.
  

© С. А. Зелинский

Информационно-психологическое воздействие на массовое сознание

««« К началу

Информационно-психологические войны (продолжение)

Победив в психологической войне 1917-1991 годов, Запад тем не менее не оставил своих попыток навязать собственные установки в России. Происходит подобное, как мы обращали внимание выше, путем непрекращающихся атак в идеологической сфере. Победу в подобной войне противник видит в духовной экспансии, навязывании западного образа жизни. Однако мы не будем сейчас приводить примеры, которым пользуется враг в настоящее время, — это тема отдельного исследования, — и продолжим рассматривать теоретическую базу ведения подобного рода войн. Войн, названных информационно-психологическими, потому как в результате использованных в результате ведения подобных войн методов и способов достижения результата, происходит целенаправленное и методичное воздействие на психическое сознание масс путем различной информации. А еще вернее — основной удар приходится на подсознание. Потому как еще со времен Фрейда было известно, что задействование сублиминальных, подкорковых слоев сознания, оказывает в итоге свою исключительно результирующую роль в характере последующих поступков как индивида в частности, так и поведения масс в целом. Причем с помощью средств массовой коммуникации (с их расширенных арсеналом приемов и способов подобного воздействия) удается задействовать значительный по масштабам охват аудитории.

Воздействие на массовое психическое сознание оказывает в итоге самым результативным фактором управления массами. При этом следует обратить особое внимание, что на самом деле подобное воздействие происходит на подсознание, или другими словами, на бессознательное психики как отдельного индивида так и масс.

Рассматривая вопрос существования бессознательного в психике индивида, Фрейд отмечал[21], что существуют латентные мысли, которые не проникают в сознание. Такие мысли он предлагал называть бессознательными, как мысли, находящиеся вдали от сознания, мысли, не проникающие в сознание. «…каждый психический акт — писал Фрейд[22], — начинается как бессознательный и может таким и остаться или же, развиваясь дальше, проникнув в сознание, в зависимости от того, наталкивается он на сопротивление или нет».

Фрейд рассматривал структуру психики как сочетание трех композиций: сознания (Я), бессознательного (Оно), и цензуры психики (Сверх-Я), уделяя бессознательному (подсознанию) весьма существенную роль как в психике индивида, так и проекции этой психики на окружающий мир. Заметим, что зачастую как раз в этой проекции проявляются те тайны психики индивида (касающиеся поведения, мотивов такого поведения), которые становятся доступны пониманию только посредством психологического анализа.

Одним из доводов в пользу существования бессознательного в психике, Фрейд называл возможность управления сознанием посредством воздействия на бессознательное, на подсознание[23]. При этом тут важно говорить о том, что подобное воздействие может быть применено как в лечебных целях (и тогда психоанализ Фрейда мы рассматриваем как, прежде всего, психотерапевтическую методику), так и в целях воздействия на подсознание для управления массами (в этом случае ведем речь о прикладном психоанализе).

Для нашего исследования, для исследования механизмов воздействия на массы, для массовой психологии, необходимо прежде всего принимать во внимание именно прикладной аспект психоанализа. И при этом важно помнить, что Фрейд в конце жизни рассматривал психоанализ большей частью как раз как метод воздействия на массы. Другой вопрос, что некогда бывшие ученики и последователи не пошли за учителем, замкнувшись на лечебном (психотерапевтическом) психоанализе[24].

«Сегодня мы должны откровенно признаться — частично мы предали нашего Бога и отреклись от его Завета, — пишет проф. В. А. Медведев[25], метафорически обыгрывая имя Фрейда, как Бога для психоаналитиков. — Психоанализ, задуманный им как глобальный исследовательский проект по созданию некоей «метапсихологии», объединяющей в себе в виде системного динамического единства знание о сознательном и бессознательном аспектах человеческой психики и призванной вывести людей на новые рубежи самопознания… мы ограничили системой платной психотерапевтической практики. И напрасно Творец взывал к избранному им психоаналитическому народу: Опомнитесь, психоанализ лишь был открыт на больных, он представляет собой знание о глубинной сущности человека и превращение его в медицинскую специальность является роковым для самого его будущего… Но было уже поздно. Он говорил в пустоту, ведь знаменитые «Новые лекции по введению в психоанализ», из текста которых и взята воспроизведенная выше его горестная фраза, составлялись им уже как обращение в воображаемой аудитории единомышленников».

Заметим, что подобное «упущение» не оказало существенного влияние на желание тех, кто понимал, что с помощью учения о бессознательном, становятся доступны механизмы скрытного управления массами. Причем программирование масс подобным образом осуществлялось на всем протяжении истории 20 века весьма успешно. Вспомним Германию времен Третьего Рейха. 80 миллионов немцев вдруг стали беспрекословно подчиняться фюреру в лице Адольфа Гитлера и других вождей рейха, из которых следовало бы по особенному отметить рейхсминистра народного просвещения и пропаганды П. Й. Геббельса[26]. При этом обратим внимание, что методы пропаганды, разработанные Геббельсом, не только позволили внушить народу Германии абсолютную любовь к фюреру[27],  но и способствовали тому, что за четыре года войны — в плен к немцам добровольно сдалось очень большое количество русских солдат. Причем сдавались не только в начале войны (что еще как-то объяснимо), но и в самом конце войны, когда Советская Армия уже победоносно шествовала по миру, освобождая Европу. Вот данные, которые приводит историк А. Гогун[28]: «…в 1942 году, после битвы под Москвой — шесть дивизий перебежчиков  (79 779 человек), в 1943 году — после Сталинграда, больше двух пехотных дивизий полного состава (26 108 человек). В 1944 году, когда многие в мире предполагали, что война закончится именно в этом году, а красноармейцы, пройдя через Украину и Белоруссию, воочию убедились во всех прелестях нацистского «нового порядка» — численность осознанных «предателей» равна численному составу дивизии (9 207 человек)». И в этом, заметим, заслуга именно тех схем манипулирования массами, тех механизмов воздействия на массы, которые разработал Геббельс.

«Действенность нацистской пропаганды оценили и «органы», — замечает А. Гогун[29]. — За найденную вражескую листовку или власовскую газету красноармейца расстреливали. На протяжении всей советско-германской войны военные трибуналы (понятно, не только из-за случаев с экземплярами вражеской пропаганды) вынесли 167000 смертных приговоров.

167 тысяч человек — это численность двух общевойсковых армий тех лет».

«Можно привести и другие соображения, — продолжает А. Гогун[30]. — Численность советских коллаборационистов в Вермахте, СС и полицейских частях Германии составила свыше одного миллиона человек. Кроме того, на оккупированной территории СССР насчитывалось не менее трехсот тысяч полицейских индивидуальной службы (что-то вроде милиции в советской… системе).

То есть, как минимум на умы населения Советского Союза нацистская пропаганда оказала довольно внушительное воздействие, — подытоживает историк. — Особенно, если учесть, что нацисты не считали славян за людей и установили для них режим грабежа и террора. И, тем не менее, народ с немцами сотрудничал».

При этом следует обратить внимание, что лидеры социал-демократической партии Германии, ставшие во главе страны после избрания А. Гитлера канцлером Германии, уделяли наиглавнейшее значение средствам массовой коммуникации, как способу манипулирования массовым сознанием. А. Гоген отмечает, что на основании трудов Гитлера, Геббельса и других «…практиков идеологического воздействия на массы, теоретик журналистики и публицистики Дофифат сформулировал принципы нацистской пропаганды: «Принципов приводилось два — оба со ссылкой на «Майн кампф» Гитлера. Они гласили: 1) гуманность и красота «не могут находить применения в качестве масштаба пропаганды»…; 2) пропаганда «вечно должна адресоваться только массе»…

«Из этого вытекают, — констатировал позже диссертант доктора Дофифата, — основные законы публицистики:

I основной закон — закон умственного упрощения...

II основной закон — закон ограничения материала...

III основной закон — закон вдалбливающего повторения...

IV основной закон — закон субъективности...

V основной закон — закон эмоционального нагнетания...»

При этом объективное выяснение истины квалифицировалось — опять-таки со ссылкой на Гитлера — как «доктринерское простодушие»».

Иными словами, вопрос об истинности пропаганды сознательно оставлялся за скобками.

Закон умственного упрощения означал, что любая сложная мысль, объясняющая то или иное явление, сводилась до простой схемы, понятной любому человеку. То же самое касалось и лексики пропагандистов — слова должны были быть понятны каждому, за исключением разве что умственно неполноценных людей (для которых гитлеровцы разработали программу «эвтаназии»).

Закон ограничения материала был тесно связан с первым законом. Если о каком-либо предмете рассказывать подробно, давать о нем много информации, то, во-первых, объект воздействия просто «утонет», запутается в ней, потеряет интерес к пропагандистским материалам. Это снизит общий эффект влияния на массы. Во-вторых, если человек обладает большим объемом информации о том или ином явлении, то индивида становится сложно убедить, что только одна точка зрения на это явление — верная.

Субъективность присутствует во всех пропагандистских материалах, причем в двух аспектах. Во-первых, при составлении листовки или текста радиовыступления учитывается субъективный настрой людей, для которых пропаганда предназначена. Геббельс в 1928 году говорил: «Выступая в провинции, я говорю совсем не так, как в Берлине, а для людей в Байрейте (города Рихарда Вагнера) я нахожу совсем другие слова, чем для берлинцев…».

…Во-вторых, автор преднамеренно субъективен, то есть ему не важно, что представляет собой на самом деле предмет, о котором он повествует. Геббельс откровенно говорил: «Пусть сколько угодно говорят о том, что наша пропаганда — крикливая, грязная, скотская, что она нарушает все приличия — плевать! В данном случае все это уже не так уж важно. Важно, что она вела к успеху — вот и все!».

Эмоциональное нагнетание необходимо, как для того, чтобы поддерживать у человека постоянный интерес к тому, о чем рассказывает пропаганда, так и для того, чтобы информация легче входила в голову. Когда говорят эмоции и чувства, разум молчит. Возбужденный человек гораздо легче совершает необдуманные поступки: а именно к таковым его подталкивали руководители Третьего Рейха. К тому же эмоциональная возбужденность очень сильно изменяет поведение человека, даже повседневное. Как правило, происходит мобилизация организма, всплеск сил... И эти силы умелый политик, особенно в тоталитарном государстве, может легко направить в нужное ему русло.

Силой тоталитарной пропаганды является ее массовость и всеохватность»[31].

Рассматривая пропаганду Геббельса, Т. Б. Паулсен, в автореферате диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук, обращает внимание, что: «Принципы руководства массами, изложенные И.Геббельсом, сводятся к следующему:

  • принципы размаха и концентрации, согласно которым заранее отработанные лозунги должны внедряться в сознание масс методично;
  • принцип простоты: массовое сознание открыто примитивным постулатам.

Министр пропаганды Третьего рейха лично редактировал наиболее важные документы, художественные тексты, предназначенные для опубликования…». [32]

Рассматривая роль сочетания харизмы лидера (вождя Третьего Рейха) и пропаганды, Т. Б. Паулсен делает очень важные выводы, которые приближают нас к пониманию причин того влияния, которые оказывали вожди Рейха на немецкий народ: «Переходя к взаимовлиянию харизмы и пропаганды, — пишет Т. Б. Паулсен[33], —… стоит сделать ряд выводов:

  • для каждой личности можно изобрести харизматический прием, что позволит создать иллюзию обладания харизмой у данного индивида, но пропаганда действительно харизматической личности — это ее позиция, подход и решение.
  • пропаганда может существовать без харизматической личности, но харизматическая личность не может существовать без пропаганды.

Пропаганда для харизматической личности специфична — это сплав приемов, которые воздействуют в большей степени на подсознание, нежели на разум. Экстеоризация идей харизматической личности — не произвол, это особая жестко структурированная реальность, чья деятельность протекает в особом аналитически-синтетическом режиме, оперирующем с реальными, но не осознанными данными. Сознание харизматической личности оперирует с рециклированием множества реальных данных, обрабатываемых по модели более совершенной, нежели устройство рассудка обычного человека. Тем не менее харизматическая пропаганда опирается на ряд отработанных приемов, которые использовались в прошлом и продолжают использоваться для завоевания масс, а именно:

  • создание мифов;
  • использование достижений великих умов нации;
  • ставка на избранность, аристократизм, новизну;
  • подбор музыки;
  • фабрикование псевдонаучных космогоний;
  • использование кинематографа;
  • организация спортивных соревнований, делающих акцент на культе силы;
  • характерные язык, жесты, символика, одежда, свет;
  • использование огня, конкретного времени суток, цветовой гаммы;
  • другие способы воздействия на подсознание.

Уделяя внимание языку харизматической пропаганды, стоит сделать следующие выводы:

— в текстах харизматической пропаганды используются художественные приемы, применяемые в литературных произведениях, которые служат для усиления художественного впечатления: гипербола, гротеск, аллегория, антитеза, метафора, афористичность мысли, использование законов времени и пространства в художественном произведении, ритуально-мифический характер произведений, при помощи которого автор обращается к сознанию читателя, возвращая его в состояние первобытного человека, когда мир в его сознании разделен прежде всего на две части — обычную и священную. Язык харизматической пропаганды вводит читателя в мир иррациональный, как бы говоря, что чудеса могут происходить, стоит лишь поверить в сам необычный мир;

  • харизматическая пропаганда использует в своих текстах взаимоуничтожающие сочетания слов, которые должны оставаться для масс бессмыслицей, следование древнему изречению «Верую, ибо это абсурдно»;
  •  языку харизматической пропаганды присущи серьезность, невозмутимость излагаемых мыслей, пусть даже самых абсурдных и циничных, практикуется использование черного юмора».

Рассматривая влияние пропаганды со стороны гитлеровской Германии во время Второй Мировой войны, проф. И. Н. Панарин[34] отмечает[35]: «Основными формами информационного противоборства в ходе войны явились печатная и радиопропаганда. В меньших масштабах были представлены устная пропаганда и наглядная агитация.

…руководители фашистской Германии с большим вниманием отнеслись к проблемам ведения военной пропаганды. Зал съезда национал-социалистов в Нюрнберге в 1936 году украшал лозунг: «Пропаганда помогла нам прийти к власти. Пропаганда поможет нам удержать власть. Пропаганда поможет нам завоевать весь мир». Сразу же после прихода к власти в Германии Национал-социалистской партии гитлеровское руководство образовало Министерство народного просвещения и пропаганды во главе с Йозефом Геббельсом.

С первых шагов своей политической деятельности Гитлер уделяя огромное внимание информационному воздействию на психику людей. Именно Гитлер, после прихода к власти в Германии, впервые предпринял попытку глобального информационного воздействия (экспансии) на население других стран. Информационное влияние осуществлялось следующими способами:

1. Распространением информации через информационные агентства, радио, путем доставки за границу немецких газет и журналов, листовок через агентурную сеть.

2. Через немецких корреспондентов за границей, а также через иностранные газеты, находящиеся под немецким влиянием.

3. Путем проведения выставок и ярмарок в Германии, участия в ярмарках и выставках за рубежом.

4. Осуществлением культурного обмена с дружественными странами во всевозможных областях (наука, искусство, спорт, воспитание молодежи и т.д.)».

Профессор И. Н. Панарин описывает способы подготовки ведения пропаганды со стороны фашисткой Германии против СССР, которые могут быть весьма полезными и сейчас, потому как частично раскрывают механизмы сбора информации для последующей пропаганды. «С конца 1940 года, — пишет И. Н. Панарин[36], — немецкие ведомства, начали активную работу по сбору информации в интересах проведения информационно-психологического обеспечения нападения на СССР: обрабатывались материалы красноармейских газет приграничных военных округов и другая периодическая печать, вплоть до многотиражек крупных заводов и ведомственных журналов, выходящих небольшими тиражами. К работе привлекались так называемые «специалисты по России», в том числе и из состава эмигрантских организаций, изъявивших желание сотрудничать с немцами. Они готовили аналитические материалы, определяли слабые стороны советских военнослужащих, вскрывали проблемы советского общества, разрабатывали рекомендации по информационно-психологическому воздействию на личный состав Красной Армии и население с учетом национально-психологических особенностей, традиций и культуры».

Причем стоит отметить, что методы пропаганды фашисткой Германией всегда корректировались. Например, перед реализацией плана «Барбаросса», 6 июня 1941 года в войска Вермахта была разослана директива, согласно которой «Основными целями информационно-психологического воздействия являлись: устрашение противника; усиление пораженческих настроений; создание позитивного представления о плене; подрыв авторитета государственного и военно-политического руководства СССР; побуждение к добровольной сдаче в плен и к дезертирству; подрыв авторитета командиров и начальников, неповиновение им; усиление недовольства гражданского населения положением в стране; побуждение населения к лояльному отношению к военнослужащим вермахта; усиление тревоги за судьбу родных»[37].

О том, как тщательно доктор Геббельс подбирал методы пропаганды, может служить тот факт, что «Министерство пропаганды отпечатало к 22 июня 1941 года свыше 30 млн. листовок, красочных пропагандистских брошюр карманного формата на 30 языках народов СССР и подготовило несколько радиопередач. На Восточном фронте было сосредоточено 17 рот пропаганды. Когда 22 июня 1941 года в З.15 немецкая артиллерия наносила огневой удар по объектам на территории Советского Союза, при помощи агитснарядов было распространено значительное количество листовок с обращением к красноармейцам, командирам Красной Армии… В течение первых двух месяцев войны ими было распространено около 200 млн. листовок. Основной формой пропаганды проводимой вермахтом, являлась печатная пропаганда (листовки, газеты, журналы, использовалось и устное вещание). Наибольших успехов пропагандистская машина вермахта добилась в 1942 году. После этого командование Вермахта предпринимает дополнительные меры по усилению воздействия на психику военнослужащих Красной Армии, населения Советского Союза (происходит усиление подразделений пропаганды, они становятся самостоятельным родом войск).

На начало 1943 года войска пропаганды Вермахта включали: 21 роту пропаганды сухопутных войск, 7 взводов военных корреспондентов сухопутных войск, взвод военных корреспондентов Великая Германия, 8 батальонов пропаганды на оккупированной территории, состоящих из добрововольцев-пропагандистов»[38]. Вспомним, что роль немецко-фашисткой пропаганды отмечали и в войсках Советской армии. За чтение подобных листовок грозил расстрел или штрафбат[39].

Кстати, историк А. Гогун приводит  факты создания на территории СССР, захваченной немцами, редакций газет фашисткой Германии, которые активно выпускали прессу на русском языке, и на языке народов СССР[40]. Кроме того, А. Гогун пишет и о том, что именно доктор Геббельс придумал выражение «железный занавес». «Геббельс пророчил, — пишет А. Гогун[41], — что если Вермахт сложит оружие, то Советский Союз оккупирует Восточную Европу, над которой тут же опустится «железный занавес». О том что так и случилось, мы знаем из истории. Но при этом нам хотелось бы отметить важную роль И. В. Сталина, сумевшего воспользоваться победой над фашисткой Германией для установления советского строя в странах восточной Европы. Тем самым Сталин на долгие годы обезопасил СССР от нападения со стороны Запада. И только после Перестройки Горбачева и разрушения страны Ельциным, страны НАТО не только разрушили «железный занавес», прочно защищавший рубежи нашей Родины, но и размещают свои ракеты все ближе к границам России. «…мир — становится сегодня не проще, а сложнее и жестче, — предостерегает нас В.В. Путин[42]. — Мы наблюдаем, как, прикрываясь высокими лозунгами свободы, открытого общества — подчас уничтожаются суверенитет стран и целых регионов. Как под громкую риторику о свободе торговли и инвестиций в самих развитых странах усиливается политика протекционизма. Разворачивается и ожесточенная борьба за ресурсы… В этом контексте понятен растущий интерес внешнего мира к России... Бог не обидел нас природными богатствами. Как результат — нам все чаще приходится сталкиваться с рецидивами политики «сдерживания». Но за всем этим, по большому счету, зачастую стоит стремление навязать нам нечестную конкуренцию и обеспечить себе доступ к нашим ресурсам».

Кстати, Адольф Гитлер в свое время начинал как пропагандист, специалист по пропаганде в социал-демократической партии. В 1921 году он возглавил пропаганду нацисткой партии. «Эту работу я в тот момент считал самой важной, — вспоминает А. Гитлер в своих мемуарах «Моя борьба»[43]. — … вся задача в той обстановке заключалась в том, чтобы прежде всего познакомить с нашими идеями возможно больший круг людей… Только на путях пропаганды можно было создать первое небольшое ядро, проникшееся идеям нашего нового учения, и затем можно было подобрать тот человеческий материал, из которого должны были позднее создаться первые элементы организации».

В своих мемуарах Гитлер подробно рассматривает вопрос создания организации, которая в последующем подчинила себе почти всю Европу, и что самое главное — 80 миллионный немецкий народ, массовое психическое сознание которого было обработано сначала пропагандистом Гитлером, а позже — занявшим его место в пропаганде партии — Геббельсом. И при этом, как бы мы не относились к Гитлеру как к врагу, мы должны, как минимум, во-первых, знать методы врага (чтобы в последующем суметь выработать механизмы защиты против схожих форм воздействия на массы), а во-вторых, методы фашизма, на наш взгляд, необходимо обязательно рассматривать в наше время, подходя к этому с научной точки зрения, ведь фашистская Германия существовала 12 лет, а это срок. К тому же из истории мы помним победоносное шествие германских войск по Европе[44], когда ведущие теперь европейские страны тогда подчинились Германии, не сумев ничего противопоставить немецкой машине Третьего Рейха. В связи с этим важно и понять те механизмы, которые задействовал Гитлер в создании организации, которой, если бы не Советский Союз, подчинялся бы весь мир.

«В роли руководителя пропагандистского отдела партии, — писал Гитлер[45], — я заботился не только о том, чтобы создать движению достаточно большой контингент сторонников, я ставил себе еще одну задачу. Придавая пропаганде самый радикальный характер, я стремился добиться того, чтобы организация со временем получила только самый доброкачественный человеческий материал. Чем более радикальной и вызывающей была моя пропаганда, тем более отталкивала она всех слабых и колеблющихся и тем более мешала она таким людям проникать в ряды нашей организации и ее основного ядра».

Кстати, первыми офисами партии были трактиры да кафе. «Когда осенью 1919 г. я примкнул к партии, состоявшей тогда из шести человек, у нее не было еще ни малейшего аппарата, ни одного служащего, ни одного печатного документа и даже не было бланков и печати. Комитет партии имел свое пристанище сначала в маленьком трактирчике…, затем в другом небольшом кафе, — вспоминал Гитлер[46]. —…Спустя некоторое время я отправился в обход по мюнхенским ресторанам и трактирам с расчетом найти какую-нибудь отдельную комнату, которую можно было бы снять под постоянное помещение для партии. В пивной Штернэкке я нашел небольшое подвальное помещение... Подвал был… совершенно темный и… имел только одно небольшое окно, выходившее на узенькую улицу, и таким образом даже в самые солнечные дни в нашем помещении все же царила полутьма. Вот там-то мы и обосновались».

Возвращаясь к вопросу ведения информационно-психологических войн, еще раз обратим внимание, что подобного рода воздействия происходит благодаря вмешательству в подсознание с целью формирования установок в массовом психическом сознании, и, собственно, направленности самого взгляда сознания масс. При этом следует заметить, что из подсознания в сознание подобные процессы могут или переходить, или не переходить, то есть иметь скрытые формы управления психикой, управления без фактического осознавания индивидом себя как частью толпы, массы, тех процессов, которые фактически руководят как его поведением, так и, собственно, появлением у него тех или иных взглядов, мнений, суждений, какого-либо подхода в видении ситуации.

Значимую роль приобретает в факторе влияния на массовое сознание идеология, которая фактически формирует общественное мнение в заданном идеологами ключе.  «Для того чтобы успешно осуществлять идейное воспитание… необходимо хорошо представлять структуру общественного сознания, его основные элементы, — писал Д. А. Волкогонов[47]. — Различные элементы общественного сознания по-своему отражают общественное бытие. С этой точки зрения структура общественного сознания предстает в виде двух уровней, двух «этажей». Нижний уровень — обыденное сознание — включает в себя эмпирические знания и общественную психологию, верхний — теоретический уровень — состоит из двух основных элементов: естественно-технических знаний и идеологии. …это деление достаточно относительное, условное. Между верхним и нижним уровнями существует тесная связь, взаимодействие и взаимовлияние, которые осуществляются в процессе отражения общественного бытия».

«…в теоретическом слое сознания, на рациональном уровне отражения действительности, находится идеология, — отмечает Д.А. Волкогонов[48]. — Она… представляет собой систему идей, теорий, взглядов, отражающих социальную действительность с позиций определенных классов… Идеология тесно связана с экономическим базисом и всей структурой производственных отношений и политических институтов».

«…Идеология включает в себя теоретические концепции, — продолжает Д. А. Волкогонов[49], — выражающие суть общественного строя и его идеалы, взгляды и идеи, обосновывающие функционирование данной социальной системы. В реальной действительности общественное сознание выступает в конкретных формах. Как видим, структура общественного сознания имеет не только вертикальный «срез» — уровни общественного сознания, но и горизонтальный — формы общественного сознания».

Рассматривая пример использования средств массовой информации в психологической войне, Д. А. Волкогонов обращает внимание, что впервые печатные СМИ были апробированы на противнике в годы Первой Мировой войны 1914-1918 годов[50]. «Именно в этой войне были использованы средства и методы психологической войны, которую стали вести друг против друга империалистические коалиции, — пишет Д. А. Волкогонов[51]. — … По мере затягивания войны руководство коалиций приходило к выводу о необходимости усиления духовного воздействия на противника. При штабах воюющих армий создавались соответствующие отделы и подразделения, призванные организовать «войну слов» — агитацию противника. Особенно активно вела психологическую войну с помощью печатной продукции Англия. Были выпущены миллионы листовок, которые разбрасывались авиацией и с помощью воздушных шаров над позициями противника. Кроме того, английское правительство создало специальные органы, снабжавшие печатные издания других стран британскими версиями о ходе войны. Было налажено издание журнала «Война в иллюстрациях», информационных бюллетеней, выпускались военные фильмы о положении на фронтах.

По распоряжению французского командования распространялись листовки среди населения и войск противника. За время действия службы пропаганды французской армии в первой мировой войне было сброшено на германские города и позиции войск около 30 млн. экземпляров листовок, газет и брошюр. В конце войны Антанта сделала первые шаги по координации своих пропагандистских усилий: возник специальный штаб по разложению вражеских войск».

«В свою очередь Германия также пыталась вести пропагандистскую войну против франко-англо-русской коалиции, — продолжает Д. А. Волкогонов[52], — широко используя методы запугивания, обмана, дезинформации. Так, в листовках, которые разбрасывались с германских цеппелинов на восточном фронте в 1915 г., утверждалось, что англо-французские войска на западе разгромлены и такая же участь уготована русским войскам, поэтому, чтобы избежать «ненужного кровопролития», русским солдатам предлагалось организованно сдаваться в плен. Немцы, как и их противники из Антанты, распространяли «пораженческие» листовки, в которых сообщалось о бедствиях в тылу, голоде, массовых болезнях населения стран противоборствующей коалиции».

«… первая мировая война была первой войной, в ходе которой широко использовались подрывные средства для деморализации войск и населения противника, — обращает внимание Д. А. Волкогонов[53]. — Впервые были использованы специальные подразделения пропаганды, стала создаваться техника распространения печатной агитации, формировались органы «войны слов», масштабы действия которых в ряде случаев были значительными».

«…Наиболее ожесточенную форму психологическая война приняла при прямом военном столкновении империализма и нового строя, родившегося в Советской России, социализма», — делает заключение Д. А. Волкогонов[54].

Следует обратить внимание, что психологическая война действительно до сих пор продолжается против нашей страны, даже после победы в Холодной войне в результате сначала инициирования горбачевской Перестройки, а после и последствий ее в виде разрушения великой державы, а также физического (в результате бандитских разборок при переделе собственности конца 80-х — середины 90-х годов; в результате смерти от резко увеличившейся алкогольной зависимости, когда у народа отобрали веру в будущее, и народ стал искать спасения в том иллюзорном мире, который давал алкоголь; в результате кавказских войн и террористических актов; в результате деятельности черных риэлтеров; в результате деятельности финансовых пирамид; и т.п. следствий распада страны) и духовного уничтожения народа.

Сейчас такая война, как мы уже заметили, ведется с помощью информационных технологий. Первый заместитель начальника Генштаба вооруженных сил РФ генерал-лейтенант Алексей Бурутин на форуме «Информационные решения для безопасности России» проходившем 31 января 2008 года заявил, что «Достижение победы в возможных будущих войнах и вооруженных конфликтах будет достигаться путем уничтожения управления государством и вооруженными силами за счет информационных технологий»[55]. Форум проводился в здании Правительства Москвы, и был масштабным по составу участников, представителей 60 федеральных министерств и 7 федеральных округов.

Генерал-лейтенант А. Бурутин сделал уточнение, что развитые государства Запада не только активно участвуют в информационной войне, но и разрабатывают все новые механизмы подобного рода войны, в том числе и против России. «В настоящее время развитые государства активно разрабатывают формы и методы борьбы в информационной сфере — информационное оружие, которое может использоваться в мирное и военное время, — сказал А. Бурутин[56]. — Эти средства сочетают невысокий уровень затрат и высокую эффективность их применения. Информационное оружие не используется в традиционном понимании — для уничтожения противника, — для него не требуется создание сложных структур и при этом нет необходимости пересекать границы. Уже ряд стран взяли курс на ведение информационных войн. Объемы финансирования на эти цели свидетельствуют о том, что превосходство в информационной сфере рассматривается как один из основных способов достижения национальных стратегий этих стран в XXI веке».

Первый зам.начальника Генштаба вооруженных сил РФ А. Бурутин заявил, что Россия тоже приступила к разработке способов ведения информационных войн[57]. «…в обозримом будущем достижение конечных целей войн и вооруженных конфликтов будет решаться не только уничтожением войск и сил противника, сколько за счет подавления его государственного и военного управления, навигации и связи, воздействия на другие информационные объекты, от которых зависит стабильность управления государством», — делает вывод А. Бурутин[58].

«Кроме того, с помощью информации можно воздействовать на людей и их мировоззрение. Такого рода воздействие, по словам генерала, уже «ведется по линии разрушения духовных ценностей, путем воздействия на индивидуальное, групповое и массовое сознание» населения России. Как сообщает «Интерфакс», Батурин считает, что с помощью информационного оружия ряд неправительственных организаций, получающих финансирование из-за рубежа, формируют негативный образ России. Как суверенное государство, Россия принимает действенные меры для отражения атак с применением информационного вооружения.

Российская концепция информационной войны, разработанная в середине 90-х годов, включает в себя 4 компонента: разрушение систем связи противника; перехват сообщений; взлом компьютерных сетей; воздействие на общественное мнение путем распространения дезинформации. В отличие от США, где существуют две самостоятельные концепции — информационной и психологической войны, в России они рассматриваются как одно целое.

Пять лет назад Совет безопасности РФ утвердил концепцию внешней информационной политики. В этой концепции в качестве угрозы информационной безопасности страны названо: «Вытеснение российских СМИ с внутреннего рынка и усиление духовной, политической и экономической сфер общественной жизни России от зарубежных информационных структур». В качестве меры противодействия этой угрозе, среди всего прочего, предлагалось «усиление регулирующей роли государства в СМИ». По оценкам специалистов сегодня в России достигнуты определенные успехи в этом направлении. Привычки и желания российских потребителей информации в настоящее являются объектами пристального изучения, затем через подконтрольные государству СМИ населению внедряются необходимые «знания» — психологические установки, социальные стереотипы, политические симпатии/антипатии. Немаловажную роль в этом играет и «организационное оружие», среди методов которого — создание образа врага, принцип «разделяй и властвуй», контрпропаганда»[59].

Обратим внимание, что информационное оружие является мощнейшим средством идеологического воздействия и пропаганды, ориентированном на подавление массового психического сознания, внедрения в подсознание масс соответствующих установок (паттернов поведения), которые в любое время могут быть активированы манипуляторами. Причем уже исходя из того, что сознание любого индивида, находящегося в социуме, неразрывно связано как с законами управления масс, так и с правилами поведения в обществе, можно говорить о том, что подобного рода воздействию подвержены все жители страны. Важное место в таком воздействии на подсознание в частности, и массовое психическое сознание в целом играют средства массовой коммуникации (СМК), без которых невозможно существование современного социума, современной жизни. Индивиды, заключенные в массы (в рамках социума), видят в средствах массовой коммуникации прежде всего возможность получения информации об изменениях, происходящих в мире.

В современных условиях существования невозможно быть социально активным членом общества, добиться успехов в жизни, и смотреть на мир с маргинальных позиций. Это невозможно еще и потому, что все индивиды в процессе собственного существования уже так или иначе получают информацию из внешнего мира, в том числе и путем вступления в межличностные контакты. Не общаться с другими невозможно, и подобное общение происходит на работе, учебе, или в кругу семьи. А значит даже те индивиды, которые как будто намеренно (сознательно) не читают прессу, не смотрят телевизор, не ходят в кино, в театры, и т.п. — все равно волей—неволей получают различного рода информацию от других индивидов. Это как распространение слухов. Вы можете не желать ничего знать, но информация все равно дойдет до вас. Другой вопрос как вы этой информацией воспользуетесь. Но уже можно заметить, что невозможно быть социально активным членом общества и при этом быть этаким маргиналом, ставящим себя вне общества. Вне общества — значит и вне законов общества. И если случается подобное, то подобные индивиды рано или поздно оказываются изолированными от общества, будучи помещенными, например, в закрытые учреждения пеницитарной системы. А все остальные уже так или иначе «вынуждены» (вынуждены, если мы рассматриваем отсутствие подобного желания) не только получать информацию из внешнего мира (а значит и информацию посредством деятельности СМК и СМИ), но и выстраивать свои отношения с обществом, модели построения собственной жизни в социуме, в соответствии с теми нормами поведения (а значит и установками), которые навязывают нам средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Причем в этом случае отдельные индивиды — как индивиды, представляющие массу — будут являться некими передаточными звеньями коммуникативных связей в рамках существования того или иного общества, общественного строя.

Говоря об информационно-психологическом воздействии на массы, мы должны понимать, что подобного рода воздействия направлены прежде всего на психику индивида и масс с целью некритического анализа поступаемой со стороны средств массовой коммуникации, информации и пропаганды информации, а также с целью навязывания определенных стереотипов в сознании (в подсознании), потому как известно, как раз от стереотипов зависит и бессознательное поведение индивида в тех или иных жизненных ситуациях. Причем СМИ выступают в данном случае в роли основных манипуляторов сознания, ибо притупляют сознание посредством информации, подаваемой посредством деятельности СМИ таким образом, чтобы сформировать в индивиде невозможность критического отношения к действительности, а также затруднении в получении общей информации по тому или иному вопросу. Информация со стороны СМИ подается во фрагментарном виде. Причем представленная почти в любом выпуске прессы или ТВ информация популярного характера, оказывает свое первоочередное влияние на чувства (задействуя эмоции), и потому это еще больше затрудняет какой-либо аналитический обзор находящейся в этом же выпуске информации социально-политического характера.

Кроме того, СМК и СМИ широко использует законы суггестивного влияния на массы, понимая, например, что для того, чтобы любая информация беспрепятственно проникала в подсознание (и уже оттуда воздействовала на сознание), — хотя бы часть подаваемой информации должна иметь не только правдивый характер, но и быть понятной целевой аудитории (т.е. отражать их интересы и бессознательные желания).

Также  важен и тот факт, что при наличие информации по какому-либо вопросу, первая же информация, которая освещает данный вопрос — будет весьма позитивно воспринята массами. Поэтому так важна роль соблюдения принципа первоочередности в подаче того или иного материала.

Помимо прочего следует обратить внимание и на тот факт, что повторяемость одной и той же информации (можно с новыми подробностями) приводит к бессознательному запоминанию подобной информации, что также становится весьма важным в вопросах информационно-психологического воздействия на психику масс с целью моделирования последующего поведения этими массами. И тут не обязательно охватывать все массы в целом. Достаточно воздействия на какую-либо часть, чтобы другие, зараженные действиями (массовыми поступками) этой части массы, подхватили позыв. Потому как известно — в массах необычайно сильна заразительность и подражание. Также как, и отсутствие какой-либо критичности, свойственной еще быть может отдельному индивиду. Причем заражение (индуцирование масс) может вылиться в массовые психозы, примеры которых известны нам как из современной истории, так и из истории прошлого. Посредством психоза индивиды еще более объединяются в массы, и уже представляют собой толпу, которой значительно легче управлять, чем разрозненными индивидами. Поэтому те или иные политические круги стараются активно использовать СМК и СМИ с целью формирования установок в психике масс. Такие установки могут закладываться в т.ч. и посредством популяризации т.н. «массовой культуры». Потому как, если одно какое-либо дело сплачивает множество как будто и разрозненных в жизни индивидов, то такие индивиды уже превращаются в массу. А передачи ТВ развлекательной направленности (популярные юмористические передачи, сериалы, и т.п.) — превращают такую массу в толпу. Толпу, в которой отсутствует духовность и девальвированы понятия чести, совести, и человеческого достоинства.

Следует помнить и о том, что информационно-психологическое воздействие на психику масс направлено также с целью сформирования в массах определенных идеологических установок. О значении идеологии говорил академик А. А. Зиновьев, отмечая что «…функция…идеологии — … формирование у людей определенного и заранее планируемого способа мышления и поведения, побуждение людей к такому способу мышления и поведения, (т.е.) — формирование сознания людей и управление ими путем воздействия на их сознание.

…Идеология не просто формирует и организует сознание людей, она создает и навязывает людям определенные стереотипы (алгоритмы) сознания, проявляющиеся в стереотипах поведения. Задача идеологии — приучить какое-то множество людей сходным образом думать о каких-то явлениях реальности и совершать какие-то поступки под воздействием такого понимания сходным образом»[60].

Следует обратить внимание, что задачи идеологии фактически простираются в плоскости скрытого воздействия на сознание масс, манипулирования массами. При этом массы не должны разгадывать иллюзорность навязываемой им идеологии. Они вообще не должны подозревать, что в отношении их происходит какое-то манипулирование, скрытое, тайное воздействие. И выполнять цели и задачи, навязываемые манипуляторами — с собственным желанием. Причем перед этим подобное желание обязательно должно быть «введено» в подсознание масс любыми способами. Идеология — это прежде всего вера. Вера в навязываемый образ, вера в незыблемость идей, вера во все, что будет необходимо для поддержания правящего класса. Наибольшее применение идеология находит в построении политической системы общества.

Мощнейшая идеология была сформирована в советское время. И хоть сами Маркс с Энгельсом отказывались от употребления термина идеология, фактически советское общество строилась согласно учению Маркса-Энгельса и Ленина. Причем, как заметил  академик А. А. Зиновьев, советская идеология была на несколько порядков выше идеологии западной. (Именно потому и существовал на западе огромнейший штат советологов, а правительство капиталистических стран направлено все силы на уничтожении Советского Союза).

«Советская идеология…, — отмечал акад. А. А. Зиновьев[61], — …стремилась опираться на науку, использовать достижения науки и пропагандировать их широким слоям населения… она была самой систематизированной идеологией (из всех), какие существовали в истории».

«Особо важное значение, — продолжал А.А. Зиновьев,[62] — советская идеология имела для деятельности руководящих… органов страны, ибо… содержала целый ряд инструкций для их поведения. В сталинские годы идеология имела… нормативный характер. В послесталинские годы эта роль идеологии внешне вроде бы ослабла. Но по сути… она лишь изменила форму и ушла вглубь. Идеология ставила перед руководителями страны общую цель, которая… играла организующую роль и определяла направление стратегической деятельности руководства.

Идеология давала общую ориентацию жизни коммунистического общества и устанавливала рамки и принципы деятельности его власти».

«До известного момента советская идеология… служила одним из факторов успехов Советского Союза, — отмечал академик Зиновьев[63], — Но постепенно она… впала в кризисное состояние и стала одним из факторов кризиса и краха советского коммунизма».

«В результате антикоммунистического переворота в горбачевско— ельцинские годы, — писал Зиновьев[64], — были разгромлены все основные опоры советского социального строя.

 Советская государственная идеология была просто отброшена. …Постсоветская идеологическая сфера стала формироваться… как гибрид западнистской,… дореволюционной и советской идеологий. В Россию хлынул… поток западной идеологии. Он… овладел большей частью средств массовой информации. …Западная массовая культура, являющаяся орудием идеологии западнизма, стала покорять души россиян, особенно новых поколений».

Доктор философских наук, профессор МГУ, академик А. А. Зиновьев обращал внимание[65], что нынешняя война Запада против нашей страны приобрела скрытую форму, выражающуюся, например, в т.н. глобализации (против т.н. Холодной войны в советский период развития общества).

«…глобализация не новое явление, — пишет акад. А. А. Зиновьев[66]. — Этот процесс начался сразу после Второй мировой войны. То, что творилось до этого, было лишь попытками, которые не увенчались успехом. А то, что началось после Второй мировой — это война, весьма успешно осуществляемая. Эта война прошла стадию «холодной войны»… затем она вступила в стадию «теплой» войны… «Теплая» война — это когда к средствам «холодной» войны стали присоединяться средства горячей войны, новые средства, в особенности такие, как диверсионные операции глобального масштаба. И сейчас после событий 11 сентября в США эта мировая война открыто вступила в третью стадию — горячую войну. В стадию использования средств горячей войны, открыто и в любой точке планеты».

Академик А. А. Зиновьев обращал внимание, что холодная война велась Западом против Советского Союза. «На этом этапе глобализации главной жертвой стала наша страна, — отмечает А.А. Зиновьев. — Советский социалистический блок, который был разгромлен, Советский Союз, который был разгромлен, социальная система нашей страны, которая была разгромлена. Произошел распад Советского Союза, и ситуация, в которой мы оказались — это результат первого и второго этапа глобализации или, другими словами, мировой войны. Это сейчас можно принимать как аксиому. Если это не принимать во внимание, все процессы, происходящие на планете, останутся непонятными».

«Естественно, возникает вопрос: а кто является активным субъектом этого, кто ведет эту войну»?— задается вопросом А.А. Зиновьев, обращая внимание[67], что во второй половине ХХ века произошел перелом в развитии человечества.

 «Человечество вступило в стадию перехода от уровня общества к уровню сверхобщества, — говорит А.А. Зиновьев[68]. — Сверхобществом был Советский Союз, в этом смысле мы опередили человечество в социальном развитии на полвека. Запад сам устремился в этом направлении, и после Второй мировой войны, к концу ХХ века, западный мир стал интегрироваться, и в западном мире стало формироваться сверхобщество западной системы. Оно сформировалось. И вот оно и ведет эту мировую войну.

Произошло следующее. Метрополия, то есть основные учреждения, основные организации, располагаются в Соединенных Штатах. Поэтому выражения «Вашингтон», «Соединенные Штаты» имеют двойной смысл. С одной стороны, эти слова обозначают… сверхобщество… западное… С другой стороны, эти слова обозначают Соединенные Штаты как одну из западных стран.

В первом смысле слова «Соединенные Штаты» стали нормой функционирования западнического сверхобщества. В это сверхобщество уже активно вовлечено больше 100 млн. человек. По моим подсчетам, — отмечает академик А.А.Зиновьев, — оно контролирует больше 70% мировых ресурсов. Холодную войну против нас вело уже это сверхобщество, а не просто Соединенные Штаты. Когда говорят о таких людях, как Буш, Блэр и прочих политических деятелях западного мира, считая их самыми сильными людьми на планете, то это грубая фактическая ошибка. На самом деле Буш и прочие… это исполнительные органы глобального сверхобщества. Именно оно и ведет мировую войну. Оно осуществляет глобализацию. Когда говорят о международных экономических связях, мировой экономике, это прежде всего экономика западная, экономика этого западнического сверхобщества. Все средства коммуникации — это прежде всего средства коммуникации культуры этого общества. Нет равноправных партнеров, как это было в войнах прошлого. Одной из черт этой войны является конкиста. Кто учился в школе, помнит такое выражение «конкиста», когда западный мир осуществлял завоевание других народов, которые никак не могли быть и не были равными им. Например, уничтожали индейцев в Америке. Сейчас происходит глобальная конкиста. Цель этого сверхобщества — мировое господство».

«Наша страна стала жертвой новой мировой войны, жертвой глобализации и была разгромлена, — продолжает А.А.Зиновьев. — …Тут сработал целый комплекс факторов. Одним из этих факторов…(было) предательство. Было совершено беспрецедентное в истории человечества предательство, когда высшее руководство страны фактически перебежало на сторону врага и стало помогать дробить свою собственную страну, свою собственную армию. И в отношении нашей страны война еще не закончена. Хотя Советского Союза уже не существует… тем не менее, с точки зрения мирового агрессора — сверхобщества, …Россия еще не добита. И кроме того, предполагается использование России в качестве орудия в предстоящей войне с азиатским коммунизмом, с Китаем, которой, по прогнозам западных стратегов, будет занят весь предстоящий век. Тут нашей стране уготована роль союзника Соединенных Штатов. Как сказал один западный советолог: «Нам война с Китаем обойдется в 30 лет и 50 млн. русских». Это не шутка. Вполне серьезное заявление. А что касается нашей страны — не стройте никаких иллюзий. Я не выдумываю, я заявляю как ученый, — предостерегает академик А.А.Зиновьев. — Судьба нашей страны была спланирована много лет назад, и планы эти осуществляются. Предполагается не просто довести нас до жалкого уровня, в каком мы уже находимся, а вообще вычеркнуть из истории. Как будто бы нас в истории и не было.

Этот план последовательно приводится в исполнение. Иногда приходится слышать, что пройдет время, люди будут жить хорошо. Москва, мол, становится красивой, богатеет. Я думаю, что, действительно, на территории России будут жить прекрасно, Но кто будет жить на этой территории? Москва уже теряет характер национального города. Иногда приходится слышать: все-таки кто-то будет жить, и будет хорошо жить. А зачем тогда ждать будущего? И сейчас кто-то хорошо живет в России. Хорошо живется Чубайсу, Черномырдину, Пугачевой. Этому, что ли, радоваться? Разве индейцы, которых американцы уничтожали, должны были вопить от восторга, что на этом месте вырастут небоскребы и сотни тысяч будут на этом месте жить хорошо?

Речь идет о судьбе нашей страны, о судьбе нашего народа. Что делают с нами и что будет с нашим народом в ближайшем будущем? Вот о чем идет речь. А с этой точки зрения Соединенные Штаты со своими союзниками фактически перехватили эстафету от гитлеровской Германии. Они — преемники Гитлера. Как в свое время гитлеровская Германия со своими союзниками рассчитывала на мировое господство, точно так же поступают Соединенные Штаты. Изменились методы, враг стал намного сильнее, чем фашистская Германия. Тогда был Советский Союз, и мы могли противостоять. Тогда было мощное антифашиское движение. А сейчас нет Советского Союза, чтобы противостоять этому мировому агрессору», — заключает А.А.Зиновьев.

Прослеживая влияние идеологии на массовое психическое сознание, следует обратить внимание, что любая идеология строится на манипулировании массовым сознанием. Причем, уже от эффективности данного манипулирования зависит управление группой людей, пришедших к власти, той или иной страной.

 «В России предпринимаются отдельные разрозненные попытки… выработать идеологию, адекватную современным условиям и требованиям, — пишет акад. Зиновьев[69]. — Идеологию,… опирающуюся на научные исследования современной реальности. Но они имеют ничтожно мало шансов пробиться к известности и признанию,… (потому что) огромное число людей, оккупирующих идеологическую сферу и живущих за ее счет, сделают все от них зависящее, чтобы помешать этому. Нужны усилия многих людей и длительное время, чтобы преодолеть это препятствие. А чтобы это учение приобрело статус массовой признанной идеологии, нужны силы, способные придать ему социальный авторитет (например — высшая власть). Но и этого мало. Идеи сами собой в головы людей не заползают, какими бы они хорошими ни были. Для этого нужно множество людей, которые должны профессионально заниматься этим делом. Они должны быть организованы в целое, — должен сложиться идеологический механизм. Такой механизм имеет церковь. Такой механизм существовал в советские годы в распоряжении «Кремля». Если даже и это препятствие будет преодолено, предстоит длительная борьба за «души» россиян. При этом придется иметь дело с силами, противодействующими распространению этого учения и принятию его массами (в их числе — с невосприимчивостью самих масс, с религиозными организациями, …со СМИ, …навязывающими россиянам западную идеологию»).

По сути, идеологическая обработка населения базируется на подмене ложными, искаженными, образами настоящей действительности. При этом должна быть развита элементарная, даже можно сказать патологическая, ложь. Когда ученые или другие авторитетные люди намерено искажают факты. Причем, как говорил Геббельс, чем явнее ложь — тем легче в нее поверить. Ну и при этом, разумеется, говорить (даже не говорить — а убеждать) надо с огромнейшей уверенностью, так, чтобы у людей не осталось и тени сомнений, что где-то скрыт обман. И любой обман — выдавать за самую настоящую правду.

Причем, чем искреннее это будут преподносить манипуляторы — тем действительно легче поверить.

И верят. Большинство жителей нашей страны верит любой информации из официальных источников. И это при том, что на самом деле давно уже можно провести некую параллель между официальной информацией и действительной правдой. И большинство того, что преподносится нам официально, — это ложь, замаскированная определенным процентом настоящей правды. Причем вся подобная ложь фактически необходима для достижения одной цели: для управления собственным народом. И как мы уже заметили, важным фактором на пути управления сознанием масс является идеология, идеологическая обработка сознания, с целью закладывания в коллективное бессознательное тех паттернов поведения и архетипов, последующее воздействие на которые будут приводить к достижению результатов, необходимой правящей элите.

В вопросе информационно-психологического воздействия необходимо обратить особое внимание на использование психотерапевтических средств воздействия на массовое психическое сознание. «В СССР, — отмечает доктор психологических наук В. Г. Крысько[70], — профессор И.В. Смирнов по заданию Министерства обороны разработал технологию компьютерного психоанализа и компьютерной психокоррекции, позволяющую:

  • осуществлять математический и статистический анализ реакций организма на внешние воздействия, возникающих при очень быстром визуальном просмотре или звуковом прочтении различных «стимулов» — слов, образов, фраз;
  •  абсолютно точно определять наличие в подсознании человека конкретной информации и измерять ее значимость для каждого человека, выявлять скрытую мотивацию, истинные стремления и наклонности людей;
  •  на основе выявленной и проанализированной информации, получать полную картину невротических, беспокоящих человека (или целые группы людей) состояний психики;
  •  при необходимости проводить целенаправленную (по желанию — действующую немедленно, либо с отсрочкой) коррекцию психических состояний, основным действующим фактором которой выступают слова-команды, картинки-образы и даже запахи-мотиваторы определенного поведения.

 В частности, в процессе звукового управления психикой людей и их поведением словесные внушения (команды) в закодированной форме выводятся на любой носитель звуковой информации (аудиокассеты, радио или телепередачи, шумовые эффекты). Человек слушает музыку или шум прибоя в комнате отдыха, следит за диалогами персонажей фильма, и не подозревает, что в них содержатся невоспринимаемые сознанием, но всегда фиксируемые подсознанием команды, заставляющие его впоследствии делать то, что предписано».

«Сегодня, — отмечает проф. С.Г. Кара-Мурза[71], — зависимость людей от телевидения стала всеобщей. У некоторых категорий (особенно у детей и подростков) эта зависимость развивается настолько, что наносит существенный ущерб физическому здоровью.

…наличие создаваемых ТВ невидимых цепей является установленным фактом, и тезис о свободе ТВ от общественного контроля вытекает не из требований демократии, а из интереса некоторых социальных групп... Возникает заколдованный круг: наpкотизиpует, приковывает человека как pаз то ТВ, которое хочется смотреть и смотреть — ТВ «высокого класса».

…«Скучное» ТВ (каким и было оно в советское время) тем и хоpошо, что человек потpебляет его не больше, чем ему действительно надо для получения инфоpмации, знаний или pазвлечения».

Обратим внимание, что зависимость от телевидения формируется посредством провокации симптоматики невроза у индивида. При этом телесигнал служит как некая обязательная ежедневная доза, позволяющая снять подобную форму зависимости на какое-то время. Снять, в том числе и путем подключения к коллективному разуму.

Известно, если большое количество индивидов (составляющих массу) делает одно дело, то мысли таких индивидов находятся в спектре одного излучения. А значит — такие индивиды находятся в одной массе, независимо от того, сидят они рядом, или каждый в своем доме. Посредством просмотра одной телепередачи такие индивиды объединяются в некую фигуральную массу, объединяемую в один коллективный разум. А значит над такими индивидами распространяются законы толпы или массы, то есть это сила внушения, а также легкая управляемость такого рода массой посредством программирования подобных индивидов на возникновение у них одинаковых мыслеобразов (мы мыслим образами).

 Причем как-то защититься от подобного воздействия сложно, потому что мы проживаем в социуме. Социальная среда представляет собой некий срез общественной жизни индивида, заключающейся во взаимодействии индивида с различными социальными институтами, и оказывает главенствующее положение на формирование бессознательного психики индивида, а значит и на манипуляции психикой индивида и масс.

 Под социальными институтами следует понимать возможности формирования личности индивида путем непосредственного взаимодействия личности с социумом. Социум в данном случае — есть совокупность факторов, окружающих индивида при его контактах с внешней средой ( т. е. соотношение внутреннего мира индивида — с миром внешним.)

В социальной среде как бы «доформировывается» все то, что получил индивид от рождения. Лебон писал: «Наши сознательные поступки вытекают из субстрата бессознательного, создаваемого … влияниями наследственности. В этом субстрате заключается бесчисленные наследственные остатки, составляющие … душу расы. Кроме открыто признаваемых … причин, руководящих нашими действиями, существуют еще тайные причины… Большинство наших ежедневных действий вызывается скрытыми двигателями, ускользающими от нашего наблюдения. Элементы бессознательного, образующие душу расы … являются причиной сходства индивидов этой расы, отличающихся друг от друга … элементами сознательного, — тем, что составляет плод воспитания или же результат исключительной наследственности»[72].

Рассматривая вопрос влияния социальной среды на формирование бессознательного, мы должны говорить о том, что социальная среда оказывает влияние на характер поведения индивида, формируя те паттерны поведения, которые в последующем будут влиять как на жизнь самого индивида, так и на его взаимосвязь с микросоциумомом. (Под микросоциумом следует понимать взаимоотношения индивида с теми людьми и предметами, которые его окружают в процессе жизнедеятельности.)

Марксизм определял общественно-экономическую формацию — как исторически определенную ступень в развитии общества, характеризующуюся свойственным только ей способом производства, и характеризующейся связанными с этим способом общественными отношениями. Таким образом мы можем заключить, что социальная среда, являющаяся частью того общества, в котором пребывает все время индивид, оказывает на него мощнейшее манипулятивное воздействие, вынуждая в большинстве случаев совершать поступки, на которые сам по себе он никогда бы не решился. Но в данном случае такой индивид становится бессилен. Над ним довлеет как бессознательное его психики, сформированное в результате проживания в социуме, так и манипуляторы, воздействующие на архетипы его бессознательного в своих корыстных целях.

В ближайшее время, по словам Дмитрия Анатолиевича Медведева, «произойдет полное совмещение компьютеров, интернета и телевидения…»[73]. Бил Гейтс также выделил некоторые тенденции, которые, по его мнению, будут превалировать в будущем. По словам Била Гейтса, телеэкраны уступят место мощным проекторам, которые позволят транслировать изображение на любую стену, а команды в компьютере и телевизоре будут подаваться голосом[74].

Кроме того, мы должны помнить, что интернет является одним из способов снятия невротической зависимости. Т.е. интернет способен купировать симптоматику невроза за счет того, что индивид входит в сеть и становится частью массы.

Схожий эффект наблюдается у ТВ. Вот интересные данные из газеты «Вашингтон Пост», от 20 февраля 2008 года. «Интеллекту американцев угрожает большая опасность, — замечает автор статьи[75]. — Мы рискуем утратить свой … культурный капитал…».

Причиной автор  называет чрезмерный просмотр видеоновостей. «Терпимый порог тупости, — пишет газета «Вашингтон Пост», — …уже несколько десятилетий неуклонно повышается благодаря совокупному воздействию сил, которым пока невозможно противостоять. Среди этих факторов — триумф видеокультуры над культурой печатного слова…».

Помимо ТВ, сознанию масс угрожает также и кино. Известно, что в создании кинофильмов в западных странах,  помимо сценаристов, режиссеров и проч. деятелей искусства, важное место занимают специалисты по манипулированию сознанием, имеющиеся на каждой картине с большим бюджетом. Именно в введении специалистов по манипулированию находится задача воздействия на подсознание масс с целью провоцирования базовых инстинктов (страх, секс, проч.) и задействованию архетипов коллективного бессознательного психики (жажда мщения, торжество справедливости, противостояние добра и зла, проч.).

«Человек, посмотревший (такой) фильм, никогда не сможет пересказать «вшитые» в него мысли, — пишут авторы «Проекта Россия»[76]. — Спро­сите его, о чем фильм, и он начнет пересказывать сю­жетную линию, игру актеров, запомнившиеся эпизоды, спецэффекты и прочее. Самой мысли он никогда не увидит, это дело специалистов. Главная мысль в такой продукции ориентирована не на сознание, а на подсо­знание. Мысль как бы разбросана по всему фильму в никак не связанных друг с другом деталях. И вот эти детали, попав в подсознание, объединяются в целое. Это образует точку отсчета, которую человек никогда не ос­мыслит, но всегда отталкивается от нее, принимая ре­шение».

«…Сегодня оболванивание народа происходит за счет... народа, — продолжают авторы «Проекта Россия»[77]. — …Технология достаточно проста. Посредством сюже­та, спецэффектов, игры актеров и прочего основную мысль упаковывают в привлекательный «фантик». Упа­ковка призвана соблазнить человека. Основная мысль вшита между строк, вплетена в поведение героя, в сю­жет, а общую атмосферу произведения. Зрители никог­да не догадаются, что их не развлекают, им дают мо­дель поведения, преподносят образцы для подражания, формируют взгляд на мир. … народ сам оплачивает свою дебилизацию… Люди, придя в кино за удовольствием, как бы от­ключаются от действительности. Они сидят в состоя­нии отрешенности и получают удовольствие. А в это время им в сознание закачивают установки.

…Самое глубокое внушение — когда человек вооб­ще не думает. Вот почему так важно ввести челове­ка в состояние эмоций.  Пока он сидит с широко от­крытыми глазами, он ничего не сообража­ет. Он весь там, в виртуальной действительности. Логическая проверка информации в таком состоянии невозможна… Человек в этот момент абсолютно беззащитен. Ему можно записать на подкорку любую мысль, любую ус­тановку… Наличие установок человек никогда не осознает. Но именно они лежат в основе всех его поступков».

Профессор В.Г. Крысько приводит данные результатов направленности воздействия на психику масс различными средствами массовой коммуникации: «Психологическое воздействие оказывается на конкретные сферы психики отдельного человека, групп людей и общественного сознания в целом:

  •  потребностно-мотивационную (знания, убеждения, ценностные ориентации, влечения, желания);
  • интеллектуально-познавательную (ощущения, восприятия, представления, воображение, память и мышление);
  • эмоционально-волевую сферу (эмоции, чувства, настроения, волевые процессы);
  • коммуникативно-поведенческую (характер и особенности общения, взаимодействия, взаимоотношений, межличностного восприятия).

  Это означает, что психологическое воздействие только тогда дает наибольший реальный эффект, когда учитываются присущие этим конкретным сферам особенности функционирования индивидуального, группового и общественного сознания.

    Психологическое воздействие имеет свои закономерности:

  • если оно направлено в первую очередь на потребностно-мотивационную сферу людей, то его результаты сказываются в первую очередь на направленности и силе побуждений (влечений и желаний) людей;
  • когда под прицелом оказывается эмоциональная сфера психики, то это отражается на внутренних переживаниях, а также на межличностных отношениях;
  • сочетание воздействий на обе названные сферы позволяет влиять на волевую активность людей и таким образом управлять их поведением;
  • влияние на коммуникативно-поведенческую сферу (специфику взаимоотношений и общения) позволяет создавать социально-психологический комфорт и дискомфорт, заставлять людей сотрудничать либо конфликтовать с окружающими;
  • в результате психологического воздействия на интеллектуально-познавательную человека сферу изменяются в нужную сторону его представления, характер восприятия вновь поступающей информации и, в итоге, его «картина мира»[78].

Следует также обращать внимание, что основной направленностью действий идеологической пропаганды Запада является изменение привычек масс, с целью навязывания им мещанского вкуса, и как следствие — роста потребления, а значит и обогащения как современных отечественных капиталистов («новых русских»), так и капиталистов Запада. На это активно работает массовая культура, получившая в нашей стране наибольшее распространение после разрушения Советского Союза.

Средствами массовой культуры являются телевидение, кино, глянцевые журналы и т.п., с помощью чего достигается навязывание психике масс враждебных установок с помощью манипулирования массовым сознанием. То есть проводится определенная диверсионная работа против подавляющего населения нашей страны. Причем, ведущие государства Запада, придерживаются в этом плане определенных тактических установок, выработанных апологетиками превосходства капиталистического образа жизни.

Д.А. Волкогонов приводит основные характеристики подобной тактики, отмечая, что наиболее характерными особенностями ее являются «высокая степень избирательности воздействий, быстрая перестройка аргументации в зависимости от меняющейся обстановки, комплексное применение различных методов и приемов психологической войны, концентрация усилий на том или ином объекте, конкретной дате, регионе, социальной группе и т. д.»[79].

Приводя механизмы манипуляций массовым сознанием в психологической войне, Д. А. Волкогонов выделяет три уровня подобного рода воздействия на психику: «Первый уровень — усиление существующих в сознании людей нужных установок, идеалов, ценностей, норм. Закрепление этих элементов сознания в мировоззрении и жизненных установках.

Второй уровень связан с частными, малыми изменениями взглядов на то или иное событие, процесс, факт, что также оказывает воздействие на политическую позицию и эмоциональное отношение к конкретному явлению.

Третий уровень — коренное, кардинальное изменение жизненных установок на основе сообщения драматических, необычных новых данных, сведений»[80].

Д. А. Волкогонов обращает внимание[81], что реализации первых двух установок достигается с помощью манипулирования в быстрый период времени, а третий уровень, характеризующий собой кардинальное изменение установок в моделях поведения масс, становится возможным в результате длительного воздействия на психику.

И при этом мы должны обратить внимание, что важным факторов реализации любого рода манипуляций является воздействие на чувства, а не на разум. Именно эмоции, провоцирование эмоций, позволяют воздействовать сразу на подсознание, минуя сознание (цензуру психики), в результате чего в подсознании как индивида так и масс закладываются паттерны поведения, при воздействии на которые в последующем можно прогнозировать любые ожидаемые реакции.

Любая психологическая операция, по мнению А.В. Литвиненко[82], имеет примерно однотипную схему.

  1. «Предварительный этап. На этом этапе происходит планирование операции, в частности определение целесообразности ее проведения, целей, задач, сил и средств, целевой аудитории влияния, приемов и методов влияния и т.п.
  2. Информационный повод. На этом этапе специальной информационной операции необходимо выбрать и/или создать так называемый информационный повод. Под информационным поводом здесь и дальше понимаем событие (или «псевдособытие»), которое можно использовать как повод для пропагандистской кампании или информационной операции. Выбор информационного повода составляет отдельную проблему, которая подробно рассмотрена в специальной литературе.
  3. «Раскрутка» информационного повода. Этот этап является основной частью любой информационной операции. Его сущность состоит в использовании информационного повода ради достижения целей операции, то есть для усиления, формирования или разрушения определенных психических стереотипов и установок.
  4. Выход из специальной информационной операции или этап закрепления. Важнейшая задача этого этапа — обеспечение плавного завершения пропагандистской кампании или информационной операции после достижения поставленных целей или через форс-мажорные обстоятельства».

А. В. Литвиненко также приводит этап планирования специальной информационной операции.

  1. «Определение цели.
  2. Определение объекта.
  3. Анализ сил и средств, ресурсов, определение исполнителей.
  4. Определение методов и приемов.
  5. Разработка приблизительного сценария.
  6. Определение критериев оценки успеха»[83].

Рассматривая вопрос ведения информационно-психологических войн, мы должны обратить внимание на важную особенность: психика современного индивида привыкла получать различные потоки информации. Известно, что в результате выполнения однотипных действий в результате длительного времени формируется привычка. Такая привычка сформирована и в психике современного человека. Он уже не может без информации. Без информации в его психике начинает развиваться симптоматики психопатологии, и такой индивид вынужден подключиться к какому-либо источнику информации, для того чтобы снять психологическое напряжение, девальвировать развивающуюся в его психике пограничную симптоматику. Поэтому в реализации данного фактора воздействия следует еще раз выделить важную роль средств массовой коммуникации, оказывающую с помощью различных технологий манипулятивное воздействие на психику масс.

«В данном случае мы используем в качестве основного и родового понятия — коммуникацию, — пишут Г. Грачев, И. Мельник[84]. — Это понятие позволяет охватить все многообразие ситуаций, в которых на человека воздействует окружающая его информационная среда современного общества. Под коммуникацией в социальной психологии понимается передача информации, сообщений, разнообразных сведений. Но в отличие от общения она может иметь как двухсторонний, так и односторонний характер. …Зачастую она связана с опосредованным общением, то есть с передачей информации при помощи технических устройств, в том числе средств массовой коммуникации — телевидения, радио, прессы и т.п.».

Ведение информационно-психологических войн становится возможно с помощью любых средства передачи информации и обработке информацией психического сознания масс. Помимо упоминаемых ТВ, кино, и прессы, следует обратить внимание, что к подобным средствам массового воздействия относится также литература, искусство, образование, и т.п., — то есть играют роль все способы, с помощью которых происходит (или может произойти) изменение в массовом сознании посредством внедрения в подобное сознание (через подсознание) каких-либо установок. При этом достаточно важную роль играют такие особенности коммуникативного воздействия на массовое психическое сознание — как провоцирование в психике индивида и масс невроза, чтобы последующим снятием подобной негативной для психики симптоматики — подчинять психику индивида. Т.е. в его психике как бы вырабатываются определенные паттерны поведения. И когда такой индивида начинает ощущать тревогу, то бессознательно он стремится снять беспокойство. Это можно сделать посредством приема алкоголесодержащих средств, а можно с помощью нахождения в массе, или же — с помощью телевидения. Причем в последнем случае он точно также приобщается к массе, как бы подключается к единому сигналу; причем сигналу, положительно действующему на сформированный раннее в психике тот или иной паттерн поведения или архетип коллективного бессознательного, воздействие на которые и приводит к запрограммированному результату.

При этом следует понимать, что основными манипуляторами сознания масс во все времена является небольшая прослойка общества, именуемая властью. Власть может быть политическая и финансовая. Характерный пример приводит проф. Г.Г. Почепцов[85], замечая что «Япония затрачивала миллионные суммы, чтобы изменить образ японца именно в рамках художественного мира Америки, скупая пакеты акций американских киностудий»[86].

На наш взгляд также весьма важно определить одну особенность ведения информационных войн, на которую обращает внимание кандидат политических наук М.Ю. Павлютенкова[87]. «…ведение информационной войны никогда не бывает случайным или обособленным, — пишет М. Ю. Павлютенкова[88], — а подразумевает согласованную деятельность по использованию информации как оружия для ведения боевых действий — будь то на реальном поле брани, либо в экономической, политической, социальной сферах».

Поле действия информационных войн М. Ю. Павлютенкова определяет как:

«1) инфраструктуру систем жизнеобеспечения государства — телекоммуникации, транспортные сети, электростанции, банковские системы и т. д.;

2) промышленный шпионаж — хищение патентованной информации, искажение или уничтожение особо важных данных, услуг; сбор информации разведывательного характера о конкурентах и т. п.;

3) взлом и использование личных паролей VIР-персон, идентификационных номеров, банковских счетов, данных конфиденциального плана, производство дезинформации;

4) электронное вмешательство в процессы командования и управления военными объектами и системами, «штабная война», вывод из строя сетей военных коммуникаций;

5) всемирная компьютерная сеть Интернет, в которой, по некоторым оценкам, действуют 150.000 военных компьютеров, и 95% военных линий связи проходят по открытым телефонным линиям»[89].

«…специалисты американского Института компьютерной безопасности считают, — отмечает М. Ю. Павлютенкова[90]. — Что информационная война, в конечном счете, нацелена на мировую экономику. А потому в Университете национальной обороны в Вашингтоне создана специальная группа студентов с целью подготовки специалистов по ведению компьютерной войны. Их основное оружие — клавиатура, с помощью которой они на расстоянии смогут вывести из строя неприятельские коммуникации, манипулировать средствами информации и связи, разрушать финансовые системы. Следовательно, цели информационной войны совершенно иные, нежели войны в общепринятом понимании: не физическое уничтожение противника и ликвидация его вооруженных сил, не уничтожение важных стратегических и экономических объектов, а широкомасштабное нарушение работы финансовых, транспортных, коммуникационных сетей и систем, частичное разрушение экономической инфраструктуры и подчинение населения атакуемой страны воле страны-победителя. Более того, в эпоху информационных войн планы боевых операций разрабатываются военными вместе с гражданскими специалистами…».

К.Х. Каландаров приводит пример своего рода кодирования информации со стороны СМК, определяя кодирование как важную составляющую получения информации индивидом. «Кодификация информации, — поясняет  К.Х. Каландаров[91], — это ее структурирование, изменение ее статуса, создание информационных схем. Все это дает возможность вкладывать в сознание людей то, что нужно иметь в сознании до понимания его содержательного компонента. Кодификация информации, таким образом…«ставит человека в строй», формализуя его сознание и ориентируя его на строго определенные цели. …кодификация связана с приведением в символический порядок хаоса действительности. Это связано с… созданием упрощенной картины мира, с формированием «воображаемых миров», поведение в которых должно быть предсказуемо и программируемо».

Также К.Х. Каландаров приводит пример определенных законов информационного воздействия, выделяя следующие пункты:

«— ложь должна быть определенным образом дозирована и сохранять видимость правдоподобия;

— необходимость четкого представления об ожиданиях аудитории, что позволяет создавать иллюзии, применимые именно для данной аудитории;

— использование «логики коллективного действия», взаимной ответственности;

— изъятие и сокрытие информации, которая идет вразрез с официальным курсом;

— обращение к «священным принципам» нации;

— использование символики и символизации посредством имиджевых технологий»[92].

Выделяя роль имиджа, К.Х. Каландаров определяет его результирующую роль в формировании воздействия на массовую аудиторию, для понимания образа мира, по принципу «хорошо-плохо»[93]. «Имидж складывается из предлагаемых клише-шаблонов, которые лежат в основе общесоциальных и политико-идеологических ориентиров субъектов, — отмечает К.Х. Каландаров[94]. — Имидж формируется как целенаправленно, так и спонтанно при помощи манипулирования императивными установками:

— дихотомическое деление мира, формирование и использование «образа врага». «Враг» может быть не реальным, а символическим. При манипулировании «образ врага» внедряется в общественное сознание в первую очередь. «Образ врага» помогает преодолеть комплекс (собственный или национальный) неполноценности, активизировать процессы самоориентации, обосновать любую «исключительность»;

— «политика самоочевидного», когда за «очевидное» выдаются хорошо подтасованные факты. При этом субъектам предоставляется «якобы свобода» для интерпретации подтасованных фактов. Этому предшествует ненавязчивая подача нужных сведений при скрытом воздействии на их возможную оценку. «Самоочевидные» решения выдаются обществу в форме нарочито нейтральных. Они выглядят как продиктованные «логикой развития ситуации», что совершенно не соответствует действительности. «Самоочевидные» решения всегда выдаются как единственно возможные и лучшие, как безусловно неизбежные и оптимальные. Тем самым они способствуют утверждению и стабилизации существующего порядка;

— данные социологических опросов. При опросах большее влияние на общественное мнение оказывают не ответы, а формулировка вопросов. Вопрос может активно влиять на модели поведения и ценностные ориентации.

…опросы приводят к целенаправленному смешению событий и псевдособытий, фактов и мнений, обещаний и действий, действительного положения дел и их интерпретации.

…Вопросы, составленные в строго определенной форме, заставляют реципиента включить в поле возможного выбора также цели и намерения, к которым он не стремился и которые не имел в виду. Такие вопросы «раскачивают» установки субъекта, его ориентации и убеждения и делают его уязвимым и открытым для манипуляций. Содержание вопроса оказывает скрытое влияние на ответ, ограничивая поле выбора и возможности субъективных интерпретаций. Выбор ответа не только распределяет общественное мнение, но и моделирует поведение реципиентов.

При помощи опросов происходит подмена подлинного осознания индивидуальных мнений моделированием «мнения общественного». Опросы создают искусственный персонаж общественной жизни (усредненный образ индивидов), к которому надо стремиться и которому надо соответствовать. Опросы связаны с превентивным воздействием, нацеленным на укрепление власти путем апеллирования к воле масс;

— организация «псевдособытий», основанная на подготовке фактов и запугивании аудитории. Следует подчеркнуть, что особую роль в этом случае играют выбор «терминов» и комментарии».

Давая характеристики имиджей, К.Х. Каландаров определяет их формы, уточняя, что имиджи бывают:

«— зеркальными (образ для «другого», «чужого», который осознается именно в этой роли его создателями);

— текущими (построенными на недопонимании или нехватке информации);

— желаемыми (образы, которые хотелось бы создать);

— корпоративными (образы целого без детализации составляющих элементов);

— множественными (образы составляющих элементов без претензии на их целостность)»[95].

«Через имиджи люди подключаются к воображаемым мирам, образуя определенные общности, — обращает внимание К.Х. Каландаров[96]. — …К наиболее эффективным средствам строительства воображаемых миров следует отнести метафору, миф, ритуал и т.д.

…Метафора задает условия воображаемого мира, нарушает привычные связи, задерживает внимание, перекомбинирует реальность. …метафора дает возможность ирреальное превращать в реальное, соединять несоединимое. … Метафора дает возможность повысить вероятность общения людей с разными кодами. Существует закономерность: метафора требуется не только для построения «новых миров», но и для общения принципиально разных собеседников. Чем больше расхождения между собеседниками, тем метафоричнее становится их коммуникация. Метафоры «останавливают», определенным образом фиксируют ускользающие смыслы, способствуя некоторому сужению интерпретаций. Они предопределяют пути мышления, задавая схемы, в рамках которых моделируется мир.

…Вторым компонентом воображаемых миров является «герой». …«герой» — это маска, которую общество навязывает как образец для социального поведения. Эти маски общество постоянно контролирует и корректирует, при их трактовке и интерпретации любая амбивалентность исключается. «Герой» формирует ожидания, связанные с позицией каждого индивида. Он, фактически, определяет ролевые предназначения в обществе. …«Герой» связан со знаковыми, символическими действиями, которые образуют так называемый «знаковый алфавит», характерный для каждого общества, лежащий в основе его символизации и определяющий модели поведения.

В силу того, что любой знак всегда метафоричен, можно выстроить цепочку «метафора — герой — знак», которая играет огромную роль в коммуникативном процессе.

Знаковость коммуникации позволяет конструировать так называемое символическое поведение, непосредственно связанное со строительством воображаемых миров, в которых символическое намного значительнее реального. Символическое поведение замещает реальность… Оно как бы адаптирует мир в соответствии с желаниями человека. Мир утрачивает сопротивляемость и «лепится» человеком по своим правилам.

Основанием этого служит миф, понятый в коммуникативном смысле. Миф должен быть принципиально непроверяемым; в нем необходимо наличие чудесного (отклонение от норм обыденности)…

…Закрытому обществу свой миф строить гораздо легче, так как происходит концентрация потоков воздействия, основанная на замкнутых информационных циклах. Открытое общество работает с противоречивой информацией и построить «достоверные» мифы ему труднее. … Миф всегда оперирует уровнем человеческих представлений. Он не выходит на уровень отвлеченных абстракций и не объясняет действительность при помощи набора новых символов.

…Миф… это способ обработки информации на коллективном уровне. Он помогает структурировать мир и осмысливать его соответствующим образом. Он помогает найти стабилизирующие факторы, направленные на приостановку разнообразного усложнения действительности. Миф отбрасывает случайное в целях упорядочивания мира. Он направляет психические реакции человека от случайного к постоянному, стабилизируя его мышление, самооценку и самоопределение в мире. Миф нацеливает человека на повторение уже достигнутого, апробированного, усвоенного. Он дает возможность вписать все, что случается, в единую историческую схему, структуру, кодифицируя его и переводя в постоянно репродуцируемые образцы, эталоны».

Говоря об экономико-политической подоплеке ведения информационно-психологического воздействия на массовое психическое сознание, следует обращать внимание и на такую важную особенность ведения подобного рода войн, как сознательное навязывание различными странами с помощью механизмов средств массовой коммуникации установок в подсознании масс одной страны — в отношении других стран. Простой пример. В 70-80 годах прошлого века в нашей стране Японией навязывался культ такого восточного единоборства как каратэ-до. При этом подобное «навязывание» происходило с целью внедрения в подсознание масс мысли о преимуществе каратэ перед другими единоборствами. Подобная работа с населением происходила неявно, но методично. В итоге, путем целенаправленного планомерного вдалбливания в психику мыслей о каратэ как самом грозном оружии, удалось в какой-то мере ввести подобную установку в коллективное бессознательное масс (в нашей стране). Образовался некий миф, который поддерживали даже те, кто каратэ никогда не занимался. Но в том-то и дело, что если мы говорим о подсознании, об установках, внедряемых в подсознание, то должны обращать внимание на то, что сначала подсознание накапливает информацию, а после начинает оказывать свое воздействие на сознание индивида или масс. Причем таким образом, что мысли, рождаемые в психике индивида, такой индивид понимает как мысли уже свои. В том и силы манипулирования, что любые навязываемые кому-то установки, такой индивид в последствии воспринимает как установки исходящие из его подсознания, а значит, психика еще больше ослабляет цензуры, потому как, то, что исходит из бессознательного конкретного индивида — он уже не воспринимает с пометкой критичности. И это самая главная ошибка, которая и в дальнейшем способствует проведение против такого индивида мер манипулятивного воздействия.

Что касается каратэ, то в 90-е годы, когда запрет на преподавание каратэ в нашей стране был снят (сам запрет каратэ дополнительно сыграл роль в популяризации каратэ, и мыслей об его загадочной эффективности; причем само каратэ в нашей стране все равно оставалось экзотикой), массы в активном порядке хлынули в залы. И в одной секции могло заниматься до нескольких тысяч человек. Но прошло какое-то время, народ подсознательно и сознательно стал сравнивать каратэ с другими контактными единоборствами, и миф об эффективности каратэ постепенно отпал сам собой. А на первый план вновь вышли те единоборства, которые существовали в мире и в нашей стране независимо от каких-то восточных веяний — бокс и борьба, и исключительная эффективность которых проверяется ежедневно на рингах и борцовских коврах мира[97].

В вопросе ведения информационно-психологических войн, как мы уже заметили, важную роль играют средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Именно с помощью применяемых ими средств массового воздействия оказывается идеологическое, политическое и моральное вмешательство в психику масс, то есть уже следует говорить о духовной экспансии в сознание масс. Подобные средства, используемые системой массовой коммуникации, являются разрушительной силой для сознания, формируя стереотипы поведения масс в тех или иных жизненных ситуациях.

«…империалистическая печать представляет интересы конкретных монополистических кругов, служит их политическим рупором и инструментом воздействия на общество, — писал Д. А. Волкогонов[98]. — …Это не могут скрыть или не признать и сами журналисты, платные манипуляторы общественным сознанием. Преподаватели из университета Дьюка (США) пишут в своей книге «Средства массовой информации, власть, политика», что тридцать основных газет и журналов США, особенно «Тайм», «Ньюсуик», «Нью-Йорк таймс», «Вашингтон пост», определяют, что должны думать миллионы американцев, как поступать, за кого голосовать, кого ненавидеть, кого бояться».

Таким образом мы можем говорить, что в настоящее время продолжается непрерывная война против народа со стороны экономико-политической элиты различных стран капиталистической формации.

Подытоживая вопрос информационно-психологического воздействия на массовое психическое сознание, следует обратить внимание, что несмотря на то, что методы подобного рода воздействия отличаются в мирное и в военное время, в целом их объединяет одно: целенаправленное воздействие на массовое психическое сознания с целью дезориентации общества и уничтожения существующих раннее в таком обществе моделей поведения (стереотипов), и навязывание установок уже своих. Причем основой атаке в таких случаях подвергается подсознание (или бессознательное) индивида и масс, потому как процессы, происходящие в сознании, как раз и оказывает свое влияние именно подсознание. Поэтому добившись закрепления в подсознании устойчивых механизмов отреагирования на тот или иной сигнал (паттернов поведения), можно с легкостью программировать таким образом поведение как индивида, так и индивидов, объединенных в массы, а значит и предсказывать их поведение. И в данном случае весьма важный фактор играет время. Поэтому можно говорить о том, что в большинстве случаев то, что войдет в подсознание индивида сейчас, будет моделировать его поступки как в ближайшее время, так и через многие годы и даже десятки лет. В этом сила и роль подсознания. Поэтому знания о механизмах функционирования подсознания, знания о методах адаптации подсознанием получаемой информации и последующей трансформации такой информации в сознание, а значит и в поступки индивида и индивидов, объединяемых в массы, дают, на наш взгляд, возможность управлять массами, а значит фактически управлять и обществом. Любым типом общества, любой общественно-политической формации.

--------------------------------------------

[21] Фрейд З. Несколько замечаний по поводу понятия «бессознательное». Основные психологические теории в психоанализе. Мн. 2004. С. 70

[22] Там же.

[23] Блюм Г. Психоаналитические теории личности. М. 1996

[24] Медведев В. А. «Русскость» на кушетке. Опыт прикладной супервизии случая Человека-Волка. СПб. 2004. Т.1. С. 9-11.

[25] Там же.

[26] Пауль Йозеф Геббельс. Рейхсминистр народного просвещения и пропаганды (с 1933г.).

[27] Незначительное число участников сопротивления не в счет.

[29] Там же.

[30] Там же.

[31] Там же.

[32] Паулсен Т.Б. Харизматическая пропаганда как инструмент манипулирования обществом. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва. 2002.

[33] Там же.

[34] Игорь Николаевич Панарин — политолог, профессор Дипломатической Академии МИД России, кандидат психологических наук, доктор политических наук, академик Академии Военных Наук. Автор книг «Информационная война и Россия», «Информационная война и выборы», «Информационная война и власть», «Информационная война и дипломатия», «Информационная война и геополитика» и др.

[35] И. Н. Панарин. Официальный сайт. panarin.com/

[36] Там же.

[37] Там же.

[38] Там же.

[39] Гогун А. Черный PR Адольфа Гитлера: Документы и материалы. — М: Эксмо, Яуза, 2004. — 416 с.

[40] Там же.

[41] Там же.

[43] Гитлер А. Моя борьба. — М.: Т-Око, 1992

[44] Франция вообще встречала немцев с шампанским, и в некоторых русских деревнях с хлебом-солью.

[45] Там же.

[46] Там же.

[47] Волкогонов Д.А. Психологическая война: Подрывные действия империализма в области общественного сознания. — М. Воениздат, 1983. — 288 с.

[48] Там же.

[49] Там же.

[50] Там же.

[51] Там же.

[52] Там же.

[53] Там же.

[54] Там же.

[55] Эффективность «информационного оружия». Газета «Ведомости», 31.01.2008.

[57] Там же.

[58] Там же.

[59] Там же.

[60] Зиновьев А. А. ж-л «Государственная служба», 3 (17) Май — июнь 2002

[61] Зиновьев А. А. «Философия как часть идеологии». ж-л «Государственная служба», №3 май-июнь 2002 г.

[62] Там же.

[63] Там же.

[64] Там же.

[66] Там же.

[67] Там же.

[68] Там же.

[69] Зиновьев А.А. Личный сайт. zinoviev.ru

[70] Крысько В. Г. «Секреты психологической войны», Мн. 1999 г.

[71] Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием. М. 2007. 864 С.

[72] Лебон Г. Психология народов и масс. — СПб. — 1996

[73] Медведев Д. А. Официальный сайт президента РФ. kremlin.ru

[76] Проект Россия. Книга первая. М., 2006.-384 с.

[77] Там же.

[78] Там же.

[79] Волкогонов Д.А. Психологическая война: Подрывные действия империализма в области общественного сознания. — М. Воениздат, 1983. — 288 с.

[80] Там же.

[81] Там же.

[83] Там же.

[84] Грачев Г.В., Мельник И.К. Манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия. М.: Алгоритм, 2002.

[85] Почепцов Г. Г., доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой международных коммуникаций и связей с общественностью Института международных отношений Киевского университета им. Т. Шевченко.

[86] Г. Г. Почепцов. Как «переключают» народы. Психологические/ информационные операции как технологии воздействия на массовое сознание в ХХ веке. Киев.,1998

[87] Павлютенкова Марианна Юрьевна — доцент кафедры политологии и политического управления Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации, кандидат политических наук.

[88] Павлютенкова Марианна Юрьевна. Информационная война: реальная угроза или современный миф? «Власть», 19.12.2001, Москва, n12, стр.19-23

[89] Там же.

[90] Там же.

[91] Каландаров К.Х. «Управление общественным сознанием. Роль коммуникативных процессов. — М.: Гуманитарный центр «Монолит», 1998г.

[92] Там же.

[93] Там же.

[94] Там же.

[95] Там же.

[96] Там же.

[97] По поводу эффективности бокса и борьбы следует сказать, что это наиболее эффективные виды единоборств из всех существующих. Причем если говорить о начале занятий в зрелом возрасте, то в этом плане значительно выигрывает бокс, т.к. позволяет в достаточно короткий срок овладеть навыками, способными противостоять любым «секретным» приемам всех других единоборств, большинство из которых носит явно популистский характер, и в реальной обстановке боя оказываются бессильными.

[98] Волкогонов Д.А. Психологическая война: Подрывные действия империализма в области общественного сознания. — М. Воениздат, 1983. — 288 с.

««« Назад  К началу  

© , 2008 г.
© Публикуется с любезного разрешения автора

Канал в Telegram: @PsyfactorOrg
 
.
   

© Copyright by Psyfactor 2001-2017.
© Полное или частичное использование материалов сайта допускается при наличии активной ссылки на Psyfactor.org. Использование материалов в off-line изданиях возможно только с разрешения администрации.
Контакты | Реклама на сайте | Статистика | Вход для авторов