые — становятся полными идиотами, а основная часть людей остаются такими же, как и были!

Уважаемый мой читатель! В ваших руках не исследование! Перед вами глубоко субъективный, но при этом самоуверенно претендующий на объективность и… не много не мало! на всеобщую применимость взгляд автора. Говорить о том, соответствует ли предложенная модель действительности, так же бессмысленно, как спорить о том, действительно ли существует объективная действительность. Не надо быть дипломированным специалистом, чтобы иметь какой-то опыт и право суждения в отношении той темы, которой посвящена эта книга. Так что вам и решать, правда то, что я пишу, или неправда.

Так что, надеюсь, тот эксперимент, который ставит над всеми нами жизнь, компенсирует отсутствие в этой работе экспериментальной части. Вообще меня мало интересует эмпирическая проверка моей теории (Покаюсь честно, когда я защищал в университете диплом, то в доказательство обоснованости своего бреда я приводил данные исследований на выборке аж из 114 испытуемых. Я надеюсь, вы уде поняли, что ни кого я, на самом деле, не исследовал, а всех испытуемых с их фамилиями и ответами на вопросы выдумал.) (поверьте, очень лениво проверять самого себя). Хотя если б кто-то другой занялся, я не против.

Если б посчитать процентный коэффициент проверенных путем научного эксперимента знаний от всей массы тех предположений, на которые мы ежечасно опираемся, он был бы ничтожен. Из него надо еще будет вычесть часть фальсификаций проворных карьеристов от науки и часть данных, отражающих действие артефактов. И что останется? Если какая-то информация помогает нам успешно ориентироваться в жизни, мы используем ее, а не проверяем. Жить-то надо сегодня! И жить надо хорошо!

О стиле...

Некоторые графоманы из научной тусовки, наверное, из жалости к темному люду иногда пишут свои труды не на своем внутрикастовом жаргоне, а на более доступном для неспециалистов языке. Жанр сей зовется популяризацией и предполагает сниспускание ученой мудрости до уровня неученых масс. Так вот, жанр работы, которую вы сейчас читаете, антонимичен популяризации. Здесь представлена мудрость андеграундная — типичные темы пивных залов систематизируются и поднимаются до уровня кафедры.

По научной фене я здесь, конечно, стараюсь не ботать, а если уж выскочит где бранное словцо, не судите строго — за плечами как-никак пять лет строгого университетского режима.

Сложно сказать, предметом каких наук являются затрагиваемые темы и насколько приемлема для науки моя манера затрагивать. Глобальность задачи не позволила ограничиться только психологией, поэтому было неизбежно погрузиться в кладовую философии и других порожденных ею наук о человеке и обществе, таких как социология, экономика, право, история и пр. Точнее всего будет назвать эту работу внедисциплинарным философствованием.

Кто-то поймет мою работу однобоко, скажет, что она имеет скорее разрушительный, чем созидательный характер. И я не буду спорить. Кому-то в этом мире лучше получается ломать, кому-то — строить. Я с азартом пинаю самые красивые мифы человечества и не предлагаю ничего взамен. Наверное, временами я похож на ребенка, который разрывает собственные игрушки только для того, чтобы посмотреть, как они устроены.

Короче говоря, педагогическим целям эта работа уж никак не может послужить. Также она не психотерапевтична. Даже наоборот. И вообще я здесь пишу такую, извините, правду, которую почти каждый живущий и жизнь знающий чувствует, но думать о ней не желает, а не то что говорить вслух.

Так зачем психологу по призванию и по образованию нужно было начинать писать то, что заведомо может войти в трения с клятвой Гиппократа? Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним древнееврейскую легенду об Адаме, которому в Раю стало так скучно, что он все-таки решил укушать яблоко с Древа познания Добра и Зла.

Так вот, тех, кто не боится много знать, а потом плохо спать, да и еще быстро состариться, приглашаю за собой.

Занавес!..

2. Сексуально-брачный рынок

Очень часто в разговорах лиц обоих полов, обсуждающих свои и чужие отношения, мы слышим следующие выражения и обороты: ты меня ценишь?.., он тебя не стоит…, ты моя дорогая…, а вдруг он подумает, что я дешевка какая-то…, он тебя не достоин… и мн. др. Стоить, оценивать, дорого, дешево — это вообще про что, термины из какой сферы-то? Вроде бы про экономику и товарно-денежные отношения.

А почему тогда этими понятиями пронизаны любовные отношения?

И в каком таком значении они употребляются?

Как выяснится позже в этой работе, в самом что ни на есть прямом!

Тому, что некие объективно существующие принципы и закономерности в равной степени определяют как отношения субъектов и объектов народного хозяйства (экономики), так и любовные взаимоотношения полов, по большому счету и посвящена эта работа.

Поскольку понятие рынок позаимствовано нами из экономики и на сегодняшний день имеет очень широкий объем, выделим то его содержание, которое будет подразумеваться именно в нашей работе, а именно: рынок — гипотетическое пространство, в котором встречаются покупатели и продавцы со своими товарами; между ними происходят сделки по ценам, определяемым балансом между спросом и предложением на эти товары.

Предположим, что рынок как принцип, регулирующий взаимоотношения покупателей и товаров и образующий реальную цену сделок, существует объективно и применим к различным сегментам действительности. Помимо своей ценообразующей функции рынок еще является уникальным местом встречи корыстно заинтересованных друг в друге людей.

Будет нелишним вспомнить, что рынок в процессе становления человеческого общества возник не только благодаря чистому альтруистичному желанию продавцов обеспечить покупателя разнообразием необходимых для него товаров. На рынок продавцов позвала острая нужда выменять свои товары на то, в чем они нуждаются, прежде всего, сами. В результате заинтересованные в собственном барыше люди выставляли на продажу то, что как раз было нужно другим.

Польза рынка не так, особенно на первый взгляд, ощутима, как польза производства. Покупатели, уже нашедшие для себя редкий, нужный именно им, товар и продавцы, нашедшие достойный сбыт своему специфичному (и поэтому редко кому нужному) товару, уже после заключения удачной сделки часто бурчат: зачем, мол, нужен этот рынок.

Легко так рассуждать, когда они уже нашли друг друга, а ведь могли бы и не найти…

Если бы не было рынка, то продавец не смог бы продать товар по той цене, на которую рассчитывает, а покупатель не мог бы найти тот товар, который кажется ему ценным и за который он готов хорошо раскошелиться.

Итак, для нас рынок — это не конкретное место, а абстрактный принцип, выполняющий функции ценообразования и сводничества его взаимозаинтересованных субъектов. Одна из задач этой работы — показать, как этот всеобщий рыночный принцип распространяет свое действие на любовные отношения разнополых людей.

Представим понятие, которое станет одним из ключевых в нашей концепции — сексуально-брачный рынок. (В свое время Э. Фромм в книге: «Человек для себя» ввел понятие Личностного рынка (к сожалению, эту тему подробно Фромм развивать не стал). Так вот, можно сказать, что наш Сексуально-брачный рынок является частным сегментом Личностного рынка. Только если Фромм, описывая свой личностный рынок, делал больший упор на профессиональные качества, то здесь мы остановим свой интерес на качествах индивида в его половой принадлежности. Также Фромм описывал рыночную регуляцию человеческих отношений, как социальную патологию современности, а я вижу рынок как естественный принцип, существовавший в той или иной форме на всем протяжении истории человечества, и ставлю себе задачу не бороться с естественной данностью, а понять ее.)

Так вот, предлагаемый нами сексуально-брачный рынок является частным сегментом рынка как вышеуказанного принципа и подчиняется всем свойственным ему законам.

Итак, определим: сексуально-брачный рынок — это гипотетическое пространство, в котором еще не определившиеся в отношении своего сексуально-брачного партнера юноши и девушки (Для простоты изложения, здесь и далее, будем их называть так, в не зависимости от возраста, в котором поиск и выбор стали актуальными (или вновь актуальными) ищут, оценивают и выбирают друг друга. Отношения юношей и девушек на этом рынке определяются общерыночными законами.

Вся нижележащая часть этой работы посвящена тому, как юноши и девушки (мужчины и женщины), будучи одновременно и субъектами, и объектами сексуально-брачного рынка, оценивают, выбирают друг друга, какими принципами это обуславливается, что необходимо для того, чтобы пара сформировалась.

3. В чем проблема выбора партнера?

Человек как биологический вид на сегодняшний день с избытком заполнил земной шар. По своей численности Человек Разумный уступает разве только тараканам, мухам и прочей малополезной с нашей точки зрения живности. И неужели при такой предостаточной представленности человеческих индивидов в обществе так трудно найти и выбрать индивида противоположного пола, который так же свободен, то есть в поиске?

Вроде проблема элементарна, но почему-то большинство людей решает ее не сразу, иногда со сложностями, а некоторые люди так и не могут ее решить совсем и остаются в одиночестве. Также нелишним будет сказать, что на пути решения этой задачи почти все люди в той или иной степени переживают такие стрессы, что мало не покажется.

Чтобы было легче понять суть проблемы, для ее иллюстрации предлагаю представить, что мы оказались на вещевом рынке.

Нас окружает несметное количество товаров самого различного качества. Мы пришли на рынок, потому что имеем потребность в товаре. Товары попали на рынок, потому что имеется потребность в их сбыте. В нужном месте и времени произошла встреча нуждающихся в товарах покупателей и нуждающихся в покупателях товаров.

Но…

Но почему же мы так долго ходим по рынку и ничего еще не купили?

Чем серьезнее и важнее для нас вещь, за которой мы сюда пришли, и чем скромнее содержимое нашего кошелька, тем выше вероятность того, что мы вернемся с рынка без покупки.

А почему?

Потому что каждый приходит на рынок в надежде купить товар не какой попало, а качественный, тот, который на самом деле понравится. А кошелек-то у разных покупателей разной толщины.

И продавец тоже скорее унесет нереализованный товар обратно, чем продаст его по дешевке. Продавец имеет свое мнение о цене своего товара и желает получить за него столько, сколько желает, а не меньше этого.

Итак, сегодня на рынке покупателей было много, товаров было много, а сделок состоялось мало.

А теперь давайте попробуем сравнить происходящее на вещевом рынке с тем, что происходит в обществе на так называемом рынке человеческих отношений.

По-моему, описанный выше пример приоткрывает нам понимание того, почему при большом наличии в обществе юношей и девушек, желающих обзавестись сексуально-брачным партнером противоположного пола, образование пар идет достаточно вяло.

Может быть, дело в том, что, постоянно находясь в обществе, то есть на рынке, на котором представлен широкий ассортимент лиц противоположного пола, каждый (-ая) индивид хочет создать отношения с партнером не с каким получиться, а с каким получше?

Начало  

© В. Басун, 2003 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2018.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов